Любимая невеста (ЛП) - Джеймс М. Р. - Страница 13

Но затем, внезапно, он замедляется, стон срывается с его губ, когда его руки скользят вниз по моим бокам, к талии, и я слышу, как он стонет.

— Черт, я близко. — Он толкается еще раз, вытаскивая свой член из меня дюйм за дюймом в медленном скольжении, которое заставляет меня вскрикнуть, а затем вонзается в меня на всю длину. — Я мог бы затопить твою сладкую киску своей спермой прямо сейчас…

— О боже, Виктор… — стону я в одеяло, чувствуя, как дергаюсь и содрогаюсь от его слов, тоже на грани очередного оргазма.

— Нет, — шепчет он. — Я хочу большего.

Еще? Что он имеет в виду под "больше"? На минуту мне кажется, что он собирается трахнуть меня в задницу, и это вызывает во мне прилив адреналина. Мне не нравится ощущение его в моей заднице, но чувство полной покорности возбуждает меня, и я знаю, что он может заставить меня кончить снова. Он уже доводил меня до оргазма своим членом в моей заднице раньше, и я знаю, что он сделал бы это снова, если бы захотел сегодня вечером. И это последняя ночь, когда я намерена позволить ему выйти сухим из воды, если он этого хочет.

Виктор выходит, и внезапное ощущение пустоты, которое он оставляет после себя, заставляет меня беспомощно застонать, моя задница выгибается вверх, желая, чтобы он снова был внутри меня. Он хватает меня за талию и прежде, чем я понимаю, что происходит, он переворачивает меня на спину. У меня есть всего мгновение, чтобы вздрогнуть от ощущения, как вышитое пуховое одеяло царапает свежие рубцы на моей заднице и бедрах, когда он толкает меня назад, прежде чем схватить за икры, раздвигая мои ноги, когда он перемещает меня так, что моя задница оказывается на самом краю кровати.

Он выглядит таким красивым, что я едва могу это выносить. Его темные волосы взъерошены, голубые глаза сияют на точеном лице, напряженном от удовольствия. Я вижу, как мускулы его рук напрягаются под рубашкой, его брюки расстегнуты, чтобы показать твердую, пульсирующую длину его члена, торчащего из v-образного выреза ширинки. У меня возникает внезапное, отчаянное желание видеть его всего в эту единственную ночь, когда я позволяю себе наслаждаться своим мужем так, как мне заблагорассудится.

Он на грани того, чтобы снова войти в меня, его член нависает над моей мокрой, ноющей киской. Я подталкиваю себя руками, с хрустом садясь, когда тянусь к его рубашке.

— Что… — Виктор смотрит на меня сверху вниз, на его лице удивление и даже проблеск раздражения из-за того, что его прервали, но я игнорирую это.

— Я тоже кое-чего хочу, — бормочу я, поднимая на него глаза и встречая его яркий, похотливый взгляд впервые с тех пор, как мы начали это сегодня вечером. — Я хочу тебя видеть.

Трудно расстегнуть пуговицы на его рубашке. Мои пальцы дрожат, но мне удается высвободить их, стягивая рубашку с его плеч, так что рубашка падает на пол и оставляет обнаженными все его мускулистые руки и грудь, вплоть до твердой плоскости живота, темные волосы там, от которых у меня текут слюнки, спускаются к члену, который почти угрожающе направлен туда, где я в нем больше всего нуждаюсь. Это более эротично, чем то, что он полностью обнажен, просто без рубашки и с расстегнутыми штанами, чтобы показать свой пульсирующий член. Я смотрю на него снизу вверх, когда наклоняюсь, обхватывая рукой его скользкую от моего возбуждения длину, чтобы погладить его, долго и медленно.

Виктор стонет, откидывая голову назад, когда я крепче сжимаю его член, и когда он снова смотрит на меня сверху вниз, в его глазах появляется озорной блеск.

— О, так ты тоже хочешь подразнить меня, жена? Возможно, ты уже забыла, кто здесь главный.

Я бесстрашно встречаю его пристальный взгляд, мой рот кривится в улыбке, которую трудно сдержать, когда я сжимаю его член, моя ладонь потирает скользкий кончик и заставляет его с шипением втягивать воздух.

— Тогда напомни мне, муж.

Виктор толкает меня назад, положив одну руку мне на грудь, расположенную между моими грудями, когда он нависает надо мной, его член толкается между моих раздвинутых бедер. Мои ноги без раздумий обвиваются вокруг его бедер, моя спина выгибается, когда он жестко входит в меня, и я вскрикиваю, его член погружается до самой рукоятки, когда он наклоняется вперед.

— Ты сейчас чересчур разодета, — бормочет он. — И я тоже хочу тебя видеть.

Я ожидаю, что он снимет с меня сорочку, стянет ее вверх по телу и через голову, но вместо этого он хватает ее за кружевной вырез, и я ахаю.

— Виктор…

Он не говорит ни слова, только сжимает комбинацию обеими руками, и пока я смотрю на него сверху вниз, он дергается в противоположных направлениях, его бедра качаются вперед, погружая свой член в меня, когда он разрывает одежду на части. Шелк раскрывается с влажным звуком рвущейся ткани вплоть до моего живота, ткань сползает вбок, обнажая мою грудь, мои соски твердеют под горячим взглядом Виктора. Его руки немедленно ложатся на мои груди, сжимая их, когда он длинными, размеренными движениями вводит и выводит из меня свой член, так что я чувствую каждый дюйм его тела.

— Да… это то, чего я хотел, — бормочет он. — Я хотел посмотреть на тебя, принцесса, увидеть мою прекрасную жену, когда я трахаю тебя. Твои груди… — Его рука скользит по ним, ладонь потирает мои соски, спускается к животу. — Твое тело… твое лицо. — Его ладонь поднимается, обхватывая мою щеку, и я издаю тихий звук, что-то среднее между стоном и криком.

Я так сильно беспокоилась о том, что Виктор не найдет меня красивой, с рубцами и шрамами такой, какая я есть. Я выбрала нижнее белье сегодня вечером с учетом этого, прикрыв худшие отметины на груди и животе, предполагая, что он не будет слишком сильно обращать внимание на те, что у меня на бедрах. Но ему все равно. Он прикасается ко мне, как к бесценному произведению искусства, поглаживая мои груди и живот, талию и бедра, его руки сжимают то, что осталось от шелка, когда он снова погружает свой член в меня и удерживается там, покачиваясь напротив меня, пока он разрывает его до конца, так что меня ничего не прикрывает, ничего, кроме моего тела, лежащего обнаженным в луже темно-красного шелка, извивающегося под ним, когда он доставляет мне удовольствие своим членом.

— Такая красивая, — бормочет он. — Моя красивая малышка.

Внезапная нежность в его голосе вызывает дрожь по моему телу, покалывание искрами пробегает по моей коже, его руки скользят вверх по моим бедрам, чтобы схватить мои икры и развести мои ноги в стороны, закидывая их себе на плечи, когда он входит в меня снова и снова.

— Кончи на меня снова, малышка, — бормочет он, его рука проникает мне между ног, раздвигая мои складки, чтобы он мог поиграть с моим клитором. — Смотри, как я трахаю тебя, и кончай на меня.

Раздвинувшись так, как я есть, я вижу это, как его огромный член снова и снова раздвигает меня, мощно толкаясь в меня, когда он перекатывает мой клитор между пальцами, подводя меня к самому краю кульминации. Другой рукой он сжимает мою икру, и я чувствую, как его взгляд жарко скользит по моему телу, пожирая меня глазами так же, как он делал это своим ртом ранее, подталкивая меня к очередному оргазму.

— Виктор! — Я выкрикиваю его имя, когда оно обрушивается на меня, ощущение его члена, заполняющего меня, и его пальцев на моем клиторе слишком сильное. Я никогда не видела ничего более эротичного, чем мой великолепный муж между моих бедер, трахающий меня до очередного оргазма и напевающий мне что-то по-русски. Стыд, который я испытываю из-за того, что это так возбуждает меня, из-за того, как мое тело так легко откликается на него, преодолевается бесконечным, ослепляющим удовольствием, которое охватывает меня. Это выгибает мою спину и заставляет меня вцепиться в одеяло, моя голова откидывается назад, когда я кричу, постанывая и выдыхая его имя. Я чувствую, как он вздрагивает и пульсирует внутри меня, его бедра дергаются, когда он внезапно отпускает мою ногу. Он убирает руку между моих бедер, его тело подается вперед, когда он хватает мое лицо в ладонях, и его рот обрушивается на мой в обжигающем поцелуе, он содрогается рядом со мной, поглощая мои крики, когда я выгибаюсь ему навстречу, ощущение плоти к плоти только усиливает то, что осталось от моего оргазма.