"Фантастика 2023-177". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Охотников Сергей Сергеевич - Страница 603

В плавании беспокойные спутники короля-демона, оставшиеся без присмотра, совались во все уголки, облазили барку сверху донизу, при этом Ннаонна бранила тяжелый рыбный дух, который шел из трюма — от бочонков с второсортной сельдью. Монахам смрад не мешал, они даже вскрыли бочонок и сняли пробу — желудки у обоих, должно быть, луженые были, слопали святые отцы порядочно. Лотрик не спорил, не напоминал, что груз не его, но святоши не угомонились и в конце концов отыскали последний бочонок пива. Шкипер держал в тайничке как раз на такой случай, и северяне в спешке не обнаружили. Монахам спешить было некуда, да и навыки у обоих были, что надо. Обнаружив бочонок, Тонвер с Дунтом тут же занялись содержимым.

Корель разразился потоком брани, когда увидел — а в ответ получил сладкие улыбочки и несколько душеспасительных проповедей о пользе щедрости. Дескать, блаженный Мерк учил любить в ближнем все, и доброе, и скверное, а в Лотриковом существе пиво играет важнейшую роль — вот отцы и воздают пиву должное. Такова их братская любовь к Лотрику!

Когда кладоискатели покинули Семь Башен, и деревце удалилось от древних стен, что-то в тонком заклинании маскировки разладилось, и колдовской туман рассеялся без следа. Ингви в конце концов установил кадку с саженцем в пристройке, сам убрался на бак, но и там не находил себе места, водил руками, что-то бормотал. Матросы и глянуть в его сторону опасались. Наконец Ингви велел отчаливать.

«Одада», тяжело переваливаясь на волнах, отвалила от древнего причала, медленно завершила разворот. Неуклюжая барка плохо шла под боковым ветром, и Лотрик, надрываясь, без передышки орал на матросов. Трезвый и мрачный шкипер взобрался к рулевому на ютовую пристройку и оттуда раздавал распоряжения. Лотрика мучили тяжелые предчувствия. Ему хотелось промочить горло, но запасы алкоголя на судне были исчерпаны.

Одна только польза была от подобных попутчиков — Ингви обеспечил Спешащий Ветер, и Лотрику даже пришлось просить демона, чтобы не так шибко дул, не то старушка «Одада» развалится! Ингви согласился, однако остался недоволен, ему нужно было куда-то сбрасывать излишек маны, Черная Молния слишком жадно тянула магическую субстанцию из Древа. Наконец Ингви сообразил — потребовал добыть ему в Ливде эльфийского шелка, который, как известно, препятствует токам маны. И не стал слушать отговорок, что товар запретный, контрабандный… Пришлось Лотрику посулить, что добудет шелк.

У входа в Ливдинскую гавань Ингви, по его собственному выражению, «свернул балаган», то есть снял заклинание Спешащего Ветра — не хотел привлекать внимание. Но на барку никто не глядел, в гавани было достаточно других судов — куда интересней, чем провонявшая сельдью старая барка. Даже ждать пришлось, пока освободится буксирный баркас. А когда «Одаду» подтянули к пристани, Лотрик хмыкнул:

— Вот он, хозяин груза-то! Ждет, тревожится. Строгий он сделался, знаешь ли, в последнее время, злой. Совсем озверел, краба ему в пазуху. Слышь, твое величество, чтоб те… гм… я хочу сказать, сделай такую милость, сам с ним объяснись, не то он меня сожрет заживо.

Проклинать опасного пассажира шкипер не решался, и невозможность выругаться злила его еще больше.

— Ладно, — кивнул Ингви, — только величеством не нужно называть. Я здесь по-простому, без церемоний. Пользуйся этой милостью.

— Вот и прояви милость, растолкуй этому сквалыге, что нет моей вины, что из-за тебя задержка вышла, чтоб тебя… чтоб меня Гангмар разодрал.

А колдун на причале в нетерпении разгуливал туда и сюда, заранее пригнал портового служку, сунул пару медяков… Когда барку подтянули к причалу, Томен тут же перепрыгнул на борт, даже не стал ждать, пока полуголый оборванец закрепит конец.

— Лотрик, дружище! — энергично провозгласил рыжий колдун. — Как славно, что ты опоздал!

— Опоздал… — растерялся от такой встречи Лотрик. Потом махнул рукой, указал Томену живописную группу пассажиров, — они вот… из-за них задержка вышла.

— Да-да, — встрял Ингви, — меня благодари, не его.

— Э-э…

Колдун оглядел пассажиров «Одады», выражение лица его постепенно менялось — от веселого к озадаченному.

— Узнал, слышь-ка, — удовлетворенно объявил Никлис.

— Ну да, а как же… — рыжий растерянно оглядел старых знакомцев. — То есть, очень рад, конечно.

— А что хорошего в опоздании? — перешла к делу Ннаонна. — Я вижу, не нам рад, а тому, что «Одада» позже пришла. Чего тут творится?

— Ну, на борту мой груз, — промямлил Томен. Он никак не мог прийти в себя, до того неожиданно все получилось.

— Это мы знаем, — кивнул демон. — Сельдь в бочках.

— Паршивая, скажу я, сельдь, — заметил Тонвер, поглаживая объемистою брюшко. Потом рыгнул и благожелательно кивнул магу — дескать, продолжай.

— Сельдь для имперской армии, граф заказал, — наконец принялся объяснять рыжий, — большой запас требуется.

— И ты решил лежалый товар подсунуть — понимающе покивал Дунт, — ясное дело, солдатики все сожрут.

— Да, — неохотно признал Томен, — лежалый или какой… лишь бы подешевле, всегда так бывало. Это не я придумал, на поставках экономить, все это делают. А тут графу вожжа под хвост, то есть, я хочу сказать, его светлость обуяло благородное рвение, взялся лично проверять и в каждую бочку нос совать.

— В каждую бочку с гнилой вонючей сельдью, — вставила Ннаонна. — А потом поставщикам гнилого товара… что он посулил-то? Какие казни?

— Это ведь тот самый граф, который победитель страшного эльфа? — решил уточнить Ингви. — Такой, должно быть, очень суров!

— В общем, нынче поутру здесь гроза была, склады проверяли, — продолжил Томен, насчет казней он почему-то не стал распространяться. — Я уж дрожал, вот сейчас «Одада» причалит, а в бочках дрянной товар, и…

— В общем, пронесло, — подытожил Тонвер, — Граф уже убрался.

— Да, что-то случилось, его светлость порт покинул в такой спешке, что едва из штанов не выскакивал. Что-то важное стряслось, но мне не до того! Я уж как рад был, что граф ускакал! Так спешил, что мне до завтра отсрочку дал, обещал поутру самолично сельдь мою проверить. Но я уже расстарался!

Рыжий самодовольно ухмыльнулся и продолжил:

— Закупил свежей сельди, тихонько сюда доставил, грузчикам сунул монет, чтоб не трепались. И чинуш на таможне подмазал! Так что товар с «Одады» мы в дальний склад снесем и припрячем. Пусть он лучше вовсе догниет, чем графу на глаза попадется.

— Ловкач, — заметил Ингви. — Небось, крупно влетел?

— Переживем! — Томен махнул рукой. — Главное, графу угодить. Кто нынче в милость попадет, тому после… э, ладно.

— Нет уж, рассказывай дальше, — потребовал Ингви. — Что дальше будет с тем, кто попадет в милость?

— Нам оч-чень интере-есно! — серьезным тоном протянула Ннаонна.

Томен смутился, в его планы не входило распространяться о грядущем походе на восток и собственных планах, связанных с этим походом… но слово вылетело, теперь не поймаешь.

— Ладно, — решился рыжий, — скажу. Все равно вы здесь чужаки, если и узнаете — беды не будет. Только давайте не на пристани поговорим, а? Хотите, в «Парус»? Или лучше в «Золотой жернов»! Я угощаю!

— Лучше в «Жернов», там тише, — согласился Лотрик, потом уточнил — только ты угощаешь, не забудь.

«Золотой жернов» был довольно дорогим заведением.

— Угощаю, — кивнул рыжий, — а как же. Семь бед — один ответ. Нынче день расходов.

— И менялу пригласи, — добавил шкипер. — Того, хромого, который у Восточных ворот. Дельце к нему есть. Вот у этого господина, чтоб ему лопнуть, паразиту.

Потом началась суматоха. Томен отловил мальца из тех, что крутились у причала в надежде чего-нибудь стащить и отправил разыскивать менялу. За это посулил пару медяков. Пацан стал торговаться, потребовал задаток, упирая на то, что плохо знает Восточную сторону, и что задачка ему дана непростая. Получил грош, хмыкнул и убрался.

Потом Пекондор Великолепный пригнал полдесятка голодранцев, подрабатывающих в порту, сгоряча переплатил им за перегрузку бочонков, а потом привел в еще большее замешательство, когда велел не распространяться об этой работенке. Эти парни в порту насмотрелись всякого и не могли взять в толк, какие такие секреты связаны с вонючей сельдью. А Томен попросту волновался. Рыжему удалось провернуть несколько на редкость удачных авантюр в городах на побережье, а затем выгодно пристроить гонорар — но Томен по-прежнему оставался простоватым провинциалом и трепетал перед грозным графом.