Не мой прекрасный принц (СИ) - Швец Надежда - Страница 4

Сорвав с кровати простынь, я принялась связывать ее с одеялом, надеясь получить крепкую веревку. Свесив ее из окна, примерилась, всматриваясь вниз. Голова немного закружилась, стоило лишь представить свой спуск. Веревка оказалась слишком короткая, пришлось пустить в расход и шторы. Полученный результат в целом, меня удовлетворил. Наспех накинув плащ поверх рубашки, я привязала один конец импровизированной веревки к ножке кровати, еще раз проверила узлы, и перекинула связку вниз. Веревка уходила прямо в густую растительность.

Тяжко вздохнув, я покрепче уцепилась за веревку и вылезла наружу. Стоило посмотреть вниз, как тут же закружилась голова, а от страха сердце замерло, хотя было и невысоко. Очень-очень страшно! От мысли, что мне еще предстояло карабкаться вверх, сжималось сердце, но я отчаянно старалась не думать об этом. И не смотреть вниз, что самое главное! Ладони вспотели от напряжения, что значительно утрудняло мой путь, но я очень старалась быть осторожной. От страха кровь в жилах то кипела, то замирала.

Не смотреть вниз!

Медленно, чтобы не оступиться. Не обращаться внимания на страх, мешающий сделать и холодный пот, покрывший кожу. Бешеный стук сердца гулом отдавался в ушах. Только не смотреть вниз. Если бы я знала насколько это тяжело, то точно бы не пошла на такое!

Я преодолела уже большую часть, когда откуда-то сверху послышался странный, глухой звук. Испуганно замерев, навострила слух, и одновременно с осознанием того, что это звук рвущейся ткани, я, повизгивая, полетела вниз.

Удар моего тела о землю настолько обескуражил, что на мгновение потемнело в глазах. Увы, надолго сознание еще никогда меня не покидало. Поэтому, поняв, что для земли поверхность подо мной слишком неоднородная, я пошарила под собой руками и завизжала еще сильнее, узнав эту шероховатую, грубую кожу.

Одна орочья лапа повалилась мне на спину, прижимая к крепкому телу монстра, а вторая зажала рот, обрывая мой крик.

— Заткнись, — пророкотал все тот же орк, пока я раненой птицей билась в его руках. Безуспешно.

Уловчившись, я умудрилась цапнуть зубами прижимающуюся ко рту ладонь орка. Он неразборчиво зашипел что-то нецензурное.

— Немедленно отпусти меня, чудовище! — прорычала я, пытаясь освободиться.

Орк на мгновение замер, после чего переместил обе руки на мои плечи, приподнял меня, рассматривая лицо в свете луны.

— Какая встреча, принцесса.

— Отвратительная! Да дай уже слезть с тебя!

На последних словах орк расплылся в зловещей улыбке.

— Ваше высочество совсем по-другому бы заговорила, побывав на мне в полном смысле этих слов.

Я пораженно уставилась на орка, чувствуя, как покраснели уши от сказанной им непристойности. В душу опять начал закрадываться страх. Мы были одни в саду, валялись прямо в кустах и, вздумай он что-то сделать, вряд ли кто-то придет на помощь. Но, скоро здесь появится Каймон. И если даже он подоспеет на мои крики, моей репутации придет окончательный конец.

Орк, не сдержавшись, засмеялся и смех его был похож на тихие раскаты грома. Он надо мной издевался! Задохнувшись от возмущения, я, позабыв обо всем, кинулась колотить его кулачками.

— Да как ты смеешь! Ты… Монстр! Грубиян! Орк! — мои удары не причиняли ему никакого урона, лишь вызывали новые раскаты смеха, — Ррр, ненавижу!

Устроенная мною бойня прервалась резко — орк, извернувшись подозрительно ловко для своей комплекции, оказался у меня за спиной и вновь зажал мне рот. Через мгновение на тропинке, пролегающей около нашего убежища, появились две фигуры. Они о чем-то усиленно переговаривались и в одном из голосов я узнала Каймона, принялась усиленно вырываться из захвата монстра.

— Молчи и не рыпайся, избалованная сучка, — прошипел мне орк на ухо и от его голоса страх, ледяными тисками сжавший мое тело, заставил замереть.

Когда эти двое еще чуть приблизились, я с удивлением узнала в собеседнике Каймона своего бывшего возлюбленного — сэра Бадриола.

— …сорвалась. А на утро приехал ты и наша шлюшка-принцесса про меня забыла.

— Да, я слышал, что постоянством она не отличается. Но, чтобы кидаться из рук в руки по несколько раз в день, — Каймон противно засмеялся, а у меня внутри все оборвалось, — Ее будущему мужу придется тщательно следить за своими отпрысками, не поселилось ли среди них подкидышей.

На этот раз оба хрипло рассмеялись, забавляясь столь отвратительному замечанию. А я просто не могла поверить, что Каймон это говорит. Еще сегодня он восхвалял меня, преданно заглядывал в глаза и казался идеальным. А теперь…

— Вот только кто теперь станет ее мужем, Кай?

— А ты еще спрашиваешь? Конечно, я.

— Почему это ты? Мы вместе придумали этот план.

— А как ты собираешься жениться на ней, если любит она меня?

— Ты же сам сказал, что она хочет сбежать. Как только окажется в наших руках — заставить и все.

— Вот поэтому из тебя не получится король, друг мой. Зачем к чему-то принуждать, когда можно внушить ей правильность необходимых действий? Она влюблена в меня и внимает каждому моему слову.

— Не забывай натуру этой дряни. Влюблена она ненадолго.

— Даже в таком случае, я — лучшая кандидатура. По титулу я достоин принцессы, поэтому гнев короля не будет стоить нам жизней. Да и дурить эту пустоголовую у меня получается лучше. Самое главное, провернуть женитьбу, утихомирить короля и тихо от него же избавиться. Каталину назначат регентом при брате, а дальше уже все пройдет без проблем. И, кстати, тебе пора. А я, пожалуй, разыщу наш скипетр власти — кажется, эта идиотка здесь заблудилась.

Они разошлись в разные стороны, и лишь когда фигуры этих негодяев скрылись из виду, орк выпустил меня из рук. И только сейчас я заметила, что давно беззвучно плачу, орошая лицо солеными потоками. Такими темпами я прославлюсь как принцесса — плакса. Впрочем, это было бы лучше. Теперь вся надежда на спасение от монастыря растаяла.

Закрыв лицо руками, я тихо всхлипнула, не в силах сдерживать бушующие внутри эмоции.

— Что за нытье, принцесса? — орк, про которого я напрочь забыла, развернул меня к себе и попытался отнять мои ладони от лица, но я лишь сильнее заплакала, едва слышно поскуливая от горечи.

Когда я смогла преодолеть себя и заглушить позорный скулеж, то взглянула на монстра. Он был в сильнейшем замешательстве, не понимая — что со мной делать.

— Оставь меня, чудовище, — жалобно проблеяла я, попытавшись отвернуться, но в этот момент орк потянул меня на себя и, уткнувшись носом в его широкую грудь, я заревела пуще прежнего.

— Ну, что такое, принцесса? Неужели этот хлыщ настолько важен?

— Нет… не в нем дело… завтра отец отправит меня… в монастырь… а там я умру… не хочу! Еще и веревка оборвалась…

На мою голову нерешительно легла лапа орка, нелепо поглаживая.

— Хватит нытья, принцесса. Я проведу тебя в замок.

— Как?

— Ходом для слуг. Никто не заметит.

Я удивленно уставилась на орка, поражаясь его осведомленности. Ну откуда он может знать, что меня никто не заметит? И что он вообще делает здесь в такое время? В голову начало закрадываться нехорошее предчувствие. Хотя, какая теперь разница?

— Пойдем, орк.

Так, все еще шмыгающая носом я и наглый орк, ведущий меня под локоток, направились к северной стене замка сквозь густую растительность.

Шли мы молча, я с горечью мысленно рассуждала о том, что вот так орк, поджидающий чего-то в кустах, в неком роде спас меня. Сначала от жесткого падения и, возможно, переломов. Потом благодаря ему мне удалось избежать ловушки негодяя Каймона, ведь я намеревалась сбежать с ним. А сейчас орк еще и ведет меня к неприметному входу в моем же замке! Хоть он все еще оставался тем самым монстром, в глубине души я была ему благодарна.

Когда мы подошли к неприметной двери, он распахнул ее, пропуская меня вперед и сказал:

— Два пролета, прямо и налево.

— А, стража?

— Они спят. Очень крепко, — вновь проскользнула усмешка, вызывающая у меня подозрения.