Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ) - Измайлова Кира Алиевна - Страница 804

— А я приготовлю ужин на нашу теплую компанию, — подхватил Ран, свалив на стол еще гору припасов. — Так… Мне потребуется это, это и вот это, а остальное, уважаемая Хасса, разложите-ка по шкафам, чтобы не мешалось. Не пропадет, не беспокойтесь, мы зачаруем…

Женщина-птица закивала, засуетилась и принялась споро рассовывать съестное по кухонным ларям и полкам. Ее собрат зажался в угол, чтобы не мешать, и только жалобно угукал. Ран же встал бок о бок с Лио и тоже принялся за дело.

— Сейчас придет Керр, — сказала Вера, жестом пригласив Дэра сесть рядом с нею, — и мы откупорим бочонок. Кстати, а ваши соплеменники когда стряпней занимаются?

— Да мы полуночники, так что как все остальные спать укладываются, так мы и ужинаем, — степенно ответил тот. — И как следует. А днем уж найдем чем перекусить. Шиарли, я знаю, рано утром сюда выбираются.

— Или когда захочется взять что-нибудь, как этой нашей общей знакомой, — кивнула Вера и принюхалась. — Чувствую, скоро все будет готово, поэтому…

Тарелки сами собой вылетели из полки и встали на стол, чтобы наполниться до краев. Были тут колбасы и ветчина, копчености и сыр со слезой, хлеб и орехи, фрукты и сладости… Подумав, Вера сотворила скатерть из попавшейся под руку тряпки, придала грубоватым (но явно прочным) тарелкам вид блюд из малого праздничного императорского сервиза (того самого, подземной работы, из черненого серебра), ну и о приборах не забыла. В подсвечниках заплясали цветные огни, из ниоткуда полилась ненавязчивая мелодия — кажется, именно ее напевал Триан во время короткого путешествия с Соль Вэрой, — и мрачноватая кухня сделалась вдруг на удивление уютной.

— Славно, — одобрил Дэр, взяв в руки кубок (бывший до того глиняной кружкой) и повертев так и сяк. — Как настоящий!

— Я люблю окружать себя красивыми вещами, — улыбнулась Вера. — Конечно, это лишь видимость, но вполне осязаемая.

— Нам до такого далеко, — покачал он головой, поставив кубок на место. Грубоватое лицо подземника выражало неподдельное огорчение. — Не дается нам волшебство. Должно быть, не наше это дело.

— Но ректор сказал, вы достигли определенных успехов, — осторожно сказала она.

— Всех успехов за эти годы — научились линии силы видеть, и то с грехом пополам, — проворчал Дэр. — Воду вот еще наколдовать можем, но это, я слышал, самое простое. Мы-то думали, сможем с камнем работать: не везде силой справишься, там волшебство бы как раз кстати пришлось… Да куда там! Любой из ваших, даже, наверно, этот Сенни Виль, лучше справляется!

Вера промолчала, не зная, что на это сказать, а он продолжил:

— Со стороны глянешь, как люди и шиарли колдуют — ну будто струны перебирают, музыка и получается… А нам-то куда с такими вот руками?

Дэр растопырил внушительную пятерню.

— Не выходит ничего, хоть тресни! Трень-брень, а толку никакого…

— Ну, если вам не подходят струнные инструменты, может, имеет смысл обратить внимание на духовые или ударные? — предположила Вера, отщипывая алые ягоды от большой грозди. Отдаленно они напоминали виноград с земляничным привкусом, а названия не знала даже Соль Вэра: то ли за время ее странствий в императорских оранжереях вывели что-то новенькое, то ли экзотику завезли.

— Хм-м…

Она внимательнее взглянула на подземника. У них линии силы тоже заметно отличались от человеческих. Если у людей это был четкий, но плавный узор, то у них он выходил не менее четким, но составленным будто из одних лишь прямых линий и углов. А у шиарли линии силы вообще текучие, как…

— Знаете, мне пришло на ум другое сравнение, — сказала Вера. — Шиарли колдуют, будто пишут картину водными красками, видали такие?

— Доводилось, — кивнул Дэр. — Воздушно этак, прозрачно, но все на своих местах. Всякий раз удивляюсь, как это так выходит!

— Именно. У нас… у людей то есть, получается по-разному: у кого-то выходит плотная живопись, кто-то предпочитает яркие цвета, кто-то приглушенные, но все мы выводим четкий, пусть и очень запутанный узор. А вам… — она помолчала, — вам подошло бы что-то вроде чеканки по металлу. Гравировки, быть может, или даже работы резцом по камню. Это должно быть нечто, требующее немалой силы, но при этом твердой руки, отменного глазомера, терпения и большого умения!

Дэр глубоко задумался, потом спросил:

— И как же такому научиться?

— Боюсь, люди не сумеют придумать для вас таких приемов, — покачала головой Вера, — но вы можете создать собственные, опираясь на уже известные. Ведь скульптуре или гравюре предшествует рисунок, разве нет? Мало кто возьмется сразу ваять из камня!

— Есть и такие мастера, — задумчиво произнес Дэр и поскреб подбородок указательным пальцем, — но таких один на много тысяч. Редко кто рождается с даром Великого Солнца… Но есть и те, кто выучился такому сам. Долго и упорно работал, вот и стал мастером.

— Именно так! Должно быть, и шиарли не сразу придумали, как творить свои прозрачные рисунки волшебства, — сказала она. — Не каждый художник способен работать водными красками без наброска, сразу набело, слишком уж они капризны и непредсказуемы! А у наших техник есть свои нюансы, с которыми не могут с ходу справиться шиарли.

«Очень может статься, ты сейчас даешь в руки подземникам серьезный козырь, потому как если они разовьют эту теорию и создадут свою магическую систему, с ними станет намного труднее сладить, — сказала себе Вера и сама же ответила: — Раз они не додумались до этого за столько веков существования бок о бок с людьми, то вряд ли в единочасье научатся использовать магию на достойном уровне!»

— Это стоит обмозговать, — задумчиво произнес Дэр. — Эх… так или иначе, учителя все равно нужны.

— Конечно, — согласилась Вера, — но, быть может, лучше сразу искать таких, которые постараются подобрать подход именно к вашей магии, а не станут пытаться заставить ваши прямые линии силы завиться человеческими узорами?

— Где же таких возьмешь? Эти-то, мы видим, без особенной охоты с нами занимаются, и то в школе… Мы, правда, можем хорошо заплатить за науку, но раз сами магией пока не владеем, как поймем, что нам не шарлатан достался? Вы, люди, хитрые, — сказал подземник. — С вас станется зачаровать нас легонько, чтобы нам казалось, будто мы сами колдуем, взять оплату да исчезнуть. А потом чары рассеются, и останемся мы ни с чем!

— Интересная афера! — подал голос Лио. — Надо запомнить, вдруг пригодится?

— Этой идее лет триста, не меньше, — ответила Вера. — Если не веришь, прочитай «Записки путешественника в Страну Цветных облаков»: главный герой обманул наивных аборигенов именно таким способом. Правда, иллюзию ему пришлось поддерживать до самой своей смерти…

— Помню-помню, он стал править той страной и заботиться о подданных, а с его смертью колдовство развеялось, и люди погрузились в уныние. Наверно, в этой книге была какая-то мораль, но я ее не уловил, — улыбнулся телохранитель и щедро сыпанул в котел горсть сушеных трав. По кухне поплыл густой аромат.

Вера посмотрела на задумчивого Дэра и сказала:

— Удивительно, как это ваши правители согласились отпустить хоть кого-то в школу Примирения!

— А куда было деваться?

— То есть? Вам сделали предложение, от которого нельзя было отказаться?

— Этого я не знаю, — честно ответил Дэр. — Хоть мой отец и состоит в Совете кланов, сам я к важным делам отношения не имею, потому как слишком молод.

— И не страшно было ехать сюда?

— Еще как страшно. Мы-то, конечно, с одного удара можем человеку голову снести, да только магией не владеем… Ну да нас заверили, что волшебством нам здесь навредить никто не сможет, ни люди, ни шиарли. Так и оказалось, — серьезно произнес Дэр.

— А кто именно продвигал это предложение? О том, чтобы обучать представителей трех народов вместе? Наверняка это обсуждали, если не официально, так за углом!

— Я знаю только, что придумал это ваш Император, — покачал головой подземник, — а уж кто его надоумил, спрашивать надо у него. Может, старики наши знают больше, но молчат, а я мысли читать не умею. Вдобавок при мне о делах не особенно-то говорят: дед считает, что я при рождении упал головой на камень, и оттого у меня тут, — он постучал согнутым пальцем по виску, — разные странные мысли заводятся, а сосредоточиться на чем-то одном я не могу. Но для этого дела я подошел как нельзя лучше, да. Остальные совсем не верят в то, что у нас что-нибудь да получится…