"Фантастика 2023-174". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Мазуров Дмитрий - Страница 1011

— Я… — в глотке саднит и потому говорю я с трудом: — это…

— Потом поговорим — говорит Сора: — все потом. Поехали домой.

Глава 26

— Однажды ты допросишься. — говорит Сора-тян, поддерживая мою руку у себя на плече: — Однажды ты переберешь свой лимит и тогда я тебя убью. Клянусь Аматэрасу я тебя убью. Лично, вот этими вот руками. Потому что ты совершенно невозможный, эгоистичный, самонадеянный, лицемерный и невыносимый… из всех, кого я знаю, а я знаю достаточное количество самонадеянных эгоистов.

— Я тоже тебя очень люблю — откликаюсь я: — ты классная.

— Вот даже не пытайся сейчас ко мне подлизаться — откликается Сора, пока мы медленно идем к выходу из внутреннего дворика: — тебе не уйти от возмездия. Ты шовинист, настоящий мужской шовинист, вот ты кто! Оставил нас у ворот ждать! «Часик подождите», ага, ну конечно. Тебе не стыдно?

— Стыдно — киваю я, переставляя ноги: — очень. Был неправ. Сожалею.

— Не стыдно — констатирует она: — глаза у тебя бесстыжие. Давай, шевели ногами, пока нас тут не замели… выстрелы, наверное, полгорода слышало…

— Угу — я сосредотачиваюсь на том, чтобы быстрей перебирать ногами. Темный изрядно подсадил мне организм, он никогда ничего не жалеет, порвать связки или бить кого-нибудь уже сломанной рукой ему за здрасьте, вот у кого нет сожалений. Прислушиваюсь к себе. Тишина. Он ушел на дно и сейчас спит, довольный и сытый… в кои-то веки дали разгуляться. Ничего, надо только дать себе отдохнуть, полежать… выспаться и поесть. И через денек-другой я буду как огурчик… если в камеру не попаду.

— Давай я помогу — рядом оказывается Бьянка, она подхватывает мою вторую руку, девушки почти несут меня, и мы довольно быстро оказываемся рядом с фургончиком, меня бесцеремонно (быстрей, быстрей!) заталкивают внутрь, ревет мотор, меня прижимает к спинке кресла от ускорения и пылающее поместье оказывается позади. Пылающее? Я ворочаю шеей, пытаясь осмотреться.

— Это ты поместье подожгла? — спрашиваю я у сидящей рядом Шизуки и та мотает головой.

— Само загорелось — отвечает мне Сора, которая напряженно вглядывается в далекое пламя: — я думала это ты огоньку подпустил.

— Puddin’! — поворачивается ко мне Бьянка, продолжая крутить баранку: — Я тебя обожаю! Столько трупов! Пятьдесят два, если быть точной! Ты один! Нет, я конечно…

— За дорогой следи… — ворчу я: — разобьемся же… обидно будет после всего.

— Не разобьемся — к моему ужасу, она еще и руку отрывает от баранки и машет ей в воздухе, пренебрежительно: — все под контролем. Я на тебя зла, что ты сам все решил сделать, но я тебя прощаю. Потому что ты — восхитителен! Давай еще кого-нибудь убьем?

— За дорогой следи, маньячка… — отвечаю, откидываясь на спинку кресла. Пытаюсь найти клапан кармана на поясе, но пальцы не слушаются меня. Шизука, глядя на мои попытки — закатывает глаза и расстегивает карман, достает оттуда упаковку таблеток.

— Это сработает? — спрашиваю я у Бьянки, пока Шизука открывает упаковку и достает пластиковую бутылку с водой — запить.

— Лично разрабатывала. Ничего такого, просто стимуляторы, витамины, глюкоза… тебе как раз зайдет — бросает Бьянка в ответ, к моему изрядному облегчению — все же повернувшись к рулю и управлению автомобилем: — я тебя понимаю. Слишком много радости — тоже плохо. А это у тебя от жадности, все решил сам… даже Соре-тян почти никого не досталось.

— Я ему уже все высказала — замечает Сора: — он у меня еще допросится. Клянусь Аматэрасу, Светлой Богиней, я ему отрежу выступающие части тела, если он продолжит так делать!

— Не надо пожалуйста — серьезно говорит Бьянка: — я его можно сказать за выступающие части тела и люблю. Не надо отрезать ничего. Но ты можешь его изнасиловать. Вместе с Шизукой, пока он беспомощен. Сейчас приедем и свяжем его…

— Протестую — откликаюсь я. Язык вяло ворочается во рту и больше всего охота закрыть глаза и заснуть: — я это не специально. Они меня заметили и накинулись и…

— Врешь же? — заглядывает мне в глаза Сора и кивает: — Врет. Как есть врет. Он все так и задумал, скотина шовинистическая. Он нас, девушек, воспринимает как красивые вещи, дескать место нам на кухне и в постели, наелась я такого.

— Ээ… неправда. Я… — мне становится плохо и я замолкаю. Мир вокруг темнеет и надо мной склоняется обеспокоенная Сора.

— Кента?! — говорит она и все вокруг гаснет, словно бы нажали на выключатель.

Прихожу в себя я довольно неприятным образом. Кто-то плещет мне в лицо холодной водой. Сперва я не понимаю, что происходит вокруг и кто все эти люди, где я нахожусь и какого черта от меня всем надо. Но крепкая затрещина быстро ставит все на места, люди вокруг меня — не друзья. Чертова слабость во всем теле не дает мне среагировать как надо и воткнуть палец в глаз ближайшего, а потом рвануть его на себя, прикрываясь от остальных… потому что они — вооружены. Дробовики с тактическим обвесом, даже штурмовые винтовки, но гражданская одежда… неужели местные спецслужбы, Комитет Национальной Безопасности? Нет, они почти все без бронежилетов, без шлемов, а это обязательная приблуда при штурме… кто это такие? Специальный отряд сардаукаров Кумы? Понятно, что мы в дерьме, вопрос — насколько глубоко?

— Очнулся — удовлетворенно говорит кто-то с неприятным лицом. Лицо скрыто под балаклавой, но я прямо-таки нутром чувствую, что оно — неприятное.

— Где Кисимото Минами? — спрашивает меня тип с неприятным лицом: — говори! Быстро! — сразу же — боль! Стискиваю зубы, чтобы не заорать и корчусь, пытаясь вырваться. Тщетно.

— Не слышу! — повышает голос тип, который стал в разы неприятнее. Все ясно. Полевой допрос, тут времени мешкать нету, если не пойдут ответы, то эти ребята начнут пальцы мне отрезать или нож в бедро воткнут, а потом пристрелят. Кто такие? Сейчас неважно, надо прекратить сдерживаться и …

— Аааа! — кричу я, стараясь вложить в крик боль и страх. Я — боюсь, мне страшно, я готов сделать все, что скажут… так они и должны подумать.

— Пожалуйста! — кричу я: — Пожалуйста! — пока я кричу — какая-то часть моего мозга быстро отмечает детали — сколько человек в помещении, оружие при них… мы находимся в «Логове Злодейки»! Мотаю головой, якобы от боли (действительно больно!), стараясь охватить взглядом окружающее. Неподалеку на полу — лежат какие-то бесформенные комки, под ними — темные пятна. Собаки. В соседнем кресле — Шизука без сознания, руки за спиной. Ясно. Взяли нас тепленькими, кто бы это ни был.

— Я… я скажу все, что знаю — стараюсь лепетать я, запинаясь и торопясь: — все-все! — мои руки в этих новомодных пластиковых хомутах, связаны спереди, чтобы было удобнее орудовать пассатижами над ногтями или пальцами. Действительно, я же школьник, пусть и довольно развитый, но школьник. Да еще и без сознания был… и… да, пояса с оружием на мне нет. Я одет в спортивные штаны и футболку, значит меня успели переодеть.

— Где сейчас Кисимото Минами? — повторяет вопрос неприятный тип. Краем глаза слежу за его товарищами, они разбрелись по помещению, проводя быстрый обыск, раскидывая вещи и открывая металлические шкафы с реагентами и оборудованием. У меня есть буквально секунда подумать, потом мне будет очень больно, но мне придется вытерпеть эту боль, потому что надо чтобы мне — поверили. Что я «поплыл», что у меня нет никаких мыслей, только боль и страх в голове… а для этого надо разок ступить, еще разок потерпеть…

— Кто? — спрашиваю я: — я не знаю… — Боль! Снова боль пронзает меня и я кричу, не стесняясь и вкладывая в крик всю эту боль, как замечательно. Внутри меня ворочается заснувший было Темный, он снова готов, ему боль в радость, но еще рано, еще рано, нельзя показать его сейчас… или все-таки? Нет, мне надо узнать больше и главное — где девушки?

— Говори! — орет мне в лицо неприятный тип и показывает мне свой мультитул, хороший такой мультитул, настоящий leatherman. Мильтитул сжимает небольшой полупрозрачный кусочек, заляпанный красным, похожий на кусочек пластика. Мой ноготь.