Предел выживания (СИ) - Метельский Николай Александрович - Страница 88

— То есть, Репей здесь вообще не при делах? — спросил кэп.

— Генерал-майор Пьюри дал добро, но ничего не приказывал, — пожал бронированными плечами Орлано.

— Окей, понял-принял, — кивнул кэп. — По поводу, куда идти. Лично мне плевать. Давай, Марич, жги. Знаю, у тебя уже есть план.

Достав планшет, вывел на его экран карту того места, где мы сейчас находимся.

— До линии фронта, и только до неё, двадцать километров, — произнёс я устало. Мозги были словно ватные, башка кружилась, плюс постоянная тошнота. — Что-то мне хреново, кэп. Химия уже не помогает. Так, стоп. План. С фронтом всё понятно. Лучше гляньте сюда, — ткнул я в карту. — Буквально в девяти километрах отсюда находится секторальный штаб кентавров. Если верить снимкам, то там находятся несколько шаттлов противника. Думаю, кэп, ты всё понял. Там даже один военный транспортник есть, не придётся танк бросать.

— Чёрт меня подери, — произнёс он задумчиво. — А ведь верно.

— Сержант, — вставил Орлано. — Вы реально предлагаете нашими силами атаковать секторальный штаб?

— Кэп, сколько там нас здесь зажало? — спросил я, снимая шлем и начиная массировать переносицу.

Не очень правильно оголять голову, когда ты находишься в тылу противника, но мне прям очень этого хотелось. Очень. К чёрту безопасность.

— Марич прав, — заговорил кэп. — Эти придурки наверняка откуда могли сюда силы стянули. Плюс в штабах кентавров не очень много сил. Нам вполне по силам захватить шаттлы и свалить отсюда.

— И какого-нибудь генерала прихватить, — пробормотал я.

— В таких штабах нет генералов, — усмехнулся Орлано.

— Э, парниша, да тебе походу совсем плохо, — произнёс кэп, кладя руку мне на плечо.

— Пару часов продержусь, — ответил я. — Так что давайте не будем тормозить.

— Не, ну если сам Девастатор говорит, что это возможно, то я совсем не против захватить целый штаб, — произнёс Орлано.

— В жопу, захватить, — произнёс я, массируя лоб. — Просто расхерачим там всё.

Тьяхн очнулся на койке в незнакомом помещении. Ему потребовалось минут десять, чтобы прийти в себя и осознать, где именно он находится. Корабль. Причём даже не военный. Получается, он попал в одну из групп раненых, которых по возможности эвакуируют с планеты. Глупость, как он считал раньше, лучше лечить раненых на планете и вновь отправлять в бой, но командованию наверху виднее. Да и что уж там, осознавать, что наконец свалил из этой ловушки, в которую превратилась целая планета, было приятно. И стыдно.

Последнее, что Тьяхн помнил перед тем как очнуться, это граната, залетевшая в комнату, где он и пара бойцов держали оборону. Что, если подумать, звучит дико, ведь именно его подразделение, усиленное соседними батальонами, осаждало то падшее посольство. Так благодаря какой бездне всё обернулось таким образом, что именно люди пошли в атаку, начав вырезать его бойцов? Невозможно… Даже появившийся из неоткуда человеческий танк, не смог бы изменить ситуацию. Правда, в какой-то момент противнику пришло подкрепление в виде отряда Улучшенных… Нет, всё равно, сил дараах было слишком много. Тогда как? Почему он сейчас здесь? Что там, вообще, произошло?

— Очнулись, майор? — услышал он голос с соседней койки.

Повернув голову, Тьяхн увидел смутно знакомого дараах. Кажется… майор? Вроде они пересекались в штабе.

— Очнулся, — произнёс Тьяхн сипло. — Что с операцией?

— Вы про ту операцию, в которой должны были упавший взвод уничтожить? — спросил сосед зло. — Ну так вы провалились, Тьяхн. Люди разбили вас. В прах. Не знаю, сколько осталось из ваших сил, но раз вы здесь, то кто-то вас всё-таки до наших позиций донёс. Жаль, что к тому времени эти твари пришли в наш штаб и всё там разнесли.

— Подожди, — пробормотал Тьяхн. — Какой ещё штаб?

— Наш штаб, — ответил со злой усмешкой сосед. — Четырнадцатый секторальный. Люди не просто пришли к нам, они уничтожили всех, кто встал на их пути, пожгли всё, до чего добрались, так ещё и ушли на нашем же транспортном шаттле. Эти твари даже танк свой уволокли. Как вы со своими силами умудрились им проиграть? Из-за вас я потерял двух своих друзей.

— А я вообще всех, — отвернулся от него Тьяхн. — Думаешь, я рад случившемуся?

— Думаю, даже звание майора для вас слишком много, — ответил сосед. — Такому бездарю, как вы — никогда не возвыситься. Надеюсь, вы сгниёте в какой-нибудь дыре.

— Не дождётесь, — выдохнул глядя в потолок Тьяхн.

Пока жив сержант Марич, он, Тьяхн, будет цепляться за своё положение, за свои связи, за всё, что у него осталось. И он не сдохнет, пока не оторвёт голову своей личной Стене.

Глава 18

В медчасти провалялся чуть больше суток. Лечили, как я и думал, сотрясение мозга, причём средней тяжести, хотя по ощущениям казалось, что тяжесть самая что ни на есть тяжёлая. А ведь если бы не шлем, который приказал долго жить уже в штабе кентавров, мне бы просто размозжило голову. Пока лечился, мою скромную персону успело посетить множество народа. Даже удивительно, скольким людям я оказался небезразличен. Ладно кэп, ладно Кортес с Батлером и моими парнями, но приходили и сержанты из других рот. Заходили Васкес, майор Шатц, несколько техников во главе с Бомоном, пилот «Элиота» Бункер, подруга Сары вместе с ней самой, даже командир пилотов истребителей Гадельт забегал поиздеваться. Про постоянно появляющихся ИИ я и вовсе молчу — девчонки чуть ли не каждый час меня навещали. Но больше всего удивил адмирал Наварро, который нашёл время, чтобы зайти ко мне на пару минут.

— Ты так больше не делай, — похлопал он меня тогда по плечу. — Страх божий не имеет права получать ранения, иначе какой он тогда Страх.

Вот уж не думал, что и адмирал будет надо мной прикалываться. В общем, с одной стороны было приятно, что столько людей помнят обо мне, а с другой — я чёт подзадолбался.

Первое, что я сделал вернувшись в роту, это взял шлем и пошёл к техникам. Менять его я не хотел, уж больно привязался за несколько лет использования, но по словам всех, кто осматривал шлем, чудо, что он вообще работал после повреждения. Во всяком случае, тот же Бомон сильно удивлялся моему рассказу о том, что шлем то включался, то выключался. Вроде как разрушены какие-то процессоры, что полностью выводит из строя всю электронику. После его слов менять шлем мне хотелось ещё меньше, я чувствовал себя так, будто предаю близкого друга, который держался до последнего, делая невозможное, лишь бы помочь мне. В итоге, оставил его Бомону, который обещал пересобрать всю электронную начинку, но дело это небыстрое, так как некоторые элементы тупо не предназначены для замены, из-за чего менять придётся целые платы. А потом ещё систему заново накатывать. Короче, достав из шлема носитель информации, направился к интенданту для получения нового шлема, который временно заменит мне старый.

После недавнего боя «Хофунд», «Карнвеннан» и «Аскалон» получили значительные повреждения. Как выяснилось, пока мы находились на планете, развлекаясь с кентаврами, в систему вошёл довольно значительный флот дарахийцев, и именно наши три корабля стали основой обороны. К сожалению, техническое преимуществокораблей всё ещё было на стороне кентавров, единственные, кто мог тягаться с ними на равных, оказались три наших корабля. И то, что люди сумели победить равный по силам дарахийский флот, является либо чудом, либо гением командующего. Скорее, всё-таки, второе — иногда подобное случается, так что чудом данный факт вряд ли назовёшь. Ах да, после уничтожения корабля командующего системным флотом в начале боя, управление на себя взял адмирал Наварро.

После окончания космического боя у Борегара, добрая часть флота СНП оказалась сильно побитой, в том числе и наши три корабля, так что со дня на день мы ожидали отправки к ближайшей судоремонтной верфи, которая находится на Камаране. Проблема была в том, что свободных кораблей у СНП было слишком мало, основная часть военного флота висела в системе с планетой Древних. И там кентавры тоже постоянно устраивали вылазки, не давая нашим силам расслабиться. То есть, ремонт требовался очень многим, а кораблей на замену практически не было. В итоге, наиболее повреждённые корабли у Борегара отправили на ремонт только через месяц после самого боя. Естественно, я говорю о тех кораблях, которые ещё могли хоть как-то нести службу, а те, которые не могли, но которые ещё можно было отремонтировать, отбуксировали на ремонт практически сразу. Так что нас этот месяц ещё и меньше чем в начале было.