Избранное (СИ) - Измайлова Кира Алиевна - Страница 1191

— Парни, вас подсушить или вы сами? — спросил он.

— Подсуши, только не поджарь, — вздохнул Гарри. — Ой, как я, оказывается, замерз!

— И я тоже… — сказал Невилл.

— Это у них такой естественный отбор, кто не выжил после заплыва через озеро, к распределению не допускается, — хихикнул Драко.

— Тише, молодые люди, — одернула профессор МакГонаггал, которая конвоировала их сюда с причала, запихнула в тесную каморку и заставила ждать. — Церемония начинается.

— Гарри, а представь, ведь многие ребята не знают заклинаний. Начинается это распределение, выходишь ты такой в мятой мантии, лохматый, с грязью на носу и соплями под ним, как Уизли вон… И какое это начало новой жизни? — спросил Драко провокационно.

— Я думаю, это нечестно, — подумав, сказал тот. — У нас вот в школе… Ну, например, все по-разному успевали по физкультуре, кто бегать не мог, кто прыгать, но приготовиться всем давали одинаково. Переодеться и все такое…

— Тише! — снова шикнули на них.

Началось распределение.

Северус Снейп ненавидел первое сентября всей душой. Завтра к нему явится очередная орава идиотов, которые не способны отличить пастушью сумку от лунника… И на что он тратит свою жизнь?

А самое ужасное — в этом году в школу должен прийти Гарри Поттер. Тот самый. Тот, из-за которого умерла Лили…

Кучка первокурсников, ожидающих распределения, почему-то не жалась друг к другу в страхе, там раздавались смешки, порой довольно громкие, но кто был заводилой, разглядеть не удавалось. Лишь бы не очередной Уизли, хватит с него близнецов! Мелькала там чья-то светлая макушка, но чья? Вроде бы этот мальчик единственный не испугался призраков, разглядывал все вокруг с неподдельным интересом и ничуть не тушевался при виде профессоров.

Распределение шло своим ходом, а потом МакГонагалл вдруг громко сглотнула и прочла:

— Малфой, Драко!

Большой зал окутала мертвая тишина, только за гриффиндорским столом продолжали шушукаться и хихикать.

От группы первокурсников отделился высокий светловолосый мальчик и неторопливо двинулся к Шляпе.

Да как же Снейп сразу не понял, на кого тот похож! Та же походка, та же улыбочка, точно такой же прищур серых глаз… Мерлин, но раз так, значит, Люциус жив?! Жив и на свободе!

— Вы не могли бы шагать поживее, мистер Малфой? — раздраженно спросила МакГонагалл.

— Разумеется, профессор, — поклонился ей Драко, — но я считал, что на торжественных мероприятиях бегать неприлично.

«Вылитый Люциус, разве что не такой ледяной. Не знаю, где он рос, но… Драко, Драко! Если ты попадешь на Слизерин… Нет, своим я вправлю мозги сразу же, но вот прочие… О чем думал Люциус, когда отправил тебя сюда? Или… как раз очень хорошо подумал?»

— Слизерин! — гаркнула Шляпа, кажется, даже не коснувшись головы Малфоя.

Тот прежней неспешной походкой отправился к столу своего факультета. Место ему освободили, но посмотрели недобро. Драко уставился на стол преподавателей, прищурился, поймал взгляд Снейпа и едва заметно улыбнулся.

С души будто камень свалился. Люциус помнил о нем. Люциус знал… А что именно он мог знать?.. Неважно, главное, Драко жив, здоров и выглядит прекрасно! А что его сторонятся, пускай! Хотя вон та девочка, Паркинсон, кажется, нарочно села напротив и улыбнулась остальным с вызовом.

— Поттер, Гарри! — возгласила МакГонаггал, и Большой зал снова затих.

Невысокий чернявый мальчик в очках, который прежде жался за спиной Малфоя, вышел вперед и надел Шляпу…

… — Непростой вопрос. Очень непростой. Много смелости, это я вижу. И ум весьма неплох. И таланта хватает — о да, мой бог, это так, — и имеется весьма похвальное желание проявить себя, это тоже любопытно… Так куда мне тебя определить? — проговорила Шляпа в голове Гарри.

— Можно мне вместе с Драко? — несмело подумал он. — Я не очень понимаю, чем различаются факультеты, но я уже подружился с ним. Он хороший, у него мама такая добрая… И та девочка, которой он помогал, тоже там. Жалко, что Невилл попал на Гриффиндор, но он хотел именно туда… Уважаемая Шляпа, пожалуйста! У меня никогда не было друзей!

— Мама, говоришь… — тяжело вздохнула Шляпа. — Друзей не было, говоришь… Ладно, будь по-твоему. Слизерин!

— Спасибо! — успел подумать Гарри, снимая ее с головы.

На этот раз Большой Зал не просто замер, он оцепенел, и только ленивые аплодисменты нарушали тишину: это хлопал в ладоши Драко Малфой, потом к нему присоединилась Паркинсон. А когда Гарри Поттер подбежал и шлепнулся рядом на скамейку, Драко одобрительно потрепал того по плечу.

— Вот это новости, — сказал кто-то из старших, когда зал снова загудел, а распределение продолжилось. — У нас сразу две звезды: мальчик-который-выжил и сын предателя. Я-то думал, в отместку дух Слизерина отправит второго на Гриффиндор!

— Пасть заткни, — лениво сказал Малфой. — Тебя бы самого туда, угробище великовозрастное.

— Малек, ты возникать будешь?!

— А ты хоть знаешь, что я с тобой сделать могу? — ласково улыбнулся Драко, повертел в руках вилку и вдруг с силой метнул ее. Та со звоном задрожала, вонзившись в доски стола. — Ой, прости, промазал. Я в ногу целился. Или не в ногу?

— Малфой, твой папаша смылся, а наши… — Теодор Нотт приподнял плечи. — Наши и Азкабан прошли, и в аврорате им кости крошили… Вы легко отделались!

— А, вот оно в чем дело… — спокойно ответил Драко.

— А тебе, Поттер, каково сидеть рядом с убийцей твоих родителей? — поинтересовался старшекурсник, Флинт.

Тот вытаращился так, что чуть очки не уронил.

— Да-да, не смотри так, будто первый раз об этом слышишь, — язвительно продолжил Маркус. — На месте преступления нашли палочку отца твоего нового приятеля. Как это мило! Как это… мелодраматично!

— Драко?.. — испуганно спросил Гарри.

— Ну да, нашли палочку, — спокойно ответил тот — А вы разве не знаете?

— О чем?

— О том, что мою мать убил Лорд. — Он насладился повисшей тишиной и добавил: — Только за то, что она пыталась сохранить мне жизнь. А потом он пытал отца. И я не знаю, как он вообще выжил после стольких Круциатусов, которыми Лорд, кстати, метил в меня, а мне всего год был…

— Мерлин… — Панси схватилась за лицо.

— Не делай так, следы на щеках останутся, — сказал ей Драко и вернулся к разговору. — Отец закрыл меня собой. Лорд, когда уходил, забрал его палочку. Папа сразу подумал — это чтобы его подставить… Сами понимаете, потерял доверие, ну и… И что, кто-нибудь теперь осудит его за то, что, едва придя в себя, он забрал единственного наследника и аппарировал так далеко, как только сумел? И выживал потом тоже как умел? И еще меня умудрился вытянуть? Он и сейчас еще… не совсем здоров…

— Ладно, Малфой, я погорячился… — тяжело вздохнул Нотт. — И как он не побоялся тебя отпустить?

— Сам удивляюсь, — пожал тот плечами. — Видимо, решил, что тут безопаснее. На континенте тоже всякие шныряют… Поттер, перестань на меня так таращиться! Тридцать первого октября мы с отцом уже были в Европе. Он показывал воспоминания, и всей нашей новой родне тоже показывал, а там волшебники сильные, вранье бы враз отличили.

— Правда? — с надеждой спросил Гарри.

— Да. Мой папа твоих родителей не убивал, — твердо ответил Драко. — Может, его палочку и использовали, но его самого там не было.

— Он успел вывести все капиталы, — заметил Забини.

— Он давно понял, к чему идет дело, верить только не хотел, но на всякий случай…

— И мэнор он продал. Не знаю, кому, но там сейчас запустение.

— Я в курсе. Это уж он в эмиграции первому попавшемуся за бесценок его сбыл, чтоб было на что прожить первое время, пока гоблины со счетами не разберутся, — лихо соврал Драко.

— Не жалко?

— А я его и не помню, не о чем жалеть. Хотя отцу здесь лучше не появляться, вдруг с сердцем опять… — вздохнул Малфой, — как тогда, когда Метку убирали.