"Фантастика 2023-174". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Мазуров Дмитрий - Страница 948

— Погоди. Ты сказал, что я — помогла тебе? — уточняет она: — Но… как? Ты понял, что секс — дело низменное и недостойного духовного становления личности, да?

— Нет — качает головой Кента: — я понял, что совершенно точно не хочу так, как ты.

— Как?

— Ну, чтобы два года секса не было, и чтобы потом по этому поводу плакать в баре. — уточняет Кента с улыбкой.

— Ах ты! — она с силой дает ему кулаком в плечо и охает — голова у нее прямо-таки вспыхивает болью. Кента тоже морщится от боли и шипит что-то неразборчивое.

— Что… сильно? — сочувственно спрашивает она у него, уже жалея что ударила его.

— Да не… у меня просто травма на спине, вот и отзывается туда боль. — отвечает он: — Эта… нехорошая девушка с ее обезболивающим. Теперь еще и это. Побочный эффект, мать его…

— Побочный эффект? — не понимает Оя: — Что с тобой? Голова болит и кружится? Аллергическая реакция?

— Неа. Эрекция как у коня, вот. Полюбуйся — молодой человек откидывает одеяло и Оя от неожиданности — сглатывает слюну. Пизанская башня, думает она, точно так же — стоит под углом, но не падает.

— Ээ… — говорит она: — ну… да… конечно…

— Это все от лекарства. И главное — обезболивает часа на три, а стоит потом — сутки. — жалуется молодой человек, а Оя не может оторвать взгляд от этого бесстыжего, стоящего колом, отвратительного мужского естества. Фу, думает она, как вульгарно. Как… по-мужски. Взять и отбросить одеяло, любуйтесь, мол. Эксгибиционизм в чистом виде. Можно подумать ей приятно на такое смотреть. Можно подумать она хочет сейчас наклониться и взять его в рот, ощутить пульсирующий… Нет! Нет конечно. Никогда.

— Кхм… — кашляет она снова, прочищая свое горло: — а он у тебя … довольно впечатляющий.

— Надо же. А раньше ты так не говорила — улыбается Кента: — когда мы в баре в кабинке с Нобу-сенпаем пенисами мерились. Кстати — а почему у тебя в сумочке рулетка? Как раз для этого — мужикам в баре органы измерять?

— Это слишком много информации для меня — признается Оя: — вы мерились членами? Перед нами? У меня в сумочке есть рулетка? А… да, действительно. Это меня отец просил принести. Он свою потерял где-то. А зачем вы членами мерились? И кто победил?

— Так ты же и предложила — удивляется Кента: — чтобы потом с Морико-тян в «камень-ножницы-бумагу» разыграть того, у кого больше. Морико-тян победила, кстати.

— Я так и поняла — проворчала Оя, не открывая взгляда от торчащего вверх мужского достоинства: — боюсь даже предположить, чего там у твоего сенпая.

— Ну, Нобу-сенпай везде большой — пожимает плечами Кента: — он вообще крутой, а не только член. Хотя, честно признаться я тоже удивлен.

— Ты на редкость спокойно реагируешь — отмечает Оя: — обычно вы так чувствительны к размерам своего члена.

— Самурай не должен зависеть от длины своего клинка — кивает Кента: — главное — как им владеть. Так сам Миямото Мусаси в Книге Пяти Колец написал. Тешу себя надеждой, что когда-нибудь я научусь.

— Кхм… — прочищает горло Оя и отворачивается. А что ты хотела, Оя — думает она, когда ты шла с Сэки-тян, чего ты хотела? Секса без обязательств? Ну… вот тебе и шанс. Большой такой, в полутьме не видно, но почему-то она уверена — что с вздувшимися венами по всей длине. Пользуйся случаем. Раз — и села прямо на эту башню и заездила его до полусмерти, показав на что способна офицер полиции, у которой два года секса не было. Чтобы знал.

Но он же студент! — думает она: — почти школьник! У них разница в возрасте! Ладно бы с его сенпаем… хотя тот ее бы порвал на части… но все равно — это было бы морально приемлемо. А тут… как она потом ему в глаза посмотрит? А зачем ему в глаза завтра смотреть — задается встречным вопросом голос в голове: — ты его и не увидишь потом никогда. Ты ж сексом столько не занималась, что и не помнишь поди, как это. Давай, освежим память и пареньку приятно сделаем. И потом — ты должна признать, что парень ведет себя как джентльмен, не пристает, хотя эрекция у него такая что ему уже больно должно быть. В таком возрасте, если долго стоит и потом не кончить — болеть будет. Так что и не ради себя, хотя стоило бы, но ради гражданина этого города, ведь паренек — явно городской. Значит и ему полиция должна служить и защищать. И отсосать.

Оя сглотнула слюну и покосилась на паренька. Тот потянулся и зевнул.

— Тебе не больно… вот так? — спросила она его, кивнув ему на промежность.

— А! Как раз хотел спросить! — весело откликнулся тот и Оя напряглась. Сейчас приставать начнет — она ему врежет между ног. Вот чтобы не приставал. И плевать, что веселье для Сэки-тян обломает. Плевать.

— Ты не могла бы отвернуться? — спрашивает он: — Я должен помастурбировать. А ванная комната занята. Твоей подругой, кстати.

— Что?!

— Нет, ну конечно, ты можешь и смотреть. Просто если тебе будет неприятно…

— Не буду я отворачиваться. Можешь делать что хочешь. — складывает руки на груди Оя: — Мало ли что ты там за спиной сделаешь!

— О. Ну ладно. Это у меня… побочное действие медикаментов и если я сейчас не кончу, то будет больно потом. Ну и голова у меня остынет, а то ты тут лежишь вся голая и…

— И? — требовательно спросила Оя, чувствуя, как у нее в груди вырастает раздражение. Слабак, думает она, мог бы уже ткнуть меня лицом в подушку и… современная молодежь такая малахольная.

— И это меня неслабо так возбуждает — признается Кента: — я вот еле держусь. Да и звуки от вашей подруги и моего сенпая… тоже никак не помогают. Значит для продолжения цивилизованной беседы мне нужно кончить… несколько раз.

— Еле держишься, значит. — медленно говорит Оя и переводит взгляд на его мужское достоинство: — Так чего ждать. Начинай, я посмотрю.

— Хорошо. Надеюсь, тебе это не доставит излишних моральных травм — говорит паренек и его руки спускаются вниз. Некоторое время Оя смотрит на это, чувствуя, как хмель испаряется из головы, потом решительно хватает его за руку.

— Убери — командует она: — ничего не умеешь. Смотри, как надо…

Глава 26

Давно, еще по студенчеству один мой друг выработал теорию о том, как именно происходит вся эта магия пятничного вечера плюс немного (или много) алкоголя и витающие в воздухе феромоны, флюиды или как это было модно называть на заре века — животный магнетизм. Так вот Аксиома Кудряшова (это фамилия самого ученого) гласила — вы не можете сделать ничего, чтобы повысить свои шансы на коитус с симпатичной девушкой/женщиной, которая твердо про себя решила, что она в этот пятничный вечер напьется и кого-нибудь оттрахает. Изначально сумма шансов составляет единицу и все что вы можете сделать — это только понизить их. Если проще, то задача мужчины во всем этом пятничном флирте на одну ночь — ничего не испортить. Все.

Именно поэтому, гласила Аксиома Кудряшова, представителю мужского пола необходимо сосредоточится не на расширении своего перфоманса и растопыривании перьев во все стороны, а на том, чтобы не отпугнуть настороженную особу противоположного пола. Многие юные исследователи пренебрегают Аксиомой Кудряшова и стремятся из кожи вон лезть, поражая окружающих безднами своей эрудиции, невероятными достижениями во всех областях, прочным финансовым положением и выдуманными фактами из своей жизни. К сожалению, пытаясь произвести впечатление на девушек, юноши забывают, что увеличить свои шансы на коитус они не могут. Они могут только все испортить, а подобное поведение — лишает их очков и испуганная пятничная фея — вспархивает и летит искать другого счастливчика, которого и одарит собой по полной пятничной программе. Да, иногда это включает и сидеть в гостиничном номере и держать ее волосы, пока она блюет в унитаз и стонет о том, что слишком много выпила, но я думаю мы все согласимся, что даже такое времяпровождение лучше, чем остаться одному в пятницу вечером.

Именно поэтому вчера я больше слушал чем говорил и вообще старался не отсвечивать лишний раз. Видимо это и привело к тому, что утро субботы я встречал в номере лав-отеля, где оказывается есть номера и для двух пар сразу. Видимо, чтобы перед друг другом хвастаться. Или для того, чтобы подруга могла наблюдать, все ли хорошо у ее подруги… попахивает вуайеризмом, но мы за любые извращения, так что и пусть попахивает. Вообще, втянем запах полной грудью, чего стесняться.