Не мой прекрасный принц (СИ) - Швец Надежда - Страница 50

15 часть

Очнулась я быстро, мой разум словно швырнули обратно в тело. Соскочив с колен Дагона, я заозиралась по сторонам и с удивлением обнаружила, что золотистые нити овивают теперь и мою фигуру.

Еще больше вопросов у меня вызвала темно-бордовая вязь рисунков, покрывшая мои руки и уходящая дальше — под рукава плаща. Бросив взгляд на орка, я обнаружила, что подобные узоры покрыли и его кожу.

— Получилось? Да?

Он кивнул и подойдя ближе, улыбнулся.

— Верно, жена моя, — запечатлел на моем лбу целомудренный поцелуй.

Стоило нам покинуть своды храма, как ураган в виде Трагана и Зельде обрушился на нас.

— Вышло?

— Покажите!

Столь оживленная реакция объяснилась не только тем, что браки орки не заключали очень давно.

— Я рада, мой мальчик, — приобняла Зельде Дагона, — что ты нашел ту, которую настолько полюбил.

Орк лишь хмыкнул, чем вызвал мое недовольство и очередной прилив стыда. Он сомневается в своих чувствах и уже жалеет?

— Я и сам не верил до конца… Что порывы Кете столь искренне.

— Что ты имеешь в виду? — уже не сдержалась я.

— Если бы духи предков посчитали будто брак заключается по какому-то расчету, — мрачно вставил Траган, — без взаимных чувств, то Дагон бы погиб. Так, во всяком случае, говорят легенды. Может, погиб бы и не только Дагон. Но, я думаю, из-за принадлежности к оркам, удар пришелся бы лишь по нему.

Теперь я по-новому взглянула на своего любимого орка и сердце сжала ледяная лапа страха. Он готов на многое для тех, кто ему важен. Но к чему это может привести?

Остаток пути мы преодолели в молчании. Меня одолевали неприятные предчувствия, Дагон тоже пребывал в раздумьях. Когда он был столь молчалив и серьезен, я чувствовала себя неловко. Будто я стала причиной его недовольства. Кажется, мой скверный нрав играет со мной злую шутку — в случае нестандартного поведения орка, я воспринимаю все на свой счет. Впрочем, мне казалось, что он действительно сожалеет. Ведь если он выживет, то наверняка не сможет легко от меня избавиться.

Я таила все эти мысли в себе, стараясь не надоедать любимому своими сомнениями в отношении его чувств. Захлебнусь кровью, как предрекала шарлатанка? И пусть. Это будет потом, а сейчас я рядом с самым лучшим мужчиной.

Эх, какой же я стала! От стойкой, уверенной принцессы не осталось и следа. Плевать.

Когда до Джахара оставалось совсем немного, мы все-таки полезли в чудо-сундук Трагана. Было тесновато, но терпимо. Зельде же сверху тщательно прикрыла нас различной ветошью.

Когда отворились ворота, мы все могли слышать голоса стражей и матери Трагана.

— Цель визита в наши земли?

— Ох, сынок, — тяжело вздохнула женщина. — Тяжело стало выживать в моей деревни, мор забрал все хозяйство. Вот и решила я сюда приехать, чтобы продать ненужные вещички.

— Что именно?

— Платки, статуэтки. Да много чего. Мне муж в свое время много дарил, все хорошо сохранилось, новое. Я ведь специально и хранила!

— Показывайте.

Сначала послышался стук сундуков, в которых кроме перечисленного Зельде действительно ничего не было. Когда же очередь дошла до нашего убежища, я испуганно прикрыла лицо и прижалась поплотнее к Дагону. Казалось, что по злому умыслу судьбы, я чихну или кашляну, чем выдам нас.

— Какой-то странный ящик, — прозвучал голос стражника прямо над нашими головами.

— Так это тоже муж мне сколотил давно. Он у меня человеком, обеспеченным был, много подарком мне делал, а хранить их негде было. Помню, привез он мне однажды из Дафада…

— Понял. Проезжайте.

Зельде с кряхтением полезла обратно в повозку, а через пару мгновений скрипнули колеса, и мы поехали.

Я наконец выдохнула и немного расслабилась.

— А куда мы теперь едем? — лишь сейчас пришел мне в голову этот вопрос.

— К моему проверенному другу, — раздался в темноте голос Дагона.

— К Фулю? — чуть сбоку поинтересовался Траган. — Ты уверен, что он столь надежен?

— Да. Фуль уж точно.

Повозка остановилась, а через мгновение мы услышали голос Зельде:

— Вылезайте, рядом никого.

Орки не заставили себя ждать, повыпрыгивали как лесные козы.

Стоило мне высунуть нос, как я имела наслаждение лицезреть уже привычные здания, вымощенные камнем.

Мы как раз находились с задней стороны неизвестного мне дома и Дагон решительно толкнул дверь для слуг, вошел. Остальные поспешили за ним следом.

В полутемном коридоре, освещенным лишь парой свечей, нам никто не повстречался на пути. Дагон решительно направлялся сквозь зигзагообразные коридоры и смежные комнаты, пока мы не вошли внутрь ярко освещенной ювелирной мастерской. Спиной к нам, за крепким деревянным столом, сидел, немного сгорбившись, орк тридцати лет. Он задумчиво крутил в ладонях лупу и, кажется, рубин, размером с птичье яйцо. Выглядел он столь вовлеченным в сие занятие, что совершенно не услышал нашего появления.

— Хоть бы стул со спинкой взял, — подал голос мой орк. — Совсем уже на горбуна похож стал.

Реакция ювелира была молниеносной — он рывком соскочил на ноги, перевернув при этом стул. Правда, грозный вид быстро сменился недоумевающим, а вскоре и радостным.

— Дагон! — воскликнул мужчина. — Живой!

Мой супруг в ответ криво ухмыльнулся, раскинул руки, демонстрируя себя, красивого.

— Живой. Вопреки стараниям нашего глубоко уважаемого вождя.

Уже через четверть часа мы, расположившись прямо на кухне, с аппетитом уплетали мясное рагу под мрачный рассказ Дагона. Его друг, ювелир Фуль, внимательно слушал и местами одобрительно кивал.

— Теперь ты хочешь бросить вызов? — задал он вопрос, стоило Дагону завершить свое повествование.

— Да. Но это еще не все. У меня есть некие подозрения… По поводу нелепых гибелей детей в Джахаре.

Я подавилась едой и встретилась взглядом со столь же шокированным Траганом. Видимо, Дагон никогда не озвучивал свои предположения.

— Неужели ты думаешь…

Фуль не договорил, казалось, что произнеси он эти страшные слова и небо упадет на голову.

— Эти подозрения преследовали еще моего отца. Началось все после гибели Шаны. Он нырял в ту реку до глубокой ночи, а его воины прочесывали всю местность, но ничего не нашли. Зато на следующий день обнаружили тело на противоположном берегу. Будто ее просто подкинули. Я тогда не придал значение сомнениям отца, посчитав, что от горя у него просто помутился рассудок. Зато вспомнил об этом год назад, когда ко мне пришла Урса и пожаловалась на Риталека. Он едва ли не силой пытался утащить Дану для какого-то ритуала. Якобы для укрепления здоровья. С Даной не вышло, а вот спустя несколько дней пропал второй сын пастуха, после чего его тело обнаружили в горном ущелье. Мальчишка сорвался. Я начал раздумывать об этом, собирать информацию в трактатах тех времен, когда детей приносили в жертву. Перед тем, как Гро-Домин отправил меня к троллям, я наткнулся на интересный чертеж-график, где указывалось как правильно вычислить фазу луны для благоприятного времени жертвоприношения.

— И график совпал со смертями, да? — мрачно влез в разговор Траган.

Я мысленно порадовалась, что Зельде пожелала отдыхать, отказалась от ужина и не слышала этого всего. Иначе старая боль вновь бы всколыхнула ее раны.

Фуль, хранивший до этого молчание и внимательно выслушивающий Дагона, подал голос.

— Даже если это действительно так, откуда ты можешь знать, что в этом замешан Гро-Домин? Какой ему в этом интерес? Я могу поверить в то, что Риталек отбитый почитатель духов природы, но при чем здесь вождь?

— О, — ухмыльнулся мой орк, — я думаю, что здесь не только Гро-Домин участвует. Подозреваю, что в этом замешано гораздо больше орков. А в том, что вождь знает — так я тогда немного помял бока шаману, за что был весьма сурово наказан. Когда же я попытался выдвинуть свои предположения, вождь поднял меня на смех, но выглядел при этом напряженным, нервным.

Повисла тяжелая тишина, мы все обменивались встревоженными взглядами.