"Фантастика 2023-180". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Лисина Александра - Страница 423

Хастред опасливо принял штуковину, осмотрел её. Маленький камушек с множеством неровных граней… ничего особенного.

— Это подпадает под определение «магическая фигня»? — уточнил он дипломатично.

— Покажи-ка. — Зембус отобрал у него камень, покрутил в руках так и эдак. — Ого. А если его это самое?

— Подальше отсюда. — Маг указал на дверь. — От меня, от башни и, сделайте милость, от самого города.

— Найдём куда, — заверил друид и бережно упрятал камень в поясную сумку. — Похоже, не продешевили. Идём, что ли?

Вово принял у генерала сумки, без труда закинул за плечи — затрещали прочные швы из просмолённых ниток, сшивавшие прочную кожу. Кобольд досадливо ухнул, перехватил обе сумы в охапку, придавив к широкой, как городские ворота, груди.

— Что ж, твоё магичество, а с ранениями спасательскими чего делать будем? — Генерал ткнул пальцем в показательную Чумпову физиономию. — Как ты насчёт подлечить? А то оно больно неловко: тебе помогли, а сами не при делах остались! Нам сейчас позарез нужно войти в тонус, дабы не осрамиться в своем грядущем предприятии!

— Я думал, ты забыл про гномов, — скис Чумп. — Зануда ты, анарал, каких поискать. Ну, тогда и впрямь бы рожу подправить…

Маг как-то по-простонародному плюнул генералу под ноги.

— Что ж я вам — целитель? Ладно того здорового малость подправил, так он же духам земли не то чтобы чужой, но ожоги — кислотные ведь? — выправлять, это уж совершенно не в моём разумении. В храм сходите.

— За своё-то золото?

— Это как договоритесь. Вон того волосатого отряди, он с кем хочешь сторгуется.

— Этот сторгуется. — Генерал с неудовольствием оглядел Хастреда, внезапно просветлел ликом. — Хотя, может, и выгорит чего… ежели мы пообещаем его держать, покуда они своих послушниц из города не выдворят…

— Эх, анарал, анарал, — тихо возмутился такой темнотой Чумп. — Да будь средь послушниц Святого Далзима хоть одна моложе пятидесяти зим — хрена с два ты его удержишь!

— А они, кстати, бывают… — начал Хастред и осёкся. — Правда, пошли в храм!

Вово по традиции отвесил магу глубокий поклон, едва не просыпав монеты, и шмыгнул наружу — словно бы не он на входе застрял, зацепившись плечами за оба косяка сразу. Чудное дело — скромность, подивился ему вслед генерал. У него самого, ввиду безыскусности сроду не страдавшего этой болезнью, нипочем бы не получилось стать столь незаметным — даже в толпе горных троллей офицерскую стать было не скрыть. Сам он, выходя, поощрительно хлопнул мага по плечу, едва не влепив в стену, в знак признательности за честность в оплате. Маг, кажется, не оценил, зашипел придавленной крысой, но генерал уже покидал башню, лихо треснувшись макушкой о притолоку и походя поинтересовавшись, откуда стук.

— Далеко ли храм? — осведомился он на площади, блаженно расправляя плечи. — И дорого ли берут за поправку здоровья таким, как мы, малоимущим? Вово, рассыплешь монетки — ушибу, не глядя на родство по маминой ветке!

— Тебя, может, и за большие деньги не возьмутся, — не сдержался Хастред (он так искренне хихикал над приложившимся башкой генералом, что не уследил за собственной макушкой, её с ходу припечатал к той же самой притолоке и, не обладая офицерской крепкоголовостью, полыхал ныне злостью на весь мир). — Ибо хоть и чудотворен Далзим, но иные диагнозы и ему не по плечу.

— Зато такой вывих, как неуважение к старшим, я и сам без его помощи вправлять умею. Ты не забывай, что у тебя топор краденый и неловкий, как ни понтуйся, а я тебя и вожжами простыми отъезжу.

— Кстати да, топор неловкий, — согласился книжник убито. — Это твоя, генерал, истинная правда. Всё потому, что топор ловкий ты утопил, видимо, в преддверье такого вот случая. Так что гони новый, для души, а там уж посмотрим, кто кого новым трюкам обучит.

— Боевой дух прорезался! — с гордостью определил генерал. — Вот спрашивали меня как-то в воинской академии, куда завернул по случаю, принявши, по совести, тую академию за корчму: а чем же ты, мол, такой особенный, генерал Панк, что о тебе легенды ходят?

— Так уж и ходят, — усомнился Чумп. — Что-то я ничего о тебе не слыхал до того самого проклятого богами момента, когда высунулся из кустов посмотреть, что за лошади трюхают по Южному тракту!

— Дурень, — снисходительно отфыркнулся генерал. — Не там слушаешь. Имя моё и впрямь в кругах носящих кружева не самое известное, но уж где до железа дойдет — тут только грязь из ушей выскреби, и вмиг про меня такого узнаешь! Вон того спроси, грамотного, про меня и в газете однажды написали! Я даже хранил ту газету на груди в назидание потомкам в течение восьми лет, покуда единожды так сильно не приспичило, что лопух искать стало недосуг…

Громоздиться верхом было лениво, потому генерал сгрёб жеребца под уздцы и поволок за собой. Компания последовала его примеру, только Зембус, от боли в спине кривившийся, влез в седло, так и катил в арьергарде унылым потрёпанным чучелом.

— Дык же вот, — продолжал генерал с упоением, — озадачили меня вопросом моей — как бишь оно по-эльфийски? — экскремен…

— Эксклюзивности, — спешно подсказал Хастред. — А то, что ты пытаешься сказать, губит печатные свидетельства славы многих героев и почище тебя.

— А? Чего? Чем умничать, постригся бы. Ну, меня и самого сей вопрос озадачил, как Вово переписчика населения. Вроде уж, чего греха таить, не самая светлая голова в тактическом планировании, знатный трактат китонца Сунь Высуня, знанием коего хумансовые воеводы щеголяют, и в глаза не видел, а если видел, то не узнал, а как, не знаючи, мог использовать — и подумать-то страшно… Да чего там — всего лет дюжину как зазубрил названия «фронт» и «тыл», до тех пор по старинке — мордожопами оперировал. Однако ж к тому времени уже вовсю слыл большим авторитетом в ратном деле. Вот сели мы с ректором той академии, по кружечке доброго эля с корицей накатили и разобрались в вопросе со всем прилежанием. Как оказалось, есть у меня редкостный дар — стимулировать боевой дух в воинах! Говоря научно, я этот, как бишь его… маразматический дилер.

Обнародовавши этот факт, генерал со значением прищёлкнул языком и победно повёл взором на свою притихшую банду.

— Харизматический лидер? — предположил Хастред осторожно после краткой заминки.

— Какова ж была та кружка, — обзавидовался Чумп.

— Всё в точку, — проскрипел со своей колокольной высоты Зембус. — Боевой дух… Оно да. Никогда не видел никого, кто бы так быстро доводил всех вокруг до полного озверения.

А Вово не сказал ничего. Более того, он ничего и не слышал. Перевесив сумки с себя на седло своего битюга, он давно уже откололся от плотной гоблинской кучки и спешно совал в рот пироги у ближайшего лотка. Продавец растерянно вертел в руках полновесный золотой, какого весь его бизнес, включая ведавшую выпечкой жену, не стоил.

— Изловить, — повелел генерал. — Бить не надо, не поймёт. Но держать под надзором — и его и, главное, финансы. И Чумпа. Вот этого проще прибить для надёжности. Зачем дрючку спёр? Когда успел?

Чумп неопределённо пожал плечами. Он и сам не заметил, как и когда извлёк из кошеля Зембуса пожалованный магом камушек. Под генеральскую рассказку он лениво подбрасывал магическую штуковинку на ладони, примериваясь, куда бы половчее закинуть.

Друид с лошади матерно его приложил, пригнулся в седле и, перекосившись от боли в области поражённой поясницы, отобрал бирюльку.

— Ещё раз так сделаешь — не заберу вовремя, — предрёк он свистящим шепотом. — И тебя потом собирать по кускам тоже не буду. Всё равно штука одноразовая, а с тебя ничего, кроме кружев, не возьмёшь.

— Да ладно, уж и пошутить нельзя, — стушевался ущельник и тоже полез на лошадь — очевидно, чтобы чесавшиеся руки ни до чего опасного не дотянулись.

Храм Далзима Исцелителя не был сколь-нибудь примечательным заведением на фоне копошильских разнообразий. Сухощавые бритоголовые жрецы его стоически приводили в кондицию многочисленных в городе злоупотребителей вином и иными вредными излишествами и, как правило, платы за это не требовали — чего, мол, взять с поражённых непобедимым зелёным змием. Потому генерал предложил на подходе прикинуться пьяными, а чтоб выглядело это правдоподобнее — завернуть в корчму, к примеру, хоть бы и в кантину Ордена Гулга, где можно попутно отрепетировать грядущее сражение за Хундертауэр. На это ему, однако, возразили, что во-первых, дешевле не выйдет — больше пропьёшь, чем отдал бы за лечение, а во-вторых, стража, явившись на такую гулянку, быстро приведёт и самого генерала, и сочувствующих в состояние, из которого не вдруг подымет даже и божественное вмешательство. Потому как меч в городе обнажать — себе дороже, а на дубинках служивых костоломов ох как душевно натаскивают…