Слабо не влюбиться? (СИ) - Никандрова Татьяна Юрьевна - Страница 74

– Тём, ну ты чего? Здесь твои родители! – отталкиваю его, хотя саму, если честно, ведет от возбуждения. Как пьяную, ей-богу.

– Ну и что? – он снова превращается в озорного мальчишку. – Слабо по-тихому?

– Дурак, – смеюсь уже в голос. – Какой же дурак, Соколов!

– Мы с тобой любим друг друга! Нам можно! Ты же любишь меня? М-м, малая? – подозрительно приподнимает бровь.

– Ну…

– Вася! – принимается меня щекотать, и мои смех переходит в откровенное ржание. – А ну, признавайся! Сейчас же!

– Прекрати! Тём, ну пожалуйста! – уворачиваюсь от его вездесущих рук. – У меня уже живот болит!

– Правду говори, засранка, – продолжает истязать меня щекоткой. – А иначе пощады не жди!

– Люблю! Люблю! – выкрикиваю из последних сил, и Соколов тут же унимается.

Смотрит на меня с таким счастливым видом, будто миллион долларов в лотерею выиграл.

– Ты бы знала, как меня прет от твоих признаний, – снова устраивается рядом и притягивает к себе, зарываясь носом в волосы. – Говори мне об этом почаще, малая. И я буду самым счастливым человеком на свете.

___

Друзья! Непосредственно перед сладким эпилогом иноформирую вас, что книга "Слабо не влюбиться?" вышла в бумаге в издательстве АСТ. Ее можно приобрести во всех книжных магазинах и на маркетплейсах. Достаточно ввести в поиск мою фамилию и название книги

Эпилог. Лето 2024

Ветер гудит в ушах, и волосы, выбиваясь из хвоста, хлещут по лицу. Адреналин кипит в венах, и меня даже слегка подташнивает от страха. Перед глазами – огромное поле и небольшой самолет, к которому мы движемся. Артём с инструктором идут уверенно, ну а я – на трясущихся ногах.

Сегодня мне предстоит первый раз в жизни прыгнуть с парашютом, и по этому поводу я испытываю смесь самых противоречивых эмоций. И боюсь, и паникую, и радуюсь. Вообще я не планировала вытворять ничего подобного, но Соколов уговорил. Он-то великий ценитель экстремальных развлечений. Его хлебом не корми – дай откуда-нибудь сигануть.

Разумеется, поначалу я сопротивлялась. Отнекивалась как могла, но потом Артём взял меня на слабо, и тогда я… Ну вы сами понимаете. Как обычно, повелась. Поэтому теперь, дрожа как осиновый лист, вышагиваю к самолету, который вознесет меня ввысь.

Залезаем внутрь, и железная махина набирает высоту. Турбулентность здесь знатная. Боингам, как говорится, и не снилось. Напрягаюсь всем телом и в ужасе припадаю к окну, наблюдая, как мы улетаем все дальше и дальше от земли.

– Как ты, Вась? – наклоняясь ко мне, кричит Артём.

Жестом показываю, что так себе. Чем ближе момент прыжка, тем меньше я уверена в своих силах.

– Расслабься, все будет хорошо, – гладит меня по волосам и запечатлеет смачный поцелуй на губах. – Я тебе обещаю.

Сам Соколов выглядит расслабленным и веселым. На красивых губах играет непринужденная улыбка, движения тела неторопливы и плавны. Он совершенно точно не нервничает и чувствует себя в своей тарелке.

Залюбовавшись им, я на какое-то время забываю о страхе. Просто залипаю на его необыкновенной чарующей мимике. Бурно жестикулируя, он обсуждает что-то с инструктором. Смеется, обнажая ровные белые зубы. Качает головой и проходит рукой по светлым вьющимся волосам.

Надо же, прошло столько лет, а я по-прежнему считаю Соколова самым привлекательным мужчиной на свете. При взгляде на него по коже до сих пор бегут мурашки, а сердце, разгоняясь, выпрыгивает из груди.

Мы встречаемся уже целый год, а я все еще не насытилась. Мне все еще мало, будто мы только-только воссоединились. Быть девушкой Соколова несравненно круче, чем просто подругой, ведь теперь он безраздельно принадлежит мне. Посвящает в свои планы, делится мечтами, занимается любовью. Спит в одной кровати, в конце концов. Возможно, я собственница, но осознание того, что любимый мужчина по-настоящему мой, невероятно греет душу.

Первые два месяца отношений мы жили на расстоянии. Артём в Москве, а я в родном городе. Я понимала, что мой переезд в столицу неизбежен, но все же предпочла не спешить. Нашла нормальную работу, сняла жилье. Правда, обустроиться в съемной студии у меня так и не вышло. Артём и слышать не желал о том, чтобы, находясь в одном городе, мы жили порознь. Помнится, он заявился ко мне квартиру, схватил меня в охапку, закинул на плечо и унес к себе. Прямо как варвар, представляете? После этого я вернулась в студию лишь однажды – за вещами. Чтобы окончательно обосноваться у Соколова.

– Пора, – объявляет инструктор, обращаясь ко мне.

Вынырнув из мыслей, поднимаюсь на ноги. Он прикрепляет меня к себе и подталкивает к краю. Прямо к распахнутой двери самолета, который нарезает круги в воздухе.

Шлем и очки уже на мне. Я чувствую, что до момента X осталось всего-ничего, и страх с утроенной мощью баламутит кровь. Поворачиваю голову и кидаю взгляд на Соколова, который тоже готовится к прыжку. В последнюю секунду успеваю нырнуть в родную синеву любимых глаз, а дальше меня засасывает неизвестность.

Неописуемый восторг. Возбуждение, граничащее с эйфорией.

Хватаю ртом воздух и расширяю глаза. Я думала, что буду кричать, но на крик попросту нет сил. Я захлебываюсь чувствами. Они переполняют меня, изливаются через край.

Смотрю на землю и вижу под собой бесконечный зеленый простор. В эту самую секунду я ощущаю себя частью могущественной воздушной стихии, и парализующий страх отступает.

Едва я успеваю привыкнуть к происходящему, как прямо перед моими глазами возникает парящий Соколов. Он хватает меня за широко разведенные по сторонам руки, и какое-то время мы с ним летим вниз, глядя друг другу в глаза.

Если бы мне вдруг сказали, что в мире есть нечто более острое, более волшебное и изумительное, чем этот миг, я бы не поверила. Ведь то, что я испытываю сейчас, запредельно.

Артём отпускает мои руки, отлетая на небольшое расстояние, и инструктор, находящийся за моей спиной, скрещивает их у меня на груди. Дальше – быстрый рывок, и парашют наконец раскрывается. Мы теряем набранную скорость, и теперь уже лавируем в потоках воздуха.

Рассматриваю распростертую под нами даль и неожиданно замечаю на земле огромное белое пятно, которого, если мне не изменяет память, во время нашего отлета не было. Вглядываюсь в инородный объект, который постепенно становится все четче и вдруг пораженно ахаю.

«Выходи за меня, малая», – написано на огромном светлом баннере, растянутом на земле.

Глаза – вон из орбит.

Душа – в пляс.

Голос – в визг.

Да, я действительно визжу. Парю над землей и изливаюсь ликующим криком. Наверное, все подумают, что я сумасшедшая. Ну и пусть. Сейчас это действительно так.

Приземление проходит довольно мягко. Гораздо мягче, чем я рассчитывала. А, может, я просто потеряла физическую чувствительность на фоне опьяняющей радости. Думаю, даже если мне сейчас прилетит дубинкой по голове, я все равно буду улыбаться во всю ширину рта и пританцовывать на месте от нетерпения.

Соколов приземляется в метрах ста от нас, и я, едва отцепившись от инструктора, устремляюсь к нему. Сначала быстрым шагом, а потом и вовсе бегом. Он отстегивает парашют, снимает шлем и, по привычке взлохмачивая волосы, направляется мне навстречу. Смотрит на меня с азартом и любопытством. По лицу вижу – ему нравится моя бурная реакция.

Мы несемся друг к другу, не разрывая зрительного контакта, и со стороны это наверняка напоминает сентиментальную сцену из фильма. Нас разделяют уже считанные метры, и ожидание становится невыносимым. Секунда до объятий растягивается в вечность, а потом….

Потом наступает блаженство. Безмерное и абсолютное.

– Да, да, да!!! Я согласна!!! – верещу я, до одури зацеловывая Артёма.

Он смеется, целует меня в ответ, а потом наконец выдает: