"Фантастика 2023-177". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Охотников Сергей Сергеевич - Страница 647

По Анновру распространялся бунт, беженцы расписывали жесткости нелюдей, а Грабедор неспешно уводил армию на юг. Людей больше не встречалось, деревни на пути следования гномьего войска были брошены, да и из городов многие уносили ноги. Оставшиеся в тревоге запирали ворота и с ужасом следили, как пылят по тракту колонны гномов, как грохочут тяжелые повозки, в которых перевозят военные машины. Грабедор не задерживался у городов, он спешил к Малым горам, и тяжелый ком давил на сердце, тихий бестелесный голос велел спешить, спешить…

В оставленных жителями поселках гномы иногда останавливались, чтобы пополнить запасы воды. Те, что полюбопытней, входили в брошенные дома, качали головами, удивляясь бестолковому устройству человеческих жилищ. В кузницах ругали неумех, которые только портят добрый металл.

Грабедор торопил походные колонны, и Слепнег как-то заикнулся, что можно обложить местных данью — пусть откупятся, ибо любой город может быть уничтожен. Граф воспринимал поход, как обычное военное предприятие, и сожалел, что не удается использовать все преимущества нынешнего положения.

Король-под-горой гордо ответил, что брезгует такими мелочами. Однако Гратидиан подозревал, что Слепнег по собственному почину берет отступное со здешних жителей. Знаменитый ренегат с отрядом кавалерии занимался в армии подгорного народа разведкой, наверняка он время от времени находил возможность требовать выкуп, обещая взамен, что гномы минуют поселение, не тронув его. Что гномы так и этак не тронут, местные не могли знать заранее. Фенадец не раз замечал, как люди Слепнега, возвратившись из разведки, укладывают в обозные фургоны добычу.

Возможно, и Грабедору это было известно, но король закрывал глаза на самоуправство Слепнега, ему было все равно. Зато Гратидиан испытывал все больший стыд, его жгло горькое чувство: зачем этот поход? К чему все? Он усидел на троне милостью короля Второго народа, он сохранил часть королевства… Мысли не новые, однако зимой Гратидиану некогда было предаваться рассуждениям — он наводил порядок в стране. Теперь, в походе, от него ничего не зависело и ничего не требовалось, появилось больше времени для печали.

А Грабедор по-прежнему не ведал сомнений. Его войско миновало густонаселенные земли, и теперь если что и задерживало продвижение, так лишь скверные дороги. Дороги здесь были отвратительные.

Местность к северу от Малых гор — пустынная, здесь нечасто встретишь жилье, а на тракте, огибающем горные отроги с севера, очень редко проходят караваны. В лесах на склонах холмов находят пристанище разве что разбойничьи шайки. Даже отчаявшиеся беглецы, которые уносили ноги от нашествия нелюдей, не направлялись в этот унылый край, бежали на запад и на север.

Когда Малые горы встали перед марширующей армией, гномы оживились. Трудно сказать, одобряло ли большинство Второго народа решение Грабедора, многим ли хотелось участвовать в братоубийственной войне… однако никто не возражал открыто, поскольку авторитет короля-под-горой был непререкаем.

Когда армия пересекла старый тракт, проходящий около северных отрогов Малых гор, Слепнег отыскал Гратидиана и объявил:

— Здесь, ваше величество, мы распрощаемся. Я со своими людьми остаюсь в этих краях, буду следить, чтобы не ударили нам в спину люди Анновра.

Гратидиан кивнул. Слепнег опустил глаза, замялся… наконец решил высказаться:

— Ну и, если позволите, напоследок позволю себе дать вашему величеству совет: не пытайтесь обмануть Грабедора, он хитер, он много видел и много знает, он старше моего прадеда. Не пытайтесь превзойти его мудростью.

Фенадец не стал отвечать, снова ограничился кивком. Он не будет пытаться превзойти. Он всеми обманут, он давно стал орудием в чужих руках, у него не осталось амбиций… Король послал оруженосцев в брошенную деревеньку за выпивкой. Вино помогало забыться хоть на время. Увы, местные разбежались перед нашествием гномов и унесли все, что могли. Даже скверного пива не нашлось. Фенадец утешил себя тем, что малогорцы, по слухам, варят до Гангмара забористую брагу…

У края отрогов Малых гор войско гномов разделилось. В развалинах древнего поселения, оставленного невесть когда и невесть каким народом, двести гномов принялись сооружать укрепленный лагерь. Здесь протекал ручей, вода была хорошая, и, стало быть, местечко подходящее. Грабедор велел устроить здесь постоянный пост, в лагере оставались и всадники Слепнега с обозом. Это было сделано на случай, если анноврцы все же соберут войско, чтобы ударить в спину — Слепнег их обнаружит, а гарнизон лагеря остановит, не даст ударить в спину.

Остальные отряды углубились в горы, кавалерия Гратидиана и эльфийские стрелки следовали с ними. Впереди двигались отряды авангарда — гномы не имели представления о том, как и где живут здесь люди, передовые отряды должны были обнаружить неприятеля. Командирам было запрещено вступать в сражение, если встретят войско малогорцев, но если наткнутся на небольшие силы — истребить всех. Люди, давшие приют Гравелину и объединившиеся с ним, подлежали уничтожению, эти были хуже, чем просто враги.

Первая ночевка в горах прошла до того, как обнаружились поселения людей. Утром войско продолжило марш, и вскоре пришло донесение: люди обнаружены. Отряд гномов наткнулся на овечье стадо, за которым присматривали двое подростков. Мальчишек убили, чтобы не могли известить земляков, а тропы, по которым стадо пришло в долину, ясно указывали: селение поблизости.

Гратидиан, мечтающий о браге, предложил королю-под-горой атаковать село со своими людьми — конница ворвется в поселение прежде, чем люди приготовятся дать отпор. Грабедор отказался:

— Ты не знаешь здешних людей, а я разузнал о них кое-что. Местные — это не людишки внизу, они не подчиняются господам, здешний народ впитал силу камней, оставленных моим народом. Ты не сможешь застать их врасплох.

Отряды гномов скрытно собрались в долине, где паслись овцы, подручные Крактлина собрали легкие катапульты. Затем группы гномов отправились в обход, чтобы окружить селение — Грабедор желал истребить здесь всех до единого, чтобы не успели известить земляков о нашествии.

Когда все было готово, король-под-горой дал сигнал. Гномы, тяжело гремя доспехами, двинулись через перевал, и, когда они достигли гребня горы, катапульты дали первый залп. Камни пролетели над скалами и обрушились на поселение. Местные сперва не сообразили, откуда на них валятся булыжники, затем появились гномы. Неспешно надвигались, держа строй. Все новые и новые шеренги переваливали хребет и двигались к поселку, а камни валились с небес неумолимо и размеренно. Малогорцы растерялись — им было не привыкать отражать набеги соседей, однако теперь враг был слишком многочислен, и еще — камни с неба… Камни падали между жилых башен, острые осколки разлетались во все стороны и били сильней, чем стрелы. Несколько человек было ранено, а Крактлин со своими мастеровыми уже собирал новую катапульту на гребне, и блистающие сталью шеренги маршировали справа и слева от него. Лэрд деревеньки сперва призвал сородичей, чтобы дать отпор чужеземцам, и мужчины с палицами, копьями и топорами собрались на околице. Тут малогорцы осознали, с какой силой имеют дело — и лэрд отдал новый приказ: уходить. Мужчины побежали к своим башням, хватали детей, увлекали за собой рыдающих женщин. Под градом камней люди побежали прочь — пересечь долину и по горной тропе уйти на земли соседнего клана. На тропе их встретили гномы, завершившие обходный маневр, и сбросили тех, кто двигался впереди, со скал. Лэрд собрал горстку воинов и с ревом кинулся на карликов. Эти люди и впрямь как будто впитали часть гномьей силы, живя в горах. Здоровенные кряжистые мужчины, хотя и уступали силой нелюдям, зато ярость придавала им отваги, строй карликов распался, со скал валились люди и гномы, а женщины поволокли детей между сражающихся…

Тем временем сомкнутый строй закованных в сталь гномов вступил в поселок. Раздались хриплые крики — и с башен на захватчиков посыпались булыжники. Несколько стариков решили, что лучше умереть в собственном доме, чем сбежать — дескать, им хоть так, хоть этак осталось недолго. До сих пор они прятались, а теперь с торжествующими воплями стали швырять камни в гномов. На верхних площадках башен всегда были заготовлены подходящие снаряды, теперь они пошли в ход. Гномы пришли в ярость, полезли в башни, с маху вынося двери закованными в сталь плечами. Старцы пытались отбиться, но где там — их сбросили с башен на камни. Покончив с этим, гномы двинулись дальше. Эльфы задержались в деревне, рассыпались между камней, забегали в башни, осматривались, потом выскакивали наружу с жалкой добычей в руках и, смеясь, показывали приятелям драные меховые накидки и стоптанную грубую обувку. Это было не грабежом, а развлечением — посмеяться над примитивными людишками.