Уроки жизни - Санечкина Ольга - Страница 80

- Может быть. Я даже не знаю. В любом случае, какой бы по счету это Василий не был, надо его спасать. А я даже не представляю как. Ты прости, что я тебя так загрузила. Ты чего звонишь то? Мог бы и зайти.

- У тебя, наверняка, полно народу, а я же знаю, что ты не очень любишь афишировать наши отношения. Вот я и решил позвонить. Вопроса у меня два. Первый: как ты себя чувствуешь? Мне как-то очень не нравится, что ты вчера умирала у меня на руках, а я не имел даже возможности побыть с тобой ночью. Твой Ангел, буквально, вытолкал меня за дверь. И второй: когда я смогу увидеть тебя?

- Честное слово я не знаю. Только не говори, что ты скучаешь.

- Я не знаю, как называется, то что я испытываю, но мне тебя очень не хватает. Я ни на чем не могу сосредоточиться. Все время всплывают мысли о тебе. - Ксении стало немного стыдно, потому что она о Майкле почти не вспоминала.

- Надо же, не ожидала от тебя такого всплеска эмоций.

- Я сам не ожидал. Но это новые для меня ощущения и они очень интересные.

- Манера архангелов колупаться во всем новеньком с усердием маньяков, немного раздражает меня. - проворчала Ксения. - Лучше бы пообщался с Ферзем на предмет Ламии. Что-то они совсем мышей не ловят.

- Хорошо. Как прикажешь, о повелительница похоронных бюро. Только помни, что я это делаю, только для того, чтобы ты поскорее освободилась от своих забот и встретилась со мной.

- Майкл, извини, но ты не забыл, что мы…

- Расстались? Точнее, что ты меня бросила? Нет, конечно. Считай, что мне просто нравится изучать роль отверженного любовника.

- Ты мазохист. - усмехнулась Ксения. Чем ей всегда нравился Майкл, это умением поднять ей настроение даже в самой поганой ситуации.

- Возможно. Ладно, душа моя, побегу пообщаюсь с Ферзем. Целую.

- Я тебя тоже. - Ксения положила трубку и задумалась над тем, что ей сказал Михаил. Действительно было совершенно не ясно, сколько всего Василиев бродит по свету, как их различать, и как понять кто из них ее Василий. Ксения пыталась проанализировать свое состояние, но прийти к однозначному выводу не могла. Она давно перестала чувствовать себя ответственной за весь мир. Да и понимание того, что она не всемогуща тоже пришло. После истории с Сатаной присутствовала некая эйфория. "Если я справилась с самым большим злом на Земле, то что мне может быть страшно?" - эта мысль постоянно болталась где-то на задворках разума. Но на каждую букашку найдется букашка покрупнее. В какой то момент, Ксения подумала, что она потеряла ритм. Потеряла ритм борьбы. Она понимала, что пока она сидит здесь в кресле и ждет прихода Геры, в мире умирают тысячи людей, гибнут эфиры. А она сидит и бездействует. И даже не пытается придумать альтернативный план. А если не сработает запланированная схема, что они будут делать дальше? Есть ли у них план "Б"? Ксения подняла голову и поняла, что ее друзья уже несколько минут терпеливо ждут, когда она выйдет из себя. Ангел сидел и, как обычно когда нервничал, играл своим револьвером. Ася сидела просто откинув голову на спинку дивана и отдыхала, закрыв глаза. Василий, похоже, прибывал в такой же задумчивости, как и сама Ксения. Поняв, что из друзей она выжала уже все, что смогла, Хранительница решила воспользоваться советом Ангела и поговорить с Алай Хотун. Попросив, позвать ее как только появится Гера, она ушла в свой кабинет, села в кожаное кресло, которое было будто создано для нее, и окунулась в мир ведьминого камня.

На море сильно штормило. Ее трон стоял непоколебим, хотя огромные волны захлестывали его сверху. Сегодня Ксения видела, почему дерево так хорошо отполировано. Волны одна за другой обрушивались на трон и оставалось только удивляться, что его не уносит в море. Ксения смотрела на трон с непривычной для нее точки. Со спины он был похож на очень большой стул с высокой спинкой. Ксения подошла ближе и провела рукой по шелковистой древесине. Уже знакомое чувство приятного покалывания радостно отозвалось в кончиках ее пальцев. Проводя рукой по трону, Ксения обошла его по кругу. Когда первая волна беснующегося моря накрыла ее с головой, она только по крепче ухватилась за трон. Только когда волна схлынула, Ксения пришла в себя. Мощь моря это не шутки. На короткое мгновение ей показалось, что трон не удержит и ее смоет. Но уже в следующий миг она поняла, что никакая сила не сможет разомкнуть эту связку. Хранительница Путей - Трон. Она рождена Хранительницей. И она останется ею чтобы не случилось. Ксения молча села на трон. Без страха, без сомнений. Море просто взбесилось. Волны одна за другой набрасывались на трон. Но Ксения даже не чувствовала этого. Ей казалось, что она находится за каменной стеной. Ее не коснулась ни одна капля. Но все это ее мало волновало. Ибо Ксению полностью поглотило необыкновенное чувство силы. Она точно знала, что теперь ей все по плечу. И ничто и никто не сможет нарушить ее волю. Это чувство затягивало ее и одновременно распирало изнутри. Почувствовав чувство дискомфорта Ксения вскочила с трона и отбежала за него, подальше от волн. И тут же обессилено упала на песок. То что мгновение назад казалось наполняло ее силой, высосало из нее все обратно. С трудом восстановив дыхание, Ксения села, обхватила руками колени и уставилась на море пустыми глазами, из которых медленно текли слезы. С ней рядом на песок села Алай Хотун. Она как всегда появилась буквально из неоткуда. Она мягко гладила Ксению рукой по голове.

- Здравствуй Алай, - голос Ксении был сиплым будто бы она орала песни трое суток подряд.

- Здравствуй, детка. Ты не важно выглядишь. - участие в голосе, сладким медом обволакивало растревоженную душу Ксении.

- Мне опять досталось на орехи, - вздохнув ответила Ксения, не сумев при этом избежать улыбки. - Почему мне все время достаются проблемы вселенского масштаба? Такое ощущение, что кто-то специально сидит и выдумывает: чем бы еще, таким пострашнее, загрузить Ксению? А то, что-то она заскучала.

- Детка, твой эмоциональный настрой не радует меня. Тебе бы отдохнуть.

- А когда мне отдыхать? Если гибнут люди? Я и так почти ничего не делаю.

- Ты не права и отлично это знаешь. - Ксения не стала признавать это вслух, хотя очень хотелось.