"Фантастика 2023-180". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Лисина Александра - Страница 96

Айра замерла.

– Что ты сказал?

– Да словно с ума все посходили! – с неожиданной досадой воскликнул старшекурсник. – Такое впечатление, что у нас на носу самая настоящая война!

– Я не об этом, – нетерпеливо перебила она. – Что ты сказал про вампов и виаров?

– А-а… такое впечатление, что у них очередной передел намечается. Сегодня утром Дакрал с Кергом едва не сцепились в столовой.

– Из-за чего? – с холодеющим сердцем спросила Айра.

– Да пес их знает. Я так понял, они опять что-то не поделили. Керг вроде требовал что-то от вампов, а Дакрал ему этого не дал. Или не сказал? Но они такие злые были, что я даже подумал – все, сейчас сцепятся, как собаки над костью, и директору придется отсылать из академии обоих.

– Керг – это виар? – на всякий случай уточнила девушка, хотя уже знала ответ.

– Да. Он у них за старшего. После лера Борже, конечно. Он там вроде второго вожака. А вампы, соответственно, слушаются Дакрала. У них у обоих идет сейчас пятый курс, и если эти двое сцепятся друг с другом, то остальные тоже в стороне не останутся. В результате начнется такая свара, что остальным ученикам лучше отсюда испариться. Хорошо, в тот момент мимо них Борже проходил: осадил Керга и выставил вон вместе с его приятелями. А с Дакралом не стал связываться, хотя о чем-то вампы с ним еще долго говорили. Но думаю, ничем этот разговор не закончился, потому что вампы после ухода оборотней не выглядели слишком уж кисло. Даже наоборот, я бы сказал: смотрели победителями. Вот и думаю, что в чем бы они там ни разошлись во мнениях, но от своего не отступили даже перед Борже.

«Значит, не выдал, – со смешанным чувством подумала Айра. – Наверняка Керг – это тот, серый. И приходил он наверняка из-за меня. Имени он моего не спросил… а если и спросил, то я не поняла: мыслеречь пока не освоила… общаться с ними не захотела, нарычала намедни, нафыркала, обругала. А Дакрал не сказал, откуда меня знает, вот они и поссорились. Но все-таки не выдал! Придется поблагодарить его при встрече».

– О чем задумалась? – полюбопытствовал Бриер, заметив, что подруга странно затихла.

– Да так, ни о чем. Расскажи мне, как выглядит Керг в человеческом обличье?

– Тебе зачем?

– Интересно, – Айра как можно небрежнее пожала плечами. – Я виаров людьми не видела, вот и любопытствую. Это ведь не тайна?

– Нет, – согласился он. – Но виар – он и есть виар: здоровенный, высоченный, мохнатый и хмурый.

– Выше тебя?

– Намного. Волосищи у него длинные… почти как у тебя, только темнее. Оборотни их обычно в хвосты завязывают, чтобы не мешались. Говорят, это – основа для их шерсти. Если обрезать, то она расти не будет во время смены облика, или будет, но гораздо хуже, вот они и не стригутся. Я как-то видел их во всей красе, без хвостов: забавное, доложу тебе, зрелище – мужик с волосами, как у девчонки. Только они у виаров очень жесткие и грубые, как войлок. А у тебя… – Бриер неожиданно протянул руку и поправил выбившуюся из прически серую прядку. – У тебя – словно лигерийский шелк. Мягкие и теплые.

Под его пристальным взглядом Айра отчего-то смутилась.

– А глаза у Керга какие?

– Серые, – после небольшой паузы отозвался Бриер. – Очень светлые и иногда отливающие желтизной.

– Он крупнее тебя?

– Намного.

– И, наверное, сильнее?

Бриер неожиданно усмехнулся.

– Ну, это как сказать. Если на руках бороться, то да. А если я его заклинанием приложу, то он потом сутки не встанет – виары магией почти не владеют, а если и владеют, то это уже не виары будут, а маги-перевертыши.

Айра несильно вздрогнула, вспомнив черного зверя.

– Перевертыши?

– Ага, – кивнул парень. – У нас их не так много, но встретить в лесу темной лунной ночкой можно. Учитель говорит, я тоже скоро так смогу. Если, разумеется, освою наконец трансгрессию и перестану зацикливаться на том, что я – человек.

– Вот теперь все ясно, – пробормотала она, припомнив волну диковатой силы, брызнувшей от того волка. – Значит, все-таки маг. Бриер, а ты кого-нибудь из перевертышей знаешь?

– Конечно.

– Они бывают в том лесу, что отвели для виаров?

– Почему же нет? – удивился он. – Только у перевертышей нет постоянного облика. Хотят, волком перекинутся, хотят – лисой или гиеной… кто-то любит медведей, а кто и росомахой бегает. Виары их уважают. Даже совсем молодых и неопытных не трогают. Наш Борже именно из перевертышей. Ты, когда его увидишь, сама почувствуешь, в чем между ними разница.

– Да, – дрогнувшим голосом подтвердила Айра, снова вспомнив, какая аура силы бушевала над вожаком и черным магом. – Когда-нибудь увижу.

«Если, конечно, он не найдет меня раньше и не выдаст дер Соллену».

Бриер извиняюще улыбнулся.

– Прости, мне уже пора. Ты сама доберешься до комнаты?

– Само собой.

– Завтра не приходи, ладно? – на всякий случай напомнил юноша, подбирая с пола плащ. – Я пару дней на глазах у учителя побуду, а потом скажу, когда станет можно.

Айра снова кивнула и, проследив за тем, как он с тихими стонами и шипением ковыляет к выходу, невесело покачала головой.

– Вот так, друг мой, – погладила она притихшего метаморфа. – Оказывается, мы с тобой нарвались на перевертыша. Представляешь, что будет, если он нас узнает?

Кер виновато спрятал глаза.

– Да я тебя не виню, – пояснила она свою мысль. – Просто теперь нам лучше держаться от виаров подальше. Что-то мне подсказывает, что они, в отличие от вампов, не станут скрывать мое имя.

Хранилище, как всегда, было погружено в полумрак и наполнено угнетающей тишиной. Правда, в тот момент, когда Айра переступила порог, под потолком вспыхнули магические огоньки и заботливо подсветили ей путь до излюбленной колонны Марсо.

– Привет, ты раненько сегодня, – возник прямо из воздуха призрак.

– Я пораньше ушла от мадам Матиссы.

– И чем же я обязан твоему появлению? Может, твой маленький друг наконец проникся ко мне уважением? Или ты решила побольше времени уделить учебе? Как-то в последние дни ты стала приходить все позже и позже, а тут вдруг такой подарок!

– Научи меня мыслеречи, – попросила Айра, следуя привычной дорогой к центру хранилища.

Марсо изумленно обернулся.

– Девочка моя, а ты не слишком торопишься? Мыслеречь адепты осваивают только к концу второго курса, чтобы избежать перегрузки на ваш неокрепший разум. А придумали ее эльфы – чтоб им пусто было, – и как раз для того, чтобы беспрепятственно влезать в чужие головы, потому как во время мыслеречи надо многое открыть. И не меньше этого скрыть. А если не умеешь, то твои мысли быстро станут достоянием более опытного мага. Кстати, наш доблестный Легран сегодня ко мне заходил… и знаешь, по какому поводу?

– Нет, – удивленно отозвалась она.

– Спрашивал какую-нибудь книгу по метаморфам. Чуешь, откуда ветер дует? А еще он настойчиво интересовался, нет ли у твоего Кера способностей, чтобы влиять на его природную блокировку.

Айра непонимающе нахмурилась.

– При чем тут Кер?

– Помнишь, как ты вошла сюда в первый раз?

– Да. И что?

– Ты не заметила охранных заклятий! – торжествующе заявил дух. – Причем моих заклятий! Только поэтому я тебя пустил и хотел взглянуть на твою ауру – такой феномен не должен оставаться без внимания!

– Хорошо, пусть так, – согласилась она. – Но я все равно не понимаю.

– Вот глупенькая… ты об эльфах что-нибудь знаешь?

– Ну, кое-что.

– А то, что они не просто так привлекают к себе всеобщее внимание, в курсе?

– В каком смысле?

– У эльфов, чтобы ты знала, есть особый дар, благодаря которому они могут втереться в доверие к любому смертному, вампу или виару. Кстати, именно этим свойством воспользовался Ковен магов, когда закончилась война с нелюдями: маги попросили эльфов поработать посредниками, – перевел дух Марсо. – Когда виаров и вампов загнали в угол, в последний момент к ним на переговоры отправили нескольких эльфов. И переговоры, разумеется, завершились успехом. Просто по той причине, что когда эльфы о чем-то просят, им совершенно невозможно отказать. Таков уж их дар. А вкупе с нечеловеческой привлекательностью и склонностью к эмпатии эта способность работает по типу приворота. Так что можно с полной уверенностью утверждать, что если бы они захотели, то легко завоевали бы весь Зандокар одной только ласковой улыбкой.