Волшебники в бегах (СИ) - Ллиотар Анна - Страница 80

- Вот поворот на дорогу, ведущую к Моинару, - сказала Лорисса, словно бы в нерешительности натягивая поводья. Это были ее первые слова за последние несколько часов.

Линн без единого звука направила лошадь к обочине. Минут двадцать они ехали в сгущающихся сумерках, пока не увидели освещенные окна особняка, смутной громадой маячившего впереди. Лорисса сразу же облюбовала рощицу, в которой путешественницы, привязав лошадей, уселись прямо на землю и начали думать, что им делать дальше.

- Ограда вокруг дома символическая. Кеннет никого не боится. Поэтому и войти в дом будет не так уж и сложно. Не думаю, что все двери заперты на висячие замки. Впрочем, даже если и так, я сумею их открыть.

- А ты не боишься, что Кеннет почувствует твою магию?

- Спящий?! Вряд ли. Но ты знаешь… даже если он не будет спать, такие простые заклинания не оставляют следа. Вот если мы наткнемся на какого-нибудь слугу и мне придется его усыпить, Кеннет вполне может уловить всплеск энергии.

- Хорошо, - подытожила Линн. - Мы пробираемся внутрь. Что дальше?

- Мы? - задумчиво повторила колдунья. - Пожалуй, ты останешься ждать меня здесь.

- Почему? - изумилась Линн.

- Если я не вернусь к утру, уезжай. Продай мою лошадь. Этих денег тебе хватит на первое время. Ты девушка сообразительная, не пропадешь. Наймешься к кому-нибудь…

- Вообще-то, я уже нанялась. К вам.

- Я тут одна, не стоит обращаться ко мне во множественном числе. Это раз.

- А два? Предложишь мне справить по тебе пышные поминки на средства, вырученные от продажи лошади?! Нет уж, дорогая, не выйдет.

- Твои предложения?

- Я иду с тобой. В конце концов, если Кеннет тебя заметит, я подкрадусь к нему сзади и огрею его чем-нибудь тяжелым.

- Канделябром, например.

- Именно.

Некоторое время они прожигали друг друга яростными взглядами из-под капюшонов. Потом Лорисса сдалась.

- Ладно. Если ты так торопишься на тот свет, пошли. Только должна тебя предупредить. Если мне придется вступить с Кеннетом в поединок, держись от меня подальше. Помни о том, что я говорила Ирме…

- А, о той полусфере?

- Я так и знала, что ты нас подслушивала!

- Мы проникли в дом, - напомнила Линн. - Дальше?

- Мы должны тихо прокрасться по коридорам, желательно ни на кого не наткнувшись, и найти спальню Кеннета. Скорее всего, она на втором этаже. Поэтому плутать по первому нет смысла. Если мы сразу не наткнемся на боковую лестницу, поднимаемся по первой попавшейся. Особняк большой, и, чувствую, искать придется долго… Интересно, в каком крыле дома его комнаты? Надо будет проверять каждую.

- А ты не можешь попытаться найти его по ауре?

- Ну да, еще предложи при этом поздороваться.

- Я просто спросила.

- Хватит болтовни. Больше мы ничего не придумаем. Если что, будем действовать по обстоятельствам.

Они поднялись, отряхивая с плащей влажную от росы траву.

- И еще одно, - сказала Лорисса. - Мы будем пробираться по дому в полной темноте. Я не хочу зажигать свет, потому что тогда, войдя в темную комнату, мы окажемся ослепленными и потеряем преимущество во времени.

Колдунья вынула из седельной сумки длинный кинжал с узким лезвием и прикрепила его к поясу.

Покинув рощицу, они направились к дому, стараясь быть как можно более незаметными, и затаились в зарослях жасмина. От въедливого запаха Линн едва не расчихалась. Только после того, как все огни в окнах погасли, путешественницы покинули свое убежище и осторожно принялись искать черный ход. Лорисса пошла вдоль каменной стены дома, Линн неотступно следовала за ней. Через несколько минут колдунья ощутила под пальцами гладкую деревянную поверхность. Нащупав ручку, она приоткрыла оказавшуюся незапертой дверь.

Войдя, они очутились в узком проходе и на всякий случай побыстрее его проскочили. Каблуки обеих женщин гулко простучали по каменному полу. Лорисса резко остановилась, огляделась и, увидев маленькую дверь сбоку, шепнула Линн:

- Снимай ботинки. Мы производим слишком много шума.

В крошечной каморке, заваленной непонятным хламом - разглядывать не было ни желания, ни времени, - путешественницы оставили обувь и, немного подумав, плащи. Им повезло. Лестница на второй этаж нашлась прямо за поворотом. Бесшумно поднявшись, они оказались в широком коридоре. Справа, из высоких стрельчатых окон, лился сумрачный свет. Слева располагался ряд совершенно одинаковых дверей. Лорисса осторожно попыталась открыть одну из них, но безуспешно. Дальнейшие попытки тоже не дали результатов. Колдунья поняла, что они попали в нежилое крыло, и им придется пересечь центральную часть дома, рискуя попасться кому-нибудь на глаза. Но выхода у женщин не было. Поманив за собой Линн, Лорисса прошла весь коридор и завернула за угол, обнаружив себя на своего рода балконе, протянувшемся над холлом первого этажа. Вокруг не было ни одной живой души. Подавив нервную дрожь, колдунья схватила Линн за руку и буквально протащила ее до входа в противоположное крыло дома. Толкнув первую дверь, Лорисса окунулась в непроглядную тьму и поняла, что окна здесь закрыты ставнями. Она решила рискнуть и быстро просканировала помещение. Комната несомненно была пуста, но колдунья уловила присутствие мощной магической ауры за стеной. Кажется, ее поиски окончены.

Линн увидела, как Лорисса, появившись на пороге, решительно сжала рукоять кинжала и шагнула к соседней двери. Секунду поколебавшись, она нажала на ручку и вошла. Линн последовала за ней.

В темноте раздался сухой щелчок.

Кеннет почувствовал рядом всплеск энергии.

- Она уже здесь, - одними губами прошептал он.

Дверь повернулась на петлях. В комнату скользнули две женские фигуры. Кеннет щелкнул пальцами, зажигая свечи, и тут же обнаружил, что временно ослеп. Сквозь плавающие перед глазами радужные пятна он с трудом разглядел, как одна женщина толкнула вторую вбок и бросилась в угол.

Лорисса заняла оборонительную позицию, уже понимая, что ее переиграли и остается только защищаться, покуда возможно. Обретя зрение, она зацепилась взглядом за лицо Кеннета и, собрав всю доступную энергию, вложила ее в атакующее заклинание. В следующее мгновение она увидела веер искр, разлетающийся от невидимой преграды, и почувствовала, как чужая воля обволакивает ее, оставляя возможность только дышать.