Все, чего он хочет (СИ) - Торн Оливия - Страница 5

— Нет, конечно нет. Но «нет» ты бы не сказала.

— Ой, потому что ты ооочень неотразим, — сказала я насмешливо.

Его бровь поднялась выше, и он беззвучно усмехнулся.

Я начала краснеть.

— Хорошо, — отрезала я. — Ладно, так и есть.

Он засмеялся, прижал меня к себе и поцеловал меня нежно и глубоко.

Ооооо…

Так намного лучше.

Пока он не отстранился и не сказал:

— Я довольно неотразим…

Затем он просто рассмеялся, когда я несколько раз шлепнула его.

Когда я закипела, он обнял меня и погладил по руке.

— Я имел в виду, что, когда я к что-то решаю, не позволяю ничему стоять у меня на пути. А я был полон решимости получить тебя прямо сейчас, неважно где.

Во мне поднялся жар.

Я хотела прикоснуться к нему, поцеловать его, утащить в спальню — но остановила себя.

Сейчас было действительно неподходящее время.

— Так почему бы тебе просто не подумать, что ты способен победить Миранду и своих родителей?

Он помолчал несколько секунд. Затем, наконец, сказал:

— Потому что это противоречит чему-то еще, чего я хочу.

— Чему..?

— Чтобы ты была в безопасности.

Я чуть не заплакала, когда он это сказал.

Но потом я отстранилась и посмотрела ему прямо в глаза.

— Я не хочу, чтобы ты об этом беспокоился. Происходящее важнее меня.

— Ты говоришь, что сейчас…

Он замолчал.

Невысказанный конец этого предложения напугал меня, поэтому я откинулась на Коннора спиной, и он обнял меня.

Больше мы ничего не говорили, пока Джонни, наконец, не вернулся.

7

Дверь пентхауса открылась и ворвался Себастьян.

— Боже мой, я уехал из Лос-Анджелеса, думая, что иду на вечеринку, а в итоге приехал на похороны.

Он оказался не таким, каким я его представляла. Не знаю, чего именно я ждала — Стэнфорда из «Секса в большом городе»? Джека из «Уилл и Грейс»?

Я определенно не ожидала, что парень ростом шесть футов пять дюймов с непослушной копной платиновых светлых волос, которые выглядели так, будто в салоне красоты тратили два часа, чтобы заставить его выглядеть так, будто он только что скатился с кровати. На нем были дорогие синие джинсы, итальянские лоферы из замши, бледно-лиловая футболка под спортивной курткой и красивый шелковый шарф, небрежно завязанный на шее.

Я просто таращилась на него. Голос точно принадлежал Себастьяну… но он просто не вязался с его обладателем. Как неловко.

Коннор мрачно улыбнулся своему помощнику.

— Спасибо, что приехал.

— Помнишь, что я тебе сказал? Еду в отпуск, и все развалится.

Затем глаза Себастьяна переместились на меня, и он изобразил волнение, хлопнув в ладоши.

— Ооо, даааа, наша собственная маленькая Вавилонская блудница!

— Эй, — рявкнула я, не в настроении и не в восторге от слова «блудница», которое так небрежно бросали все вокруг, особенно в отношении меня.

— Ты здесь, чтобы сделать жизнь лучше, — предупредил его Коннор, — а не хуже.

— Ой, извините, у меня создалось впечатление, что именно так Миранда планирует изображать ее в новостях, в Интернете и в детских субботних утренних телешоу. Я ошибаюсь?

— Ты уже знаешь — спросила я, во мне поднялся ужас. Мне показалось, что в этот самый момент по радио передают новости, что он слышал их по дороге сюда…

— Джонни уже кратко проинформировал меня, — сказал Себастьян.

Я немного расслабилась, зная, что Миранда еще не разрушила мою репутацию.

«Пока» — ключевое слово.

Что меня немного напугало, так это то, насколько я была напугана, когда думала, что это уже началось.

Себастьян снова повернулся к открытой двери.

— Где Джонни? У него мои вещи. Мне нужно кое с кем встретиться, прежде чем мы полностью перейдем к делу. А, вот и они.

Кто-то еще вошел в пентхаус.

«Хавьер», — предположила я.

Опять же, не такой, каким я его себе представляла.

Из предыдущих комментариев Себастьяна — «я пью Май Тай у самого восхитительного бассейна с самым красивым мужчиной в Калифорнии» — я ожидала молодого Антонио Бандераса. И, учитывая, каким горячим был Себастьян.

Не настолько.

Хавьер был невысокого роста — намного ниже Себастьяна, вероятно, около 5 футов 5 дюймов. Его кожа была не слишком темной. Он был одет только в облегающую черную футболку, черные классические брюки и шикарные черные туфли. У него была безупречно подстриженная бородка, а его длинные волосы были зачесаны назад и собраны в короткий хвост. У него были большие мягкие карие глаза и дружелюбная улыбка. В каждой руке он держал по тяжелой сумке, демонстрируя мускулы, достойные спортзала. Он был симпатичен самым обычным образом, но определенно не был «самым красивым человеком в Калифорнии».

Он мне сразу понравился.

И еще больше мне понравился Себастьян за то, что ему понравился Хавьер — особенно когда я увидела выражение его глаз. Он был явно влюблен.

Так мило.

— Хавьер, это мой босс, чью глупую задницу я пришел спасти, — сказал Себастьян, указывая на нас на диване.

Коннор бросил презрительный взгляд на Себастьяна, вставая с дивана и протягивая руку.

Хавьер бросил свои сумки, наклонился и пожал Коннору руку.

— Очень приятно познакомиться, — сказал он мягким голосом с легким намеком на латиноамериканский акцент.

— Взаимно. Извините, что помешал вашему отпуску.

Хавьер улыбнулся.

— Все нормально. Себастьян очень заботится о вас.

— Действительно? — Коннор ухмыльнулся. — Вы должны сказать ему, чтобы он продемонстрировал это в менее оскорбительной манере.

— Боюсь, это невозможно, — пожал плечами Хавьер.

— Простите, но я все еще здесь, — фыркнул Себастьян. — Достаточно. А ты, — сказал он, постукивая по носу Хавьера, — раскрывающий все мои секреты…

Джонни вошел не только с гигантскими сумками в каждой руке, но и меньшими по размеру под мышками.

— Блин, Себастьян, сколько дерьма ты привез?

— Ой, замолчи. Хавьер, это Лили. Она причина всех наших текущих проблем.

— Себастьян, — предупредил Коннор.

— Ой, я забыл, не Лили, а твой член, — сказал Себастьян, как будто внезапно вспомнив. — И твоя неспособность держать его в штанах последние несколько дней. Восемь месяцев я умолял тебя им воспользоваться, но не вытаскивать же публично…

— СЕБАСТЬЯН, — отрезал Коннор.

— Извини, во мне говорит Май Тай, — сказал Себастьян, нисколько не сожалея.

Я улыбалась от уха до уха, поднимаясь с дивана. Несмотря на резкость Себастьяна по отношению ко мне, было приятно видеть, что Коннора время от времени воспитывают.

Не говоря уже о новости, что он восемь месяцев не спал ни с кем, кроме меня.

Это было приятно слышать.

Хавьер наклонился и пожал мне руку.

— Не волнуйся, Бастиан злится только на тех, кого любит, — прошептал он.

«Бастиан»… как мило!

— Значит, на тебя он тоже злится? — прошептала я в ответ.

— Нет, потому что я люблю ЕГО, — громко объявил Себастьян, затем поднес руку ко рту. — Боже мой, слишком много Май Тай.

Хавьер усмехнулся, подмигнув мне.

— Однажды он точно разозлится. Когда устанет от меня.

— Подобное никогда не случится. Но… мне неприятно тебя об этом просить… — Себастьян поморщился. — … Не мог бы ты немного погулять? Мы должны обсудить некоторые довольно щекотливые вещи…

— Ничего страшного, — улыбнулся Хавьер и повернулся ко мне и Коннору. — Было очень приятно познакомиться. Джонни, с тобой тоже.

Джонни пожал ему руку, а мы с Коннором попрощались.

— Я позвоню тебе, когда мы закончим, — сказал Себастьян, провожая его до двери, затем ему пришлось наклониться, чтобы быстро чмокнуть его в губы, прежде чем Хавьер тихонько выскользнул из пентхауса.

Себастьян закрыл дверь, и внезапно он полностью занялся делом.

— Хорошо, рассказывайте, что именно сказала эта сука.