Заброшенный сад Персефоны (СИ) - Нимченко Анатолий Олегович - Страница 94

— Удачи!

Но пожелание не достигло цели — Вадим исчез за дверью. Виктор понял, что Пинцета устранили не просто так и что через час он не вернется совершенно точно. Главе медлаба ОЗ не сочли нужным сообщить о подробностях программы. И правильно сделали, наверное: перво-наперво, врач обязан спасать от смерти пациента. А Вадим в состоянии понять общие принципы работы программы и вряд ли допустит ее к использованию. К моменту же возвращения ничего переделать уже будет нельзя. В этом Виктор был абсолютно уверен.

Разумеется, Пинцет не успел. Через час завершилось сканирование и началось самое главное. Что интересно, процедура не взволновала инспектора, а ведь она напрямую относилась к его времени жизни. Наверное, во всем повинны рутинные приготовления, ну и настрой играл немаловажную роль.

Вся операция по установке «бомбы» продлилась минут пятнадцать. Из них две трети времени ушло на «притирку». Чуть не высунув язык, Азик старательно «знакомил» ботов друг с другом. Затем тщательно просмотрел графики и с видимым облегчением активировал программу.

— Контрольные точки совпали, — с важным видом сообщил он.

Виктор улыбнулся.

— Спасибо, доктор!

Ему хотелось сделать Азику приятное.

— Когда вернетесь — зайдите. Я деактивирую дополнительных ботов. Мне кажется, они лишние.

Виктора на миг даже смутила нелепость приглашения: пересечься с Азиком уже никак не получится при любом исходе. А потом вспомнилось, что тот ведь не в курсе. Пришлось отшутиться.

— Конечно! Куда ж я с таким грузом на пляж? Так и утонуть недолго.

Доселе серьезный и несколько сумрачный Азик рассмеялся так легко и радостно, что Виктор не мог не улыбнуться в ответ.

— Нет, инспектор, вы не утонете. Женщины не позволят. Эх, мне б такую фигуру…

Врач мечтательно прикрыл глаза и нарочито громко вздохнул.

— Все, процедура закончена. Прошу покинуть медлаб, пока я от зависти не высох.

Удивительно, как улыбка преображает людей. Азик теперь казался не суровым хранителем врачебных тайн, а вполне свойским парнем.

— Все, все, исчезаю, — в тон ему ответствовал Виктор, с деланным испугом пятясь двери. — До свидания!

— Удачи! — прозвучало вслед.

Но створки дверей уже закрывались, и Виктор предпочел не оборачиваться. Удача в том деле, которое предстоит… Эх, хорошо бы Азику повезло никогда с подобным не столкнуться.

У оружейников Виктора встретил сам Барин. Никто не знал, сколько лет этому кряжистому мужчине. Но даже координатор относился к нему с большим пиететом. Говорят, оружейник побывал когда-то в таких передрягах, что сведения о них до сих пор неведомы даже всезнайке Айку. В подобное верилось, правду сказать, с трудом, но кто знает… Жизненного опыта Барину уж точно не занимать. Во всяком случае, до сих пор проницательный и неторопливый оружейник ни разу не промахнулся с советом.

— Здорово, здорово! — сердечно поприветствовал Виктора Барин. — Я все думал: когда заглянешь-то?

— Здравствуйте, Аркадий Семенович! — слегка наклонил голову Виктор, пожимая руку оружейника. — Да я вроде бы уволился, темпорологом работал. И ведь не хотел обратно, но не смог удержаться.

— Я бы сильно удивился, не вернись ты в ОЗ, — усмехнулся Барин. — Ладно, проходи, садись. Сейчас тебе принесу все что понадобится.

— Ага, спасибо! Только я уже у Николая Львовича насиделся. Можно я поброжу?

— Отчего ж нет? Можно, конечно.

Оружейник ушел подбирать снаряжение, а Виктор принялся рассматривать чудовищные образцы разнообразного вооружения, что лежали на стеллажах. Номинально все эти экспонаты числились за складом, но на самом деле представляли собой экспонаты коллекции Барина. Некоторые штуковины было непонятно за что и брать, не говоря уже про то, откуда, как и чем они стреляют. Неведомо сколько лет собиралась эта коллекция, но явно долго: полки были уставлены сверху донизу. Однако не все образцы годились для работы. Барин, говорят, консультировал археологов, а те ему присылали самые отборные экземпляры, найденные в раскопах.

Виктор так увлекся осмотром экспозиции, что не заметил, когда оружейник вернулся.

— Любуешься? Заканчивай. Будем тебя экипировать. Вот тебе самое первое, — Барин ткнул пальцем в лежащей на столе приличных размеров нож. — Прикинь-ка к руке.

Виктор поднял увесистый тесак. Ручка легла в ладонь как влитая.

— Клинок из нержавейки. В ручке — генератор, фонарик и сигнальный маячок. Надо вот тут надавить и повернуть. Ножны и пояс — вот. Все устройства — аналоговые, архаичные, но вполне работоспособные.

Виктор застегнул пояс и убрал нож в ножны. Тот еле заметно щелкнул.

— Замок электромагнитный. Пока не повернешь вот так, — Барин наклонил рукоятку и слегка повернул ее по часовой стрелке, — нож никуда не денется. Можешь усложнить процесс, но это лишнее, по-моему. Помешать может.

— Я ножом-то не очень умею орудовать, — признался Виктор.

— Никто не умеет толком. Разве что кроме меня. Но нужда припрет — научишься. Считай его продолжением руки, и все получится. Нож — вещь незаменимая! Он не требует батарей, зарядов, всегда готов к бою и в хозяйстве полезен. Резак, конечно, легче и острее, но т-поле — штука капризная.

Виктор попробовал вытащить и убрать нож. Алгоритм работы фиксатора и правда оказался вполне интуитивным. Да, вещь заметно тяжелее резака, однако тяжесть не казалась неприятной.

Оружейник кашлянул, привлекая внимание Виктора.

— Есть еще одна вещь, которая тебе пригодится. После некоторых событий она может показаться тебе неприятной, но ты постарайся понять…

На стол перед Виктором лег тот самый пистолет. Вполне рабочий образец оружия истребления из далекого прошлого. Смертоносный металл, сразивший Юлию.

— Вижу, что узнал.

Виктор взял пистолет, направил ствол в стену, оттянул верхнюю часть, отпустил, нажал на курок. Маслянисто щелкнул механизм.

— Узнал. Но почему не парализатор?

— Так ведь никто толком сказать не может, что происходит в воронке. Не было вернувшихся, чтоб знать наверняка. Вполне вероятно, что электроника может и разрушиться. А эта штука не содержит ни единого электронного элемента. Пойдем, надо подогнать рукоятку под твою руку.

— Но вроде бы я и так смог, — Виктору вдруг показалось, что он вновь ощущает противный запах сгоревшего пороха.

— Пойдем, — вздохнул Барин, показывая рукой на проход между стеллажами.

Там оказалась небольшая комнатка со столом, уставленным приборами, и единственным стулом. Барин забрал у Виктора пистолет, обернул рукоятку чем-то вроде ткани и протянул оружие обратно.

— Держи крепче, чтобы замеры точнее были.

Виктор послушно сжал рукоятку. Через несколько минут из раструба выехало два причудливо изогнутых куска пластика. Ловко орудуя отверткой, оружейник открутил старые накладки и установил новые.

— Попробуй!

Теперь, после доработок, Виктор и впрямь ощутил разницу. Пистолет словно бы прирос к руке. Даже неприязнь к оружию притупилась.

— Владей!

— Но он же… Он может и не вернуться обратно. Не жалко?

— Это, друг мой, не оригинал, а просто точная копия древнего армейского кольта из современных сплавов. Надежней и легче настоящего, не требует ухода. Настоящий для таких походов не годится. Да и патроны тут немного другие. На вот, держи обойму. Пробуй!

Виктор вогнал в рукоятку пенальчик, заполненный белесыми цилиндрами с закругленными наконечниками, оттянул затвор, прицелился в круг мишени и нажал спуск. Оглушительно грохнул выстрел, рукоятка сильно дернулась в ладони.

— Сожми крепче, этот локоть отведи немного. Вот так! Эту ногу ставь сюда, а эту здесь. Ступню разверни. Во-о-от! И спину держи, не забывай! Старайся не отклонять корпус, когда жмешь на курок, — приговаривал Барин, поправляя Виктору стойку.

— Вот как-то так. Стой, не шевелись. Сейчас надену тебе и себе наушники, и можешь стрелять.

Виктор прицелился и выстрелил. Он нажимал на курок еще и еще, пока не отстрелял всю обойму. Барин посмотрел на экран и покачал головой: