Заброшенный сад Персефоны (СИ) - Нимченко Анатолий Олегович - Страница 119

Девушка же присела на корточки у самой кромки воды и любовалась бликами. Затем опустила в воду ладонь.

— Теплая… — проговорила Кэй и вздохнула. — Искупаться бы.

Кир подумал о том же. Он огляделся и заметил справа крохотную лагуну.

— Пойдем, посмотрим. Если там глубина достаточная, то можно искупаться, не опасаясь нападения каких-нибудь тварей.

Песчаная коса практически полностью отрезала лагуну от моря. Кир подыскал длинную палку и измерил глубину. Тут было примерно два метра. В чистейшей воде сновали мелкие рыбешки. На дне виднелись песок и разновеликие камешки. Спрятаться на дне было негде, снаружи незамеченным проникнуть в лагуну никто не сможет. В общем, ничего опасного.

И все же Кир колебался. Он смотрел то в воду, то на Кэй, не решаясь дать ей добро на купание. Но у девушки был такой несчастный вид, что Кир не выдержал.

— Ладно, ныряй, но только быстро!

— Спасибо! Только вы отвернитесь!

Мужчины отошли подальше. Кир побаивался оставлять девушку одну, но, чтобы ее не смущать, глядел на отражение происходящего в полированной накладке сейсмоскана. Но даже нечеткая картина заставляла сердце биться сильнее, и Кир время от времени начинал рассматривать окрестности. Захар же уселся на песок и, казалось, разглядывал склон.

— Слышь, Кир, а ведь птиц тут нету! — внезапно сообщил он.

— Что? — вздрогнул Кир. — А, птицы… Так что с ними?

— Нету их, вот что, — ворчливо повторил Захар. — Сам гляди, коли не веришь.

И правда, сколько ни вглядывался Кир в небо, но так и не увидел ни единой птахи. Как такое могло быть и почему раньше не заметили?

Небо этого мира было пустым, безжизненным. Кир припомнил, что на глиссере не обнаружилось ни одной чаячьей «метки», а ведь экраны тут были давным-давно отключены. Наверное, нишу птиц заменили другие существа.

Так как любое серьезное нарушение равновесия в природе зачастую приводит к катастрофическим последствиям, будущим ОЗшникам преподают прикладную биоматематику. Кир попытался хотя бы примерно понять, какими существами занята ниша птиц, но данных было слишком мало. Но коль скоро система устойчива, то наверняка кто-то есть. Равновесие может достигаться разными путями.

В студенческие годы Кир работал над курсовиком о последствиях, которые возникнут, если вдруг в конкретном биотопе исчезнет один из видов жука-плавунца. Ну и требовалось посчитать, как все это безобразие исправить. По прикидкам, раскачка системы все же имела затухающий характер. Биоценоз довольно быстро стабилизировался, и до глобального апокалипсиса дело не дошло, но на ближайшую пару веков местечко стало несколько менее пригодным для жизни людей. Выводы оказались правильными, а вот точки и варианты воздействия, позволявшие изменить ситуацию и повернуть процесс вспять, Кир тогда просчитал довольно небрежно, а потому схлопотал за курсовик трояк. В его работе воздействия не слишком благотворно влияли на биоценоз, а потому приносили результаты через гораздо больший срок, нежели естественное затухание нестабильности. Кир тогда насчитал целое громоздкое производство.

Интересно, что тут вдруг обнаружился некий Завод. Забавное такое совпадение. Еще бы узнать, участвует ли здешний промгигант в поддержании экологического баланса. Интуиция говорила Киру — да, участвует. Органика, роботы…

— Я все! — крикнула Кэй.

Кир обернулся. Девушка улыбалась. И не просто улыбалась, а светилась и чуть не парила над пляжем. Кир даже невольно взглянул на песок чтобы убедиться в наличии следов. Счастливая Кэй тряхнула мокрыми волосами.

— Отличная вода! Идите искупайтесь.

— Пойдем сперва в лес сходим, а сполоснемся перед тем, как отправимся к глиссеру, — предложил Кир и обернулся к Захару. — Ты как?

— Я? Да чего уж. Сделал дело, как говорится…

Тропинка, петлявшая меж деревьев, вывела людей к заброшенному дому. Что интересно, даже оплетенный лианами, с пустыми оконными проемами и покосившейся крышей, он все равно выглядел довольно уютным. Даже нет, по-родному. Это цеха Завода были чужеродными, созданными машинами для машин, а этот дом когда-то строили люди. И теперь казалось, что он радуется возвращению хозяев.

Кир встал в дверях, держа на изготовку сейсмоскан. Захар с ракетницей в руке заглянул в окно. Однако внутри ничего опаснее растений не было, и люди вошли.

Жизнь потрудилась тут на славу: лианы свисали с балок, какой-то лишайник примостился в тенистом углу, а у стены образовался целый холм в рост человека, заросший травой.

— Очень похоже на заброшенный муравейник, — прокомментировала Кэй, указывая на холм. — Вот только муравьев я в этих краях не видела.

Кир не ответил, только кивнул, соглашаясь с выводами девушки. Он рассматривал детали самой постройки, пытаясь отыскать, что могло бы поведать о строителях. Захар же бродил по дому с видом грибника. Время от времени он останавливался, чтобы рассмотреть какие-нибудь предметы.

Кэй подняла металлический стул, уселась рядом с дверью на освещенное солнцем место и просто наслаждалась теплом. Выглядела она фантастически: солнечные лучи словно укутали девушку тоненькой золотой вуалью. Казалось, что светится сама Кэй. И вроде бы даже ветерок, весело носившийся по дому и чем-то скрипевший, боялся коснуться ее волос. Время от времени Кир украдкой поглядывал на девушку, и сердце его теплело.

— Хорошее место, — со вздохом проговорил Захар. — Только скрип этот…

Кир, доселе не обращавший внимания на звуки, прислушался.

— Это сигнал, а не скрип, — сказал он через секунду. — Сигнал системы оповещения. Откуда только он тут…

Парень двинулся по периметру комнаты, старательно прислушиваясь к звуку.

Сигнал звучал отчетливей всего рядом с холмом. Кир остановился и раздвинул растительность, скрывавшую «муравейник».

— Наблюдательный пост темпорологов! — радостно сообщил парень и осекся: на пульте лежали кости руки, с пристегнутым к запястью браслету.

Время от времени внутри браслета вспыхивали цветные огоньки запросов системы, отчего казалось, что рука мертвеца все еще управляет машиной.

Захар отпрыгнул и перекрестился.

— Чур меня!

Подбежала встревоженная Кэй, увидела кости и помрачнела.

— Захар, нож дай, пожалуйста, — попросил Кир.

— На, — протянул тот тесак рукояткой вперед.

— Кэй, отойди. Сейчас я немножко подстригу этот газон, и мы… все отыщем.

Каждый взмах освобождал кусок пульта. Из-под наслоений появлялся тускло блестящий металл. Вот только костей больше не обнаружилось.

— Давно их тут бросили… — сказал парень, когда работа была закончена.

— Кого? — спросила Кэй.

— Оператора и пульт. Машина все еще включена, от человека осталась только рука. Он умер на посту.

— Наверное, зверье боялось браслета управления, — предположила Кэй.

— Наверное… — согласился Кир печально. — Надо бы похоронить останки…

Он бережно приподнял кости и снял браслет, чем активировал панель управления. Включился экран. По нему поползли столбики цифр.

Люди вышли из дома. Кир отнес руку к небольшому холмику. Захар, орудуя тесаком как лопатой, выкопал небольшую могилу, и кости были преданы земле. У Кэй на глазах навернулись слезы. Постояв так с минуту, люди вернулись в дом.

Кир взял браслет в руку и осторожно погладил его поверхность. Столбики цифр на экране исчезли, и возникло изображение планера. Машина заходила на посадку, но вдруг заколебалась и исчезла, словно угодила в разрыв. Кэй вздрогнула.

— Прямое попадание?

Но через несколько секунд в нескольких метрах от места исчезновения планер возник снова. Было видно, что машина полностью потеряла управление: она падала.

Кир покачал головой.

— Больше похоже на сдвиг.

— Этого еще не хватало! Вот, смотри!

Кэй показала на появившуюся в месте падения планера воронку. Черный провал походил на раскрытую пасть, поджидавшую добычу. Маленький серебристый диск падал прямо в центр бездонной тьмы. Миг — и все было кончено, Время поглотило аппарат. Все произошло тихо, однако Кэй чудилось, что она слышит довольное чавканье.