Избранное (СИ) - Измайлова Кира Алиевна - Страница 1037

— Вот! — воспрянул духом Дирк. — Подбил! А обломки куда упали? Верно, в пустыню! Вот тебе и искра какая-нибудь от удара, и вообще что угодно!

— Тебе вычислить траекторию падения обломков тех транспортов? — приподнял брови Крей. — Учти, теоретического падения! Потому что я сказал: катер их подбил, а не сбил! Кстати, мы эти транспорты себе забрали, там ремонта всего ничего требуется…

— Прекратите! — не выдержал Кристиан, понимая, что совещание благополучно провалилось. — Хватит на сегодня!

— Прекрасно, — тут же отозвался Рауль, поднимаясь. Заместитель последовал за ним. Уже на пороге Второй Консул обернулся и весомо произнес: — Себастьян, зайди ко мне.

— Зачем? — поинтересовался тот и пошутил, тоже вставая. — По поводу коррекции?

— Да, — спокойно ответил Рауль и вышел.

— Ну что ж, надо, значит, надо, — вздохнул Себастьян.

— Химическое сырье… — задумчиво произнес Людвиг, всё это время хранивший молчание.

— Что?.. — вздрогнул Кристиан.

— Надо подумать, — загадочно сказал Вольт и посмотрел на Себастьяна.

— Ага, — не менее загадочно отозвался тот, застегивая куртку. — Меня, как видишь, призывает Рауль, так что… позже.

— Хорошо. Останешься жив — заходи. Я буду у себя, — кивнул Людвиг и удалился.

Вышел и Вернер в обнимку с котом. Вид у него был крайне целеустремленный. Очевидно, Вернер намеревался проверить соблюдение сотрудниками правил пожарной безопасности, а значит, Эос ждали веселые времена.

Воцарилась долгожданная тишина.

— Интересно, — вслух подумал Кристиан, — зачем Людвигу понадобилась нефть?

Не удержавшись, он нашел в сети нужную информацию, прочел о том, что на топливо нефть перестали перерабатывать давным-давно, еще на Старой Земле, по причине ее страшной дороговизны, истощения ресурсов, а также изобретения нового рода двигателей. С использованием ее в качестве сырья для химической, фармакологической и прочей промышленности тоже всё было непросто по причине той же дороговизны. Вдобавок к тому времени научились вполне успешно синтезировать сложные углеводороды, хотя дело это было весьма энергоемким.

На других же планетах месторождения если и находились, то крайне редко, да состав нефти существенно отличался от земного… Какие-то исследования в этом направлении проводились, но, поскольку эти запасы были или незначительны, или слишком сложны для добычи, всё очень быстро сошло на нет.

"Понятно, — подумал Кристиан и усмехнулся. — Вот почему этим заинтересовался Людвиг! Эта его вечная нехватка мощностей… А если задействовать хотя бы в химическом производстве природное сырье, нагрузку на его драгоценные электростанции удастся снизить хотя бы временно, пока мы это сырье не исчерпаем. А к тому моменту Людвиг, я надеюсь, закончит хотя бы с пятилетним планом электрификации! — Он вздохнул. — Мало нам биотехнологий! Будем теперь что-нибудь еще вперед двигать…"

Тем временем Себастьян добрался до кабинета Рауля Ама.

— Что-нибудь серьезное? — спросил он с порога.

— Пока нет, — спокойно ответил тот. — Присаживайся.

— Начало многообещающее… — Себастьян нахмурился. — Что ж, я весь внимание!

— Дело связано с интернатом.

— Я понимаю. Ты ведь не просто так предлагал мне забрать мальчика. Всё настолько плохо?

— Повторяю — пока нет, — Рауль откинулся на спинку кресла, задумчиво побарабанил пальцами по подлокотнику. — Знаешь, за ту аферу вас с Аланом следовало бы всё же подвергнуть известной процедуре!

— Я знал, что ты никогда пальцем не тронешь Алана, поэтому повел себя, как последний трус, и укрылся за его мужественной спиной, — усмехнулся Себастьян. — Но ведь неплохо вышло, согласись! В таком возрасте…

— Вот именно! В таком возрасте… Ты помнишь, когда ты начал эти свои… художества?

— Точно помню, что шестилетие отпраздновал юбилейным, десятым выговором, — ответил начтранс. — Потом перестал считать, надоело… А! Понимаю, о чем ты.

— Хорошо, что понимаешь. — Рауль нахмурился. — В шесть лет у тебя уже было достаточно соображения, чтобы ходить по краю, но не оступаться. И не подставлять других. Я прав?

— Да. А в три с половиной… — Себастьян прикусил губу. — Скверно. Что ты предлагаешь?

— Я хотел задать этот вопрос тебе. Я, видишь ли, был крайне послушным воспитанником, а ты… хм… более сведущ в проблеме.

— Ну да… — Начтранс задумался. — Насколько я понимаю, это не вариант Мартина. Мартин не старался скрыть свои… шалости, скажем так. Он преследовал иные цели, но он уже был подростком.

— Да, здесь определенно твой случай, — хмыкнул Рауль. — Ты как-то говорил, что проворачивал всё это от скуки.

— Именно. И чтобы не рехнуться в четырех стенах… Только в таком возрасте еще рано начинать скучать, как мне кажется! Впрочем, я могу и ошибаться… — Себастьян потер лоб. — Тут, скорее, дело в том самом любопытстве. И я даже представлять не хочу, что он может натворить, удовлетворяя это самое любопытство!

— Я тоже, — заверил Второй Консул. — Ну что? Варианты?

— А какие тут могут быть варианты… — Начтранс посмотрел ему в глаза. — Разрешение дашь? Или опять через Алана?..

— Если я не собирался давать тебе разрешения на посещение интерната, то зачем, по-твоему, затеял эту беседу? — усмехнулся Рауль.

— Ты неплохо меня изучил, — ответил такой же усмешкой Себастьян.

— Как и ты меня, — вздохнул тот. — Повод для посещения придумаешь сам. Всё остальное… тоже. У тебя это явно выйдет лучше, чем у нас с Аланом. Директора он предупредит.

— Ясно. — Себастьян поднялся. — Рауль… спасибо. За мной должок.

— Нет, — покачал тот головой. — Квиты.

Они обменялись понимающими взглядами.

Коротко кивнув, начтранс направился к двери.

— Себастьян! — окликнул его Рауль.

— Что? — обернулся тот.

— Нефть, — коротко сказал Второй Консул.

— Как раз иду к Людвигу, — хмыкнул Себастьян. — Присоединишься?

— Времени нет, — покачал тот головой. — Не откажи в любезности, держи меня в курсе.

— Непременно. Думаю, по твоей части тоже… найдется применение, — улыбнулся начтранс и надвинул бейсболку. — Но Крис нас убьет.

— Вряд ли. Раз уж до сих пор не убил…

— Тоже верно. Да и, в конце концов, глупо сидеть и ничего не делать, если деньги сами из земли текут, уж это-то Крису объяснять не нужно! Лишь бы не выгорело всё…

Рауль кивнул. Себастьян ухмыльнулся и двинулся к выходу. Дел и так было невпроворот, а теперь к ним добавились еще два, и оба чрезвычайно важных. Впрочем, начтранс умел решать и более сложные задачи, следовало только как следует поразмыслить…

Теодор Крейд не умел скучать. Скорее всего, по малости лет еще не научился, да и вокруг хватало объектов для вдумчивого исследования. Заниматься этим было тем более необходимо, что обычная программа обучения мальчика надолго занять не могла при всей своей интенсивности, свободного времени оставалось достаточно. Мальчику еще досталась от его творцов ценная способность спать всего по нескольку часов в сутки, полностью восстанавливая силы, а то и вовсе не спать дня три кряду. Несомненно, его создатели преследовали самые благие цели, вот только не подумали о том, чем будет занимать себя любознательный ребенок в те часы, когда все его сверстники видят пятый сон, а он давно уже выспался и жаждет действовать!

Наверно, имей он полный доступ к библиотеке интерната или к городской сети, проблем было бы меньше, но наставники вполне справедливо полагали, что в таком возрасте знания следует получать строго дозированными и, скажем так, поданными под правильным соусом. Во многом они были правы, но Теодору от этого легче не становилось, вот и приходилось изобретать себе занятия…

Недавняя затея оказалась вполне осуществимой, жаль, провалилась на последнем этапе. Теодор обдумал каждый свой шаг, решил, что время впредь нужно рассчитывать с солидным запасом на случай непредвиденных обстоятельств, а скрываться тщательнее. Если бы он хоть выглянул наружу, перед тем, как уронить эту злосчастную плиту, всё бы обошлось, он сумел бы вывернуться… Теперь же пришлось получить строгий выговор от самого директора, а злосчастный фурнитур до сих пор обходил Теодора стороной — мало того что бедняге влетело от начальства, так еще и чуть заикой на всю жизнь не остался! Правду сказать, из-за этого мальчик чувствовал себя виноватым. Не за саму авантюрную затею, а именно за то, что едва не подставил ни в чем не повинного человека, который, кстати говоря, был одним из самых приятных фурнитуров в их секторе! Во всяком случае, не льстил, не заискивал (а вид взрослого, заискивающего перед малышней, пусть и Блонди, всякий раз вызывал у Теодора эмоции, средние между отвращением и сочувствием), вел себя спокойно и ровно…