"Фантастика 2023-180". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Лисина Александра - Страница 592

— Чаки, проснись! — воззвал Мик, заметив, что Барнет свернулся калачиком и намерен дрыхнуть прямо на камнях. — И так все прозевал!

— Ну маааам, — возразил Чарли отвлеченно, — я уже большой. Я сам умоюсь!

— Ух ты! — восхитился фон. — И давно это с тобой?

— С двадцати семи лет, — Чарли открыл один глаз. — Что там? Долго еще? Можно, я пока посплю? А потом проснусь, и этого ничего не будет… а будет… я просто заснул… на работе… как всегда.

И задрых, скотина бессовестная. И вот этому «как всегда» мы, налогоплательщики… ну, ладно, — они, налогоплательщики, доверяют охрану своей безопасности! Мик со вздохом до него прогулялся, вытащил из кобуры пистолет и притащил на техобслуживание.

— Знать бы, какие тут просторы, я бы не эти пукалки брал, — поделился он гениальной мыслью.

— А чем тебе эти не нравятся?

— Мелковаты по здешней пакости-то. Вот этот, который двадцать футов… я что-то сомневаюсь, что его проймешь такой ерундой.

— Все бы тебе воевать. Пускай с двадцатифутовыми Эл разбирается. Тем более что-то я не припомню, чтобы у нас было что-то кардинально более крупное. Ну скаутский штайр где-то валялся, ну, бенелли…

Мик покосился на Чарли, мирно дрыгающего ногой.

— Было-было.

Так. Это еще что за новости? А то он не знает, что моя мама очень любит приехать без предупреждения, разложить самые неожиданные находки по своему персональному ранжиру и позвонить маме Чарли. Чтобы та, значится, уточнила у сынишки — должен же он понимать во всяких пистолетиках! — куда вставлять невзначай выпавшую коробочку с пульками, дабы ружье не начало стрелять. Был неописуемый случай, когда она не смогла сама сдвинуть коллекционный автоматический гранатомет и пригласила соседей помочь его переставить к окошку, потому как это наверняка телескоп такой странный. Хорошо хоть, что старикашка со снайперкой в тот день сдавал анализы и единственной официальной структурой, заинтересовавшейся сорокамиллиметровым дулом, оказался Билли. А потом домой пришел я и, наскоро увлекши родительницу беседой о низкохолестериновой диете, отволок чертову штуковину глубоко в подвал, где она, кажется, ржавеет по сию пору в разобранном на неопознаваемые части виде. С тех пор я стараюсь не держать дома предметов, за обнаружением которых может воспоследовать разбирательство.

— Откуда это было? И где было, что я ни разу об это не споткнулся?

Мик помялся и потыркал пальцем вверх.

— Там. Под кильками.

Ага! Я знал, что столько килек в природе быть не может.

— Запас карман не тянет, — оправдался фон стесненно. — Там по случаю прихватил раз… другой… и еще разок… В общем, тебе понравится.

Он меня пугает. Последняя штука, которая мне понравилась… нет, последние штуки, которые мне понравились, совсем недавно проследовали за валун с охапкой грязной одежды… А вот дотоле я, помнится, имел неосторожность заметить фону, что выставленный вон на том стенде русский пулемет пятидесятого калибра «корд» вызывает у меня живейшую симпатию. Блин. Если он его и прихватил по случаю — а чем оружейная выставка не случай? — а в дому моем сейчас идет полным ходом разбирательство многого непонятного, в нем случившегося, дешевле будет не возвращаться вовсе. Я понятия не имею, как объяснить наличие российского пулемета, закопанного в кильках. Продукт нереста? Рыболовная снасть? Нашел в канаве, как раз собирался нести в полицию?

Эл выплыл из тумана как по заказу — для разрядки обстановки. Насей раз он припер с собой несколько веток — слишком мало для костра и тем более для плота, но выглядел тем не менее вполне довольным.

— Где мисс Ким? — первым делом осведомился он и тут же отмахнулся от ответов: — Ага, вижу.

— Сквозь камень? — поразился Мик. — Тоже хочу! С подробностями.

— Аура фонит, — пояснил Хранитель, вываливаясь на берег. — У камня своей нету. Замерзла, злая, боится… ничего особенного.

— Сам ты боишься! — проклацали зубами из-за валуна.

— Если угодно, — великодушно признал Эл. — Сейчас, с вашего позволения, я попробую дать сигнал в Цитадель… а заодно и найти способ туда добраться.

— А что, по реке есть навигация? — заинтересовался фон.

— Ну как таковой нет, но эти края не так чтобы необитаемые. — Эл покривился, живо напомнив свой рассказ о родственниках-отщепенцах. — Скорее всего, на всем течении реки предусмотрены плоты, лодки и всякое такое.

— А за угон у вас тут не гнобят?

— За угон? — Эл непонимающе пожал плечами. — Если тебе надо, ты берешь. Лодке все равно, кто на ней плывет.

— А частной собственности у вас как таковой нет?

— Есть вещи, которые другие не могут использовать или могут менее эффективно. Как мой меч. Лодку же мы потом вернем, и никто не пострадает. Ваше понятие собственности зиждется на принципах, которые нам, обитателям Отстойника, чужды. Особенно аспект праздного обладания — это, если позволите, и в большинстве миров нонсенс.

Коммунизм, однако. В чистом виде. Из концепции даже гаракх не выбивается, как та самая ежовая рукавица для таскания в светлое будущее.

Эл разложил свои ветки на ровном участке берега, подрезал мечом пару, несколько штук заострил и воткнул под симметричными углами в каменное крошево. Образовалась фигура вроде тех, что наш городской автомеханик Рокки Фокс периодически выставляет перед своей мастерской как абстракционистские шедевры. Никто еще не указал ему на разницу между высоким искусством и отсутствием вкуса, потому что у Рокки обхват бицепса — два фута, а единственный парень, которому на это плевать, — вон тот, оттирающий «гавайку» пригоршней стеблевой мякоти, — этой разницы сам отродясь не постигал и едва ли когда-нибудь постигнет. Правда, однажды за пивом Рокки проникся философской сентенцией «искусство — это когда сиськи» и с тех пор неукоснительно прикручивает к своим конструкциям пару-другую внушительных подфарников. Культурно же безграмотный Эл обошелся без научного популизма — одними прямолинейными ветками. Нобелевку за этот вариант телефона я бы не дал, но, с другой стороны, если он таки зазвонит — без единого гвоздя и всяких там мембран — будет что продать по возвращении нашим гигантам связи.

Ну вот, Эл сложил маловнятную конструкцию, уселся над ней по-турецки, простер длани и погрузился в себя. А и пускай. Никогда не надо мешать тому, кто при деле. А то рискуешь узнать о себе такое, что и на кочан не налезет. Тем более я и сам случился при деле — пистолет Чарли оказался заклинен намертво, даже и с полным швейцарским арсеналом не вдруг разберешь. Мик в таких делах не помощник, предметы мельче и сложнее кирпича ему лучше не доверять, Айрин все еще не вылезала из-за своей каменной ширмы, а Чарли так и задрых самым непосредственным образом. Вот же притча, спит себе без задних ног, невзирая ни на какие треволнения! Адреналин, что ли, пошел не в то горло. Ну и пусть его, по крайней мере, не ноет. Сам справлюсь.

«Мистер Мейсон? Меня слышно?»

— Даже и видно, Эл.

«Странно».

Чего же тут странного? Я возвел глаза на Эла. Он так и сидел себе, изображая Будду в очереди за просветлением, совершенно не пытаясь со мной разговаривать.

— Да слышу, слышу, — буркнула из-за камня Айрин. — Чего надо, шкура?

Эл открыл глаза и озадаченно почесал макушку.

— Странное дело, — сообщил он, тыча перстом в свою веточную рацию. — Работает, но с Цитаделью я не могу связаться.

— Номер забыл? — участливо предположил Мик.

— Номеров нет, — беспомощно пожал плечами Эл. — Достаточно представить себе того, с кем хочешь говорить. С любым из вас я могу связаться. Могу и с любым в Цитадели, и сейчас попробовал почти с каждым… но они не отвечают.

— Мощности не хватает?

— Мощности нет. Это магия, самая простая… она здесь повсюду, для нее нет естественных преград и запретов, вы тоже скоро сможете, если будете пытаться. Единственное, что приходит мне в голову. — Цитадель закрыта Мантией, которая отражает любую магию… Но такого на моей памяти никогда не было.

— А лодку нашел?