Урбания - Ляна Сафонова - Страница 64

Первое сентября - замечательный день, хотя большинство школьников в моей родной стране со мной вряд ли согласятся. Я раньше тоже его терпеть не могла, а вот подошло время, девочка закончила выпускной класс и… каждый год страдает от ностальгии. "Когда мы были молодыми" и т.д. В подростковом возрасте это тоже имело место, но тогда всего запала хватало ровным счётом на три или два дня. Уж очень я не любила рано вставать, а про домашние задания я вообще молчу. Но время шло, мне уже далеко не пятнадцать лет, и ничто не омрачает наступление первого рассвета осени. Впрочем, в Нурекне ещё лето, здесь времена года отстают ровно на месяц. И всё равно, в северных лесах на том месте, где сходятся границы Деллари, Дершата и Муати, было мало лиственных деревьев, так что, наверное, даже в ноябре месяце здесь ничего не изменится. Какое тут дыхание осени! Огромные, величественные ели, сходящие на нет всего в тридцати лимах к югу, просвечивали тёмно-изумрудной зеленью под лучами всё ещё такого щедрого солнышка. Лишь изредка на лесных великанах виднелись "золотые" украшения из берёзовых листьев. Трава ещё зелёная, попадаются грибы - много грибов - нет проклятущего осеннего дождя… В общем, живи и радуйся, если бы не одно "но". Хотя какое, к лешему, одно?

Всё как в старом анекдоте: "Что стоим, кого ждём?" - мрак! Стоим мы на перекрёстке трёх границ, геронды к деревьям привязаны, с вечера разбит лагерь. Мы ждём. А кого, чего ждём - и сами не знаем. Знающего, говорят. А кто такой этот самый Знающий, на чём он специализируется, да и появится ли наконец - пёс его знает. Или её. Мы даже насчёт пола нашего вестника не уверены, хотя Оддар и предположил, что, если бы мы ждали женщину, то и на дощечке было бы написано "Знающая". Как будто пятьсот или сколько там лет назад составители данного памятника куданнской письменности раздумывали о таких мелочах. Но делать нечего, бдим. Между делом я допытываюсь у Дайнрила (Зейтта-то нет, просветить меня некому), что значат все эти иносказания и наставления.

Час между волком и собакой - хотя бы понятное выражение, у нас оно тоже в ходу. Это время приблизительно от трёх до пяти часов утра, когда волк уже дрыхнет после трудов праведных, а собачка ещё не проснулась. Это ясно. И с днём новой эпохи я правильно угадала. Как раз с исчезновением Шара закончилась эпоха Битв и началась эпоха Поединка. Соответственно, именно тогда население Нурекны стало праздновать Новый Год по новому же стилю. И всё это не есть плюс, потому что Весеннее Равноночие, а по-людски день равноденствия, здесь имеет место быть двадцать первого апреля. А сейчас-то первое сентября. Обыдно, да? Больше полугода балду пинать! Раньше-то ничего и не получится, как ни крути колёсико. Впрочем, чего это я? Земная Твердь вряд ли отдаст Талисман. Тут уж к бабке не ходи. Похоже, они собираются затребовать выкуп, и хорошо ещё, если не во вьелшанском эквиваленте.

Далее, была ещё одна закавыка. По определению, помимо обстоятельств времени и места, требуется ещё прилагательное. Капля крови на каждую из Сил, то есть сторон света. Оригинально, блин. Причём кровь должна быть не абы чья, а того, кого назовёт Знающий. Учитывая мою везучесть, эта сомнительная честь может и мне выпасть, а размеры "капельки" тоже не оговорены. Вот вампирья невезуха! И опять же, всё упирается в Знающего. Кто он такой, держится в строжайшей тайне, но мы эту тайну вскорости узнаем. Собственно, потому мы и здесь. После того, как Знающий "промяучит" своё веское слово, участник или участники дают клятву, вроде как подписываются на затею. И, если кто-то из них склеит ласты до срока, то пиши пропало. Нужно будет ждать ещё год, пока не откроются новые условия и пока не принесут новую клятву. Геморрой, короче.

Лес завораживал тишиной, но меня заранее предупредили, что расслабляться не стоит. Даже в таком лишённом бюрократии мире, как Нурекна, есть демаркационные линии, да и пограничная служба тоже, правда, без собак. И дершатские, и муатийские, и куданнские стражи границ не очень-то отличаются по духу от наших и всегда пытаются напомнить проходящим мимо путникам о том, что боги велели делиться. В отличие от героев известного фильма, за державу им не обидно, а вот мзду они берут охотно. Поэтому путники предпочитают переждать циклон "Рэкетир" в овражке и под ёлочкой. На всякий случай я захватила с собой из Перекрёстка золотой, но почему-то не хочется соблюдать господни заповеди по отношению к мздоимцам. Сижу так, на солнышко любуюсь… И тут со стороны ручья раздаётся смачный такой треск, а за ним - отборные муатийские ругательства. Что за невоспитанный Знающий нам попался? Как выражается Ника, всё у нас делается как-то по-еврейски…

Прихожу к ручью и понимаю, что, если этот тип - тот, кого мы ждём, то я - Клара Цеткин. Обычный муатийский пограничник, толстенький, с усами и увесистым кошельком на поясе. Кошелёк-то и убедил меня в его профессиональной принадлежности. Вряд ли это - святой отшельник… Муатиец вырывался, лягался и кусался. Верхом на нём сидел Оддар, методично лупцуя пришельца по упитанным щёчкам. Из рощи вышла Ника со связкой хвороста. Судя по садистскому удовольствию на её лице, сегодня у нас на обед будет мясо.

–Что это? - спрашиваю.

Оддар пускается в пространные рассуждения, из которых вытекало следующее: наша общая радость, Дайнрил, куда-то запропастился, причём не просто так, а с единственным на весь отряд ножом, претендующим на роль разделочного. Так получилось, что как раз в это время ребята решили приготовить зайца на углях, а шкурку-то снять нечем, ах, какая незадача! Пошли они искать пропащего, кричали громко, и на этот крик к ним и вышел товарищ страж границы. Думал деньжат лёгких подзаработать. Наивный! Вот просто спят Ника и Оддар и видят, как бы так изловчиться пополнить семейный бюджет пограничника! В результате незваный гость был пойман, уложен мордой в траву, но всё же не прекратил попыток укусить гнома за ухо. Учитывая его положение, выглядело это довольно забавно. Оддар же в своё время изрядно натерпелся от таких вот любящих дармовщинку государственных служащих и теперь отыгрывается на несчастном за всё хорошее. Хворост же, что принесла Ника, предназначался исключительно для зайца. Признаться, это основательно поколебало мою веру в человечество.