Избранное (СИ) - Измайлова Кира Алиевна - Страница 685

Разумеется, девчонка обнаружилась на лоджии. Он давно заметил за ней эту странную привычку… и опасную, между прочим! Вот и сейчас Ким сидела на узких перилах, сильно перегнувшись наружу и покачивая ногой.

— Что ты делаешь? — вполне дружелюбно спросил он, подходя вплотную.

Девчонка вздрогнула от неожиданности, но ответила достаточно спокойно:

— Смотрю на город. Красиво…

— Тебе не страшно? — с некоторой ехидцей осведомился он. — Здесь нет силового поля, ты не знала?

Ким поспешно отшатнулась обратно, покрепче ухватившись за перила. Потом неловко соскользнула на пол, случайно задела Себастьяна коленом и дернулась в сторону.

— Ты никогда не прикасаешься ко мне первой, — заметил он, глядя на нее в упор. — Почему?…

КИМ

…— Ты никогда не прикасаешься ко мне первой, — произнес Блонди. — Почему?…

Ким вскинула на него глаза. Она уже немного научилась различать выражения его лица, на первый взгляд казавшегося неподвижной маской. Но именно что на первый взгляд… Иногда ему то ли надоедало следить за собой, то ли он просто не считал нужным этого делать, но из-под маски проглядывал живой… не человек, конечно, но все-таки — живой, не машина.

Сейчас в глазах Блонди угадывалась некая веселая заинтересованность, чего Ким за ним раньше не замечала. А с чего Блонди веселиться? Им не до веселья, им планетой управлять надо…

И вообще, он сегодня казался странным. Во всяком случае, никогда прежде он не заговаривал с Ким на отвлеченные темы, ограничиваясь короткими приказами.

— Так запрещено же, — ответила Ким. Таково было одно из тех правил, которые первыми сообщил ей фурнитур, когда она попала к Блонди. Или соврал, зараза?…

— Я разрешаю, — сказал Блонди и, кажется, усмехнулся. Симпатичная такая вышла улыбка, не как раньше. То, что видела Ким прежде, можно было назвать чем угодно, только не улыбкой. Глаза-то оставались ледяными, а при таком раскладе хоть до ушей рот растяни — а улыбкой это не будет. Так, гримаса… неприятная, кстати.

Ким с опаской взглянула на Блонди. Судя по всему, он не шутил. Более того, это было сказано вполне приказным тоном. Вот только усмешка эта и искорки в глазах… Или это городские огни отражаются?

Помедлив секунду, Ким все-таки решилась, несмело подняла руку. Коснулась плеча Блонди, обтянутого тонкой тканью, почувствовала ровное биение пульса на его горле. Дотронулась до золотистых волос, кажущихся изваянными из светлого камня, но шелковистых на ощупь… Зажмурилась даже, припомнив, каково это, когда вот эта шелковая грива — да по твоему телу…

Ладони Блонди уверенно легли на талию Ким. Без малейшего усилия приподняв Ким, он посадил её обратно на перила. Опасно качнувшись назад, Ким непроизвольно вцепилась в плечи Блонди, чтобы удержаться от падения. Оказалась с ним лицом к лицу… А глаза-то, глаза — совершенно шальные!..

…Ощущение пропасти в сотню этажей за спиной, от которой Ким отделяли лишь руки Себастьяна, обострило все чувства до предела. Сама того не сознавая, пребывая в какой-то странной эйфории, Ким, пожалуй, впервые ответила на ласки своего хозяина…

…Холодный ветер мгновенно высушил пот, выступивший на разгоряченной коже. Ким вздрогнула от внезапного озноба, открыла глаза, встретившись взглядом с Себастьяном. Его руки жгли её, словно раскаленные угли, и в холодной ночи не существовало других ощущений… Ким судорожно пыталась вздохнуть открытым ртом, но воздуха всё равно не хватало, и не было сил даже на слабый стон… Провал в сознании, бархатная тьма, пронизанная сполохами, вспышками острого, никогда прежде не изведанного наслаждения…

БЛОНДИ

Что это было за наваждение — он и сам не понял. Опомнился, только когда девушка обмякла в его руках, бессильно склонив голову ему на плечо.

Сегодня она не была безвольной, покорной куклой, сегодня она отдавалась ему с настоящей страстью, неумело, но… В этом что-то было, Юпитер побери!..

Он опустил девушку на низкий широкий диван, окинул внимательным взглядом. За прошедшие недели фигура Ким оформилась окончательно, потеряв подростковую угловатость и приобретя женственную плавность линий. Себастьян не мог не признаться себе в том, что это ему безумно нравится. Узнал бы кто, какой редкой формой извращения страдает господин Крей, то-то смеху было бы!

Усмехнувшись собственным мыслям, он вышел, прикрыв за собой дверь. Его ждала работа…

КИМ

Открыв глаза, Ким не сразу сообразила, где находится. Потом вспомнила — в Эосе. В квартире Блонди…

За окнами занимался рассвет. Ким села и встряхнула головой, силясь понять, было ли то, что случилось вчера, бредом или все же реальностью? И если всё происшедшее было вполне реально, то где объяснение подобному повороту событий?

«Дало о себе знать длительное воздержание?» — цинично усмехнулась Ким, но тут же задумалась. Что ни говори, а исполнять свою роль намного проще, если роль эта доставляет тебе удовольствие. Но радоваться ей собственной внезапно пробудившейся чувственности или проклинать её? Так недолго и забыть о собственных планах!.. Нет уж, нельзя голову терять, никак нельзя! Потому как если еще и голову потерять, то что останется-то? Да в том-то и дело, что ничего…

«Ты должна стать больше, чем игрушкой, — сказала себе Ким, одеваясь. — Ты должна стать любимой игрушкой. Если уж ты вещь — так будь вещью, без которой невозможно обойтись. Вещью, которую ценят не только за внешнюю привлекательность».

Ким понимала, что должна каким-то образом показать хозяину, что отличается от других: и от петов, и от большинства обитателей Кереса, давно пропивших свои мозги. Ждать подходящего случая? Да ведь случаи — они такие, пока подвернется, ждать устанешь. Стало быть, нечего выжидать. Действовать надо.

Ким прислушалась. В квартире царила тишина. Впрочем… Ким тихонько двинулась по коридору. Одна из запертых вчера дверей была приоткрыта. Ким вполне ясно расслышала негромкое щелканье клавиш и шелест, какой мог издавать только мощный компьютер. Видимо, за этой дверью располагался домашний кабинет Блонди. Но можно ли войти?

«В конце концов, всё, что мне грозит — это вылететь за дверь», — решила Ким и осторожно проскользнула внутрь. Остановилась у стены, заложив руки за спину, как примерная девочка из колледжа — видела она таких по телевизору.

Это действительно был кабинет, просторный и довольно-таки уютный. В нем царил вдохновенный беспорядок, не то чтобы чрезмерный, но все же заметный. Словом, это был определенно не парадный кабинет.

Блонди сидел спиной к Ким за терминалом и, казалось, был полностью поглощен происходящим на большом мониторе. Впрочем, Ким полагала, что он прекрасно может видеть её отражение — блестящих поверхностей на терминале хватало. А поскольку ей не было велено удалиться, Ким решила приблизиться к хозяину. «Хотела стать вещью, без которой пусто? — сказала она себе. — Ну так приступай!»

Ким неслышно — как ей показалось — подошла к Блонди, опустилась на пол у его ног. Она знала, как должен сидеть воспитанный пет. Глупость несусветная — долго так не высидишь, а высидишь да потом встанешь — будешь выглядеть идиоткой, потому что ноги затекут, и ковыляй на полусогнутых. Ну ладно уж, раз для дела надо…

Блонди чуть повернул голову, искоса взглянул на Ким и снова отвернулся. Его пальцы уверенно выбили замысловатую дробь на клавиатуре. Судя по его сосредоточенному виду, задача была не из легких.

«У него красивые руки, — неожиданно подумала Ким. — Красивые и… О нет! И куда это свернули наши мысли?»

Сидеть на полу, гордо выпрямившись, было все-таки очень неудобно. К тому же Ким никак не удавалось рассмотреть, над чем же работает Блонди — под этим углом она ничего не видела на мониторе, — а разглядеть очень хотелось. Наконец, Ким решилась прислониться щекой к ноге Блонди. В конце концов, он сам ей разрешил. Однако если вчерашнее разрешение не распространяется на сегодняшний день… «В крайнем случае, получу пинок, только и всего, — фыркнула про себя Ким. — Невелика беда, пинков уж мы получали предостаточно…» Впрочем, Блонди, казалось, не обратил на неё внимания.