Урбания - Ляна Сафонова - Страница 51

–Что бы это значило? - задумался Зейтт. - Кровь, смерть, всё плохо…

–Каркает, - я пожала плечами, - боюсь, как бы на самом деле беды не было. Мама родная! Вон Перекрёсток. Ты видишь? Да… А вокруг - кошмар ходячий. Столько народу я даже на день Города не видела. Слышь, а что, мы одни будем против всех драться?

–Против всех - это против кого?

–Ну, орки, муатийцы, греллы, вон их сколько, а у нас всего одна крепость. Есть у нас вообще союзники?

–Эльфы Белоозёрья.

–А ещё?

–Куданна, конечно. И все эльфийские княжества, они, эльфы то есть, орков на дух не переносят, но ты, наверное, и сама это поняла.

–А люди?

–Деллари. Они обязательно поддержат нас, только… страна очень ослаблена, вот уже много веков они воюют с Дершатом, сама понимаешь, в каком состоянии их армия. Что до минройцев - извини, Таликор - то они придут в том случае, если война переберётся через Касаду. А это, конечно, рано или поздно случится. Империи ещё повезло, что Тругг и Вендар сейчас отвлечены на Перекрёсток. Вот. Настоящие воины есть только в Деллари и Дахрейе, а остальные гроша ломаного не стоят.

–Где же твоя Дахрейя сейчас? - издевательски спросил Таликор, а Ош Даруш добавил:

–Муати тоже великие воины, рыжий! Они гордятся тем, что убивают Светлых!

Зейтт замолчал. Ясно, почему: как и предсказывало пророчество на ключ-камне в Храме Ночных Богов, в северной Дахрейе грянул самый настоящий гром. Варвары объединились с нуримерскими эльфами и выбивают имперских захватчиков вон со своей родной земли. Союзникам наплевать на всякие там войны за Талисман. Любой подошедший к лагерю народных мстителей ближе, чем на расстояние выстрела, считается лазутчиком и ликвидируется на месте. Уж очень достали минройцы и варваров, и эльфов. Что касается греллов, то у них нет ни малейшего шанса выстоять против разъярённых дахрейцев, не говоря уже об эльфийской стали. Вообще-то Таликор это и так знал, просто ему, как члену императорской фамилии, не нравится такое отношение к родному государству. Так что с этим всё ясно. А "трудный ребёнок" Ош Даруш заслуживает большего внимания. Я подъехала вплотную к нему и, не задумываясь, отвесила ему хороший подзатыльник.

–Запомни на будущее, "рогатый": его зовут Зейтт. Тебе хорошо слышно? Тоже мне, великий воин. Давай, размажь меня по травушке, раз ты такой великий! Нунчаки подать или так справишься? Правда, я, как тебе уже намекнули, не Светлая, ну да тебе, обиженному, какая, на фиг, разница? Папашу твоего из степей изгнали, ты что, очередь прямо за ним занимал?

–Чего ты взбесилась-то?

–Иди ты к лешему! Ты небось рассчитывал, что мы все тебя жалеть будем из-за трудного детства? Шиш тебе с маком. Иди к Рору, это у него отцовские чувства разыгрались не по-детски.

–А на меня зачем орать? Ты сама кипишь из-за того церкухта, так и разбирайся со своим вампиром, а от меня отстань!

–Чего? Этот вампир чей угодно, но не мой. Какого тролля, твою маму?!

–Про мою мать… только слово скажи - размажу!

И вдруг, неожиданно так, шмыгнул носом. Зейтт и Таликор тактично удалились прочь, оставив меня наедине с малолетним убийцей в роли… если б я ещё знала, кого! Непривычно всё это, однако… Я запоздало спохватилась:

–Так она тебя не бросала?

–Нет, - Ош Даруш скривился, - не бросала. Она умерла два года назад от степной лихорадки, я сам выжил только чудом. Не понимаю, почему все остальные расы считают орков… отродьями, а эльфы - детоубийцами. Моя мать была против войны. Тролль побери Азгара со всеми потрохами! Извини… скажи хоть ты, кто я? И в люди не гожусь, и в орки тоже. Всюду чужой… отца вот впервые в жизни увидел. Zata tuh ! А вы зачем-то тащите меня в город. Что я, дёгтя с перьями не видел?

–Ты ещё про костёр вспомни. Во-первых, мы едем не в город, а всего лишь в крепость, а во-вторых, ты не так и похож на орка. Да не трогай ты свои рога! Подумаешь, велика беда! Волосы отрастут, никто ничего и не увидит. А в-третьих… это ещё что за хрен?!

Последнее высказывание было обращено вовсе не к странно притихшему Ош Дарушу, а к неизвестному гражданину, который стоял прямо на середине дороги и явно не собирался отходить в сторону. На вид это был стопроцентный человек - и это всё, что показалось в нём знакомым. Он никак не походил на местного жителя - длинные волосы стального цвета (не мышиного, а именно стального), перехваченные на лбу обручем с тремя невзрачными камешками. Черты лица правильные, чуть резковатые, а глаза - светло-голубые, прямо как февральские сосульки. Незнакомец был чуть ниже Дайнрила ростом, одет в походный минройский костюм и коричневый плащ со звёздчатой вышивкой по краям. Если это муатиец - я русалка из Озера Ночи. Я почему его так подробно описываю… кабы это была первая и последняя встреча, я бы от радости перецеловала всех вампиров в Нурекне, но увы… А ещё мужик явно не пренебрегал магическим искусством. Едва заметная на жухлой траве дорога неожиданно вздыбилась и как следует тряхнула наш отряд. Нет, грибы мы на завтрак не ели! Ош Даруш свалился с коня, а все остальные благоразумно спрыгнули на землю, которая всё ещё корчилась и мешала идти. Спрыгнули все, кроме меня. Я направила Далилу вперёд, он остановилась и с чувством взбрыкнула, пригнув голову. В результате я полетела с ускорением, зато в полёте удалось приладить стрелу к тетиве, так что, приземлившись, можно было вновь приступать к воспитанию нахала. Но почему-то мои ноги сравнялись весом со стволами вековых деревьев, а руки бессильно опустились. Что, тролль возьми, происходит?

–Успокойся, - прошептал Зейтт откуда-то сзади, - Если ты не станешь сопротивляться, он, может, и не тронет тебя.

–Может? - даже дышать было тяжело, словно кто-то взял и увеличил гравитацию. - Нечего сказать, поднял настроение. Да кто он такой?

–Не поняла? Служитель Земной Тверди.

–Не просто служитель, - поправил Дайнрил, - Посвящённый третьей ступени.

Я ни черта не понимала из того, о чём они говорили, потому что дорога в очередной раз возомнила себя породистым жеребцом и взбрыкнула. Тогда-то я поняла, каково пришлось Ош Дарушу! Я пролетела несколько метров, сбила с ног Фрекатту и врезалась в Зейтта. Хорошо ещё, сей впечатляющий полёт мало кто видел. Таликор в тот момент в очередной раз плевался дорожной пылью, а Астра и Ника смотрели на пришельца, как заворожённые. Чудеса в решете! И вдвойне хорошо то, что Дайнрил не стал комментировать увиденное вслух.