Все, в чем он нуждается (ЛП) - Торн Оливия - Страница 10

— Ты хотя бы наденешь бронежилет? — спросил Джонни.

— Нет, — ответил Коннор, закинув кусочек сыра в рот и сделав глоток белого вина, которое доставили в номер.

— Хорошо, я тогда просто не повезу тебя.

— Ну и ладно. Я тогда просто возьму ламборгини.

Пока они спорили, я расхаживала по гостиной пентхауса. Это конечно не пентхаус в отеле Дубай, но гостиная была чертовски милой. Потолок возвышался на девять метров над головой, а витая лестница, сделанная из бронзы, соединяла первый и второй этажи. Роскошные диваны были расставлены по комнате. Мраморный пол — темно-зеленый с белыми вкраплениями — отражал тусклое освещение высокого потолка; то тут, то там на полу были расстелены ковры. На стене висел телевизор с плоским экраном, он был размером с машину. Полностью укомплектованный бар, сделанный из того же самого пестрого мрамора, и кухня с обеденной зоной слева дальше по коридору. Шестиметровые окна в пол с видом на огни города и горы за его пределами. Солнце недавно зашло за горизонт, и небо приобрело великолепный желтовато-красный оттенок, который постепенно переходил в темно-синий цвет.

— На какое время заказан столик? — проворчал Джонни.

— Через сорок пять минут.

— Дорога туда займет всего лишь пятнадцать минут, что ж… вы останетесь здесь до тех пор? — с надеждой спросил Джонни.

— Нет, для начала мы собираемся кое-куда зайти.

Джонни застонал.

— Здорово.

— Это не для меня, это для Лили.

Я развернулась, услышав свое имя.

— Для меня? Куда?

Коннор улыбнулся.

— Это сюрприз.

— Этого я и боялся, — пробурчал Джонни себе под нос.

Глава 12

Как оказалось, нашей конечной целью был ресторан «Виа Белладжио» в отеле «Белладжио».

Джонни привез нас на Бентли, оставил машину парковщикам и проводил нас по коридору из мрамора и стекла с кованными потолками. У меня глаза на лоб полезли, когда мы проходили мимо магазинов «Шанель», «Джордио Армани» «Тиффани», «Диор», «Прада».

— Увидела что-нибудь, что тебе нравится? — спросил Коннор, когда мы смешались с толпой.

— Да, конечно — это все великолепно. Ну, большинство из этого. — Некоторые из сумочек что я видела, были на самом деле отвратительными.

— Ну, тогда выбери что-нибудь, чтобы мы смогли отправиться на ужин, я умираю с голоду.

Я уставилась на него.

— Что?

— Выбери себе наряд, нам нужно идти.

Я замерла на месте и огляделась вокруг.

— Зд…здесь?

Он нахмурился.

— Да, здесь.

Я покачала головой.

— Я… я не могу пойти туда…

— Конечно можешь. Пойдем.

Он взял меня за руку и потащил в магазин «Прада». Джонни следовал в десяти шагах позади нас, определенно забавляясь.

В магазине никого не было, кроме продавцов. К нам подошла женщина лет сорока, в стильном деловом костюме.

— Чем я могу помочь вам? — вежливо спросила она.

— Мы просто смотрим, — сказала я, меня начал охватывать ужас.

— Нет, — сообщил ей Коннор. — Нам необходим наряд для нее.

— Прошу за мной, — улыбнулась женщина и пошла впереди нас.

— Я не хочу это делать, — в отчаянии прошептала я.

— Почему нет? Просто подбери себе что-нибудь для ужина.

— Коннор, эти платья стоят кучу денег.

— Ничего подобного, — сказал он, потянув меня за собой.

— Коннор, они стоят тысячи долларов за штуку!

— Это немного.

— Что?! Нет, это дорого…

— Вот это симпатичное, тебе нравится? — спросил Коннор, показывая на великолепное красное платье, которое, казалось, принадлежало Анджелине Джоли.

— Да, но…

Коннор повернулся к продавцу.

— Позвольте ей примерить вот это… какой у тебя размер? — спросил он меня.

Я покраснела, став почти такого же цвета как платье, подошла к продавцу и прошептала ей на ухо. Она кивнула и направилась к стойке.

Я развернулась обратно к Коннору.

— Я не могу его себе позволить!

— Ну, технически, можешь.

Он говорил о подарке в пятьдесят тысяч долларов.

— Я не хочу тратить деньги на платье, которое не смогу никуда надеть…

— Ты наденешь его на ужин.

— Но…

— И, кроме того, я его покупаю, не ты.

— Нет.

Он нахмурился.

— Да.

Я стиснула зубы.

— Ты говорил, что ненавидишь, когда женщины вечно ходят по магазинам, тратя твои деньги.

— Во-первых, я имел в виду, что они хотели ходить по магазинам без меня. Во-вторых, технически, я хожу за покупками с тобой, на что другим женщинам было плевать, как только я доставал кредитку. И в-третьих, могу сказать, что ты действительно не горишь желанием заниматься покупками, так что к тебе никаких претензий.

Я посмотрела на него с грустью.

Он смотрел на меня так, словно не мог понять, что происходило в моей голове.

— Почему тебя это так сильно беспокоит?

Я обняла себя руками, как будто замерзла.

— Не знаю… просто… я не привыкла к такому. Купить платье стоимостью две тысячи долларов всего лишь для ужина… сколько же тогда будет стоить ужин?!

— 12,99 долларов. Отменные ребрышки в закусочной со шведским столом.

Я топнула ногой и взглянула на него сердитым взглядом, говорившим Ты можешь быть серьезным?

Он скорбно улыбнулся и покачал головой.

— Просто наслаждайся, Лили. Наслаждайся моментом и не беспокойся о цене.

— Я не могу. Для меня это слишком много денег, даже если для тебя это пустяки.

— У нас есть платье вашего размера, — сказала продавец, подойдя к нам.

Не глядя на нее, Коннор поднял вверх указательный палец. Его взгляд был прикован ко мне.

— Оставьте нас на минутку?

— Конечно, — ответила она и исчезла на заднем плане.

— Ладно, на мой взгляд, есть несколько вариантов, — сказал Коннор тихим, безразличным голосом, глядя мне в глаза.

— Первый — ты отчаянно пытаешься быть непохожей на других женщин, с которыми я был. В этом случае…

— Просто не хочу… — я постаралась вставить слово.

— Дай мне договорить, — продолжил он, нежно, но твердо. — Если дело в этом, то миссия выполнена. Поверь мне, я не считаю, что ты охотишься за моими деньгами. И я также знаю, что это не показуха. Ты переживаешь, что я подумаю, что ты используешь меня. Я так не считаю.

— Думаю, даже больше того, ты волнуешься, что на самом деле используешь меня ради моих денег. Может, подсознательно. Если проблема в этом, тогда знай: наслаждаться хорошими вещами — не преступление, Лили. Мне повезло. У меня много хорошего в жизни, но оно ни черта не стоит, если я не могу разделить это с кем-то, кто мне дорог. Я хочу, чтобы ты получала удовольствие от того, что я могу тебе дать, потому что мне нравиться тебе это давать. Отчасти потому, что ты первый человек, которого я когда-либо знал, кто так отчаянно пытался бы убедить меня, что тебе нужен именно я, а не то, что я могу дать. Я уже это знаю. Так что перестань волноваться об этом.

Я немного расслабилась.

— Это не вся…

— Я еще не закончил. Я также считаю, что тебя смущает богатство и дорогие вещи в целом. Во-первых, потому что ты не привыкла к ним, все это для тебя в новинку. Это как быть брошенным в чужой стране, где все по-другому, и ты еще не адаптировалась.

Я слегка склонила голову на бок.

— …Типа того.

— Но более того, ты считаешь, что не должна наслаждаться этим, потому что прекрасно понимаешь, что другим людям повезло в жизни намного меньше. Всего лишь несколько дней назад ты испытывала трудности и знаешь, что есть люди, которым живется еще хуже, чем жилось тебе, и тебе кажется, что заплатить две тысячи долларов за платье — это неправильно и расточительно, потому что этими деньгами можно было бы помочь тем, кто нуждается в них больше, чем любой из нас.

Я вздохнула.

— …Да, пожалуй.

— Ладно. Я не стал вдаваться в подробности, потому что не люблю хвастаться…

— Неужели!

Он усмехнулся.

— О некоторых вещах, возможно. — Затем он снова стал серьезным. — Но не об этом, хотя сделаю это сейчас, чтобы доказать свою точку зрения. Все компании, которыми я владею, входят в список пятисот крупнейших мировых компаний с самой большой долей благотворительных пожертвований. И я говорю не о концертных залах или художественных музеях, или других благотворительных программах для богачей, которые ты можешь назвать. Я говорю о чистой воде для развивающихся стран, о школьных программах в Африке, о стипендиях для самых нуждающихся детей в Америке. И это только мои компании. У меня также есть благотворительный фонд, в который поступает двадцать процентов всех моих доходов, каждый год — на все перечисленные мной цели, не говоря уже о медицинских исследованиях, поддержки организации «Врачи без границ» и помощи пострадавшим от стихийных бедствий по всему миру. Все эти цели замечательные, и я горжусь, что могу быть полезен. Но это не значит, что я собираюсь надеть власяницу и питаться фасолью с рисом всю оставшуюся жизнь. У меня есть деньги, и я собираюсь наслаждаться ими. Да, я расходую их на благие цели, но я не собираюсь отказывать себе в удовольствиях, когда хочу. Может, я и не святой, но могу сказать тебе следующее: я приношу гораздо больше пользы для большего количества людей, нуждающихся в помощи, чем самозванцы, распекающие меня относительно моего образа жизни, и я собираюсь получать удовольствие от того, что имею, пока у меня это есть. Когда они начнут жертвовать сотни миллионов долларов в год, каждый год, тогда пусть и высказывают свои претензии мне.