Горничная Тархана - Романова Злата - Страница 8

– Может, еще и съедешь? – предлагаю спокойно.

– Чтобы ты снова заблокировал мои карты? Нет уж, я не такая дура! Но ты ко мне больше не прикоснешься, понял?

– Посмотрим, – хмыкаю я, потому что Карина сама и недели не протянет, а изменить не посмеет. – Макс приедет после обеда. Веди себя хорошо.

– Да пошел ты на хуй! – кричит мне вслед жена, когда я иду к двери, но испуганно зажимает рот, когда я оборачиваюсь, поняв, что ляпнула.

Я не разрешаю посылать себя даже ей и, обычно, после этих слов ее ждет жесткая порка и грубая ебля, но я действительно должен уже выезжать, чтобы опоздать не больше, чем на час. И так проспал из-за ее ночного концерта.

– В любой другой день пошла бы ты, но тебе повезло, что я спешу, Карина. Вернемся к твоему грязному рту вечером.

– Не надейся, я тебе не подчиняюсь!

Ну да, ну да, а голос-то дрожит.

Спускаюсь вниз и слышу какую-то суматоху и топанье. Рядом пробегает испуганная горничная, которую я в последний момент на ходу ловлю за руку.

– Что случилось?

– Это Наташа! – плача, выдыхает Альбина. – У нее с сердцем плохо, я вызвала скорую, но она просит Георгия, а я не могу его найти!

– Так, Наташа, это кухарка, да? – уточняю я.

– Да! Отпустите, пожалуйста, мне надо найти Георгия!

Интересно, чем он-то ей поможет? Странная логика, но я отпускаю паникующую девчонку и выхожу на улицу.

Водитель, как и моя личная охрана, уже ждут.

– Слушай, скажи, чтобы кто-нибудь проверил ситуацию в доме, – говорю я открывающему мне дверь машины Виктору. – Там кухарке плохо, если что, сами подкиньте до больницы, не дожидаясь скорой.

– Можно войти в дом? – спрашивает Виктор.

– Да, блядь, я разве неясно выражаюсь?

– Ясно, Тархан Артурович, просто моим ребятам нельзя…

– Это форс-мажор, Виктор! – рычу нетерпеливо. – И я прямо тебе говорю, что делать. Пораскинь мозгами, если они у тебя есть.

– Понял, Тархан Артурович, – с каменным лицом говорит Виктор и отходит на шаг.

Пока я сажусь в машину, он достает телефон и начинает звонить. Ну наконец-то!

Да, я дал четкие указания, чтобы охрана не смела переступать порог дома без прямых указаний или без риска нападения, но на то были причины. В прошлом году одна из горничных ебалась с охранником и эти два дебила придумали «гениальный» план нас ограбить. Естественно, ни хрена у них не вышло, но я решил отгородить охрану от прислуги и теперь даже еду им носит Георгий или сама кухарка на крайняк.

Выкинув бытовуху из головы, еду на встречу и уже почти под конец меня осеняет, что раз кухарка в больничке, то кашеварить некому. А у меня гости! Карина, злобная стервозина, точно не станет заморачиваться с этим, надо бы сказать Жоре, чтобы заказал доставку из ресторана к обеду. Пишу ему смс и получив ответ, снова сосредоточиваюсь на застройщике, а по дороге обратно домой получаю отчет от охраны, что моего брата с Лианой встретили и уже везут к нам. Я успеваю первым доехать и сняв блядский костюм, встречаю гостей в удобных джинсах и футболке. Карина прячется где-то в доме.

– Ну здравствуй, брат! – лыбится Макс, беря меня в медвежий захват.

– Хватит тебе, всего-то год не виделись.

Я треплю его по башке, как в детстве, и хлопнув по плечу, отстраняюсь, оглядываясь на Лиану, которая неуверенно мнется рядом с нами.

– Здравствуй, Лиана.

– Здравствуйте, Тархан Артурович, – тихо пищит девочка, с опаской поглядывая в сторону Максима.

Да, я уже привык. Женщины, особенно такие, как она, при знакомстве всегда пугаются моего вида, а с Лианой я в последний раз виделся, когда она была ребенком. Поп свою дочь берег и держал практически взаперти. Я просто охуел, когда понял, что он оставил ее на попечение Макса, но видимо у старика, как и всегда, все просчитано наперед и у этого поступка тоже своя цель. Знай Макс, что Попов жив, точно не сплавил бы ее ко мне. Даже у него не настолько большие яйца.

– Проходите в дом, Жора вам сейчас все покажет и расскажет, – не тяну с приветствиями.

Жора, конечно, тут как тут, здоровается и чуть ли не кланяется, уточняя, что его зовут Георгий и он мажордом.

– Как будто я тебя забыл, Жора, – смеется Макс, пытаясь пожать ему руку.

– Максим, Лиана! Вы, наконец-то, приехали! – раздается с верха лестницы очень счастливый голос моей жены и, только когда все взгляды поднимаются на нее, она начинает свой спуск вниз, пытаясь как можно чаще оголять ляжки в платье с разрезом чуть ли не до пупа.

Вот что за женщина! Решила устроить очередное представление.

***

Наш обед превращается в какое-то цирковое представление. Карина из кожи лезет, пытаясь охмурить Макса, при этом мой брат выглядит конкретно прихуевшим от такого ее поведения, учитывая, что знает он ее столько же, сколько и я. Одна только Лиана принимает всерьез потуги Карины и кидает на нее раздраженные взгляды, но молчит, если ее о чем-то не спрашивают.

А вот новая горничная, которая разносит еду, привлекает к себе по-настоящему заинтересованные взгляды Макса. Надо бы его предупредить, чтобы не приставал к моей прислуге. Ему всегда нравились блондинки, в отличие от меня. И это не единственное наше различие. Мы в принципе мало похожи на родственников, начиная даже с внешности. Мой отец был кавказцем и я унаследовал от него смуглую кожу и черные волосы, а вот после его смерти мама вышла за русского и родила Максима, который похож на своего отца – та же светлая кожа, синие глаза и каштановые волосы. Хотя оба его родителя живы, Макс общается теперь только со мной. Мама отреклась от него так же, как и от меня, когда узнала, что мы решили работать на Попа. Она всегда ненавидела его и всех, кто с ним связан. Винила в смерти моего отца, своего брата и любого дорогого ей мужчины из членов семьи и друзей, которые умирали на службе у Игнатия Попова. Словно у кого-то был выбор в этом вопросе. Ей самой удалось уйти лишь потому, что она женщина, и после смерти мужа не представляла интереса для общины. Поп отпустил ее, даже несмотря на их дальнее родство, которое могло бросить тень на него самого. Просто он не уточнил, что ее дети все равно будут принадлежать общине, хочет она этого или нет.

– Что это с Каринкой? – спрашивает меня Макс позже, когда мы расслабляемся в моем кабинете. – Опять ее причуды?

– Причуды, – задумчиво повторяю я. – Совсем не то слово, скорее уж идиотизм. Мы поругались с утра, вот она и отрывается.

– Время идет, а твоя жена не взрослеет, – хмыкает брат. – Вот поэтому я и не женюсь. Это же пожизненная тюрьма, даже без Попа! Наши главы умирают, а правила не меняются. Вот хуйня!

– Не боишься, что тебя женят на Лиане? – ухмыляюсь я.

– Не женят, если она будет под вашим с Кариной присмотром. Лиана, конечно, красивая девочка, но мне такая жена не нужна. Нет в ней огня, а я никогда не понимал в чем привлекательность тихонь.

– Сам же только что был в ужасе от моей огненной женщины, – напоминаю ему. – С тихоней хотя бы будет спокойная жизнь. Никто не будет ебать тебе мозг, тишь да благодать.

– А лучше вообще без жены, и можно ебаться, с кем хочешь, – смеется Максим. – Ты, кстати, еще помнишь эти ощущения или за двадцать лет забылось?

Ну вот, еще один. Помню ли я? А что вспоминать-то? До Карины у меня были лишь две женщины, такие же подростки, как и я сам в то время. Мы ни хрена толком не умели, только пробовали, а вот уже в шестнадцать, влюбившись в Карину, я исключил всех остальных.

В нашем сексе практически отсутствуют табу, мы вместе учились, экспериментировали и в конце концов начали читать друг друга, как самих себя. Карина точно знает, как отсосать так, чтобы я спустил за десять минут или как продлевать удовольствие, пока у меня ноги не откажут. Я знаю, как трахать ее, чтобы визжала от кайфа и как наказывать, чтобы удовлетворить ту ее часть, которой она все еще стесняется. Даже если бы Попов разрешил развод, то не факт, что я найду женщину, способную настолько вжиться в мой образ жизни, начиная от секса и кончая правилами общины. Сама Карина уже хочет сбежать, а мне казалось, что ее ничего не способно заставить уйти от меня. Она слишком любит богатство и власть, которые дает мое положение, и ее давно перестали пугать наши дела и их возможные последствия.