Хозяйка дома в «Гиблых Пределах» (СИ) - Нова Юлия - Страница 77

Я спешила, но понимала, что утром могу потерять его. Мне банально не хватит сил, чтобы вытащить его. Стоило быстрее всё сделать и идти спать, чтобы утром я была отдохнувшая и смогла поделиться силами.

Перед сном я отдала Алану всё, что оставалось у меня после этого тяжёлого дня. Он больше не просыпался, впал в забытьё, и я заставила себя лечь рядом, понимая, что завтрашний день будет тяжёлым.

Проснулась я рано. Тело ломило, и я не чувствовала себя отдохнувшей. Я бы с удовольствием поспала бы ещё, но вот состояние Алана подсказало, что проснулась я не просто так. Неужели наша связь уже настроилась и я лучше стала чувствовать своего жениха?

Вскинулась, но быстро успокоилась. Поделившись крохами силы, заварила бодрящий отвар, выпила и напоила Алана. Пусть капля в море, но и это может помочь. А потом решила сходить собрать ингредиентов для укрепляющего зелья.

Нам бы продержаться и дождаться помощи. Это всё, что сейчас было важно. Проверила костёр, подложила хворосту побольше. Пока солнце только показалось, дым было видно издалека. Днём от костра мало пользы. Ещё сутки Алан не продержится, это я понимала чётко.

Надеялась на свою удачу. А вдруг что полезного найду в лесу? Ходила я меньше часа, всё нужное для укрепляющего зелья нашла и уже возвращалась к домику, когда услышала лай собак. Побежала быстрее и почти вывалилась на полянку перед домом, где обнаружила стражей. А ещё ищеек.

Где вышла из леса, там и села, обессиленная переживаниями.

Дождались. Всё закончилось. Даже не верилось, что всё закончилось и можно было выдохнуть.

Никто не обращал на меня внимания. Я медленно встала и пошла к домику, желая быстрее узнать, помогли ли Алану, как он, да и отправиться с ним в город побыстрее. И вдруг хмурый бородатый мужчина за сорок вместе с другим чуть помладше, в форме ищейки, подошли ближе. Тот, что старше, обратился ко мне, нахмурившись и строго спросив:

— Вы ведь Рада Лави, не так ли? У нас тут непростая ситуация получается. Так что вы едете с отрядом стражей в Гиблые. Попрошу без глупостей. Вы ведь бывшая ссыльная, должны понимать.

Я даже не поняла, о чём говорил этот мужчина, кто он, зачем ему я, и где Алан?

— Погодите, но я вас не знаю. Капитан тяжело ранен и ему нужна срочная помощь. У вас есть лекарь в отряде? У меня не осталось сильных зелий, я бы хотела решить сначала этот вопрос.

— Капитан вне опасности. Ему уже помогают. Как сказал наш походный лекарь, состояние крайне тяжёлое, но стабильное. Мы успели буквально в последний момент. И, кстати, мы нашли тело лейтенанта. Но вам он, как я понял, не важен? Хотя мне тут передали, что он был к вам неравнодушен. У вас были с ним отношения?

Я ещё больше растерялась, не понимая, что этот человек от меня хочет. И, кстати, кто же он.

— Что? Нет, конечно! Никаких отношений у меня с лейтенантом не было. Вы так общаетесь со мной, уважаемый, словно я преступница. — Он даже бровью не повёл. Так и смотрел в ожидании. — И почему вы задаёте мне эти странные вопросы? И вы не представились.

Тот усмехнулся, показывая на странный значок справа на груди. Я подняла бровь. И он пояснил.

— Королевский дознаватель, лэр Гросс. Я прибыл как раз, чтобы расследовать дело, в котором замешаны вы. Фактов там было достаточно, но само сообщение было анонимным. Так что вы пока только под подозрением. Советую вам не бросаться словами, уважаемая Лави.

Я вспыхнула, развернулась, чтобы пойти к домику, но меня аккуратно, но крепко взяли за предплечье, подзывая стражей. Те встали с двух сторон и показали на берег реки, где стояла большая лодка.

На мои просьбы увидеть Алана мне соизволили ответить, что не положено, да и вообще посоветовали молчать.

Лэр Гросс на мои просьбы передал только, что капитан уже на пути к городу и нормальной помощи. Сказал, развернулся и пошёл к группе стражей, что выходили из леса.

Я шла к реке и видела, что стражи вышли из леса и несли на носилках тело лейтенанта. Лэр Гросс резко повернулся и посмотрел на меня, внимательным, пристальным взглядом. Словно сканировал. Жуткий у него был взгляд. Но смотрел недолго, отвернулся и о чём-то заговорил с принёсшими тело.

Мы быстро загрузились и поплыли против течения реки в сторону города. И поплыли достаточно быстро. Я сидела между двумя стражами, механизм, что двигал нашу лодку, тихо гудел сзади, а я думала, куда меня везут.

Решила спросить сопровождающих, можно ли мне зайти домой и переодеться, на что получил немного удивлённый взгляд одного из стражей. Мужчина помолчал немного, но соизволил ответить, ведь я до последнего смотрела на него, не отпуская взгляда.

— Вы шутите, да? Вас везут в городскую темницу. Обвинения серьёзные. Вам бы подумать о защитнике, а не о тряпках. Эх, женщины. Вы, верно, и перед шахтами попросите новое платье? Да, с красотками так всегда. Слишком вы избалованы и думаете, что мир вертится вокруг вас. Ан нет. Вы бы сначала думали, что творите, а потом уже так смотрели. Сидите и молчите.

Я даже не поняла, почему этот страж так со мной говорил: резко, грубо. Но как услышала слово «шахты», так замерла, словно меня обухом по голове ударили.

Шахты… Но за что? Я… я же ничего не сделала…

Глава 83

С обычными стражами было бесполезно говорить и просить объяснений. Они просто выполняли приказ. Я решила доехать до города и там уже говорить с представителем власти.

Я готова была ко многому, но сразу начала готовиться к тюремной камере. Мы прошли мимо городской тюрьмы, и тут я уже удивилась, дошли до гарнизона.

На мой вопрос страж ответил строго:

— Вам запрещено говорить. Дознаватель велел привести вас до гарнизонной тюрьмы. Повезло вам. Здесь условия лучше. Тем более он велел поселить на этаже для важных пленников. Интересно, с чего это?

Второй страж, постарше, шикнул:

— Молчи, Тарк! Не наше это дело. Лишнего не говори, а выполняй свои обязанности.

Мы зашли в небольшое здание, и меня повели на второй этаж. Стражники были и на входе, и на этаже, хотя я не успела особо разглядеть, кто и где стоял. На втором этаже тоже были дежурные стражи. А завели меня в одну из комнаток.

Обстановка была скромной, окошко очень маленьким, почти под потолком. Ощущение, что здесь изначально готовили помещение для заключённых. А как ещё можно было назвать меня?

Стол, стул, кровать, застеленная казённо и безлико, а ещё дверь, явно в уборную. Хорошо хоть было тепло, и в уборной были минимальные, но удобства.

Я так устала, что заторможено села на постель, закуталась в грубоватое, но чистое покрывало и будто застыла, словно муха в варенье. Мысли текли медленно, неохотно. Закрыла глаза, думая о том, что Алану наверняка окажут помощь лучшие лекари.

Сидела, перебирала в памяти события последних дней, думая о своём будущем. Мысли хоть и шевелились словно нехотя, но понять, что говорить, а чего не следовало, нужно было сейчас.

И как бы ни было потом, именно в этот момент я осознала, что всё закончилось. Сначала я решила, что в лес в ближайшее время не пойду. А потом поняла, что это ведь не он виноват, а люди. Зависть, желание получить чужое…

Надолго меня не хватило. Из ступора меня вывела лязгнувшая металлом дверь. Мне принесли ужин. Поела я, не торопясь, не отошла ещё от прошлых событий.

А как сил прибавилось, меня разморило. А потом вдруг потекли слёзы. Я сначала и не поняла, что со мной. Хотелось просто разрыдаться: громко, выплеснуть всё то, что накопилось и требовало выхода. Мне слишком долго было страшно.

Но я сдержалась, понимая, что место неподходящее, и старалась плакать негромко. Только стражи мне сейчас не хватало. Заснула как-то незаметно.

Утро прошло в ожидании и перебирании в памяти прошедших дней. Меня покормили, а днём открылась дверь, и стражи проводили на допрос, как обмолвился один из них. Завели в комнату на первом этаже, где сидел уже знакомый мне дознаватель.

Я осторожно села на предложенный стул, увидев снова лэра Гросса, того самого королевского дознавателя. Он сидел с каменным выражением лица и молча следил за моими действиями, пока я устраивалась и здоровалась с ним. Посмотрев на него, я так и не получила ответ. Поэтому тоже решила молчать.