Я – сваха. Из личного опыта (СИ) - Розина Татьяна - Страница 48

Назначаю очередное свидание. Мужчина завидный. Пожалуй, самый замечательный кавалер из всех, комиссар полиции большого города. Ехал к Ирочке на встречу за двести километров. Была зима, снег валил, дороги замело и льдом покрыло. После свидания звонит мне – тогда ещё интернета не было, и я назначала свидания, разговаривая по телефону с мужчинами сама. Ну и, чтобы не подумали, что им голову дурят, чтобы вызвать доверие, давала свой номер телефона.

– Если что-то вспомните, спросить захотите, звоните в любое время, помогу, чем смогу, – заканчивала я свой разговор с мужчинами, назначая первое свидание.

И вот звонит этот комиссар. Голос с налёта заведённый, и на повышенных тонах наезжает на меня:

– Это что же вы приличным мужчинам голову морочите? Вы же говорили, что Ирина замуж хочет. Я всё бросил, за двести километров по такой погоде поехал, а она…

– А что она? – в ужасе спросила я.

– А она говорит… Представляете, она мне говорит…

– Да не волнуйтесь вы так, успокойтесь, – попыталась я подбодрить полицая.

– Она знаете что сказала? Что приехала к брату в гости на две недели и просто развлекается… Ну, то есть мужчины приходят, она поболтает – и всё. Типа, в отпуске повеселиться хочет… А я ехал… я бросил всё… я солидный человек… – и т. д.

Звоню Ирине, спрашиваю, как ей в голову пришло такое говорить мужчинам?

– А что, я должна была сказать, что замуж хочу? Стыдно. Скажут, совсем какая-то плохонькая, раз мужа по газете ищет… Я ж всё-таки ещё ничего…

Когда я впервые услышала такое, думала, лопну от возмущения. Потом приходилось слышать не раз. И я нашла для моих женщин объяснение, помогающее им перестать стыдиться своего желания выйти замуж:

– Стыдно искать мужа? Стыдно хотеть замуж? Совсем нет. Стыдно сказать, что я приехала в Германию, чтобы выйти замуж за любого, хромого и сопливого. Правильно? А вот искать мужчину, которого можно полюбить на всю жизнь, совсем другая концепция, не правда ли?

С тех пор женщины перестали стесняться говорить, что замуж хотят. Ну а последние годы и вовсе… Народ стал более «развязным», старые советские установки отступают на задний план, и женщины уже не так комплексуют на этот счёт.

Естественно, в те времена, когда я не знала, что происходит на свиданиях, что говорят женщины мужчинам, чего стесняются и отчего делают грубые ошибки, из-за чего встречи проваливаются, далеко не у всех получался тот результат, ради которого мы работали. Но с каждой новой клиенткой я всё лучше и лучше проникала в психологию и наших милых дам, и немецких мужчин, училась видеть «подводные камни» в построении отношений, и пыталась предотвратить возможные ошибки, предостеречь от глупостей, порой невинных, но на деле приводящих к непоправимым последствиям. Приходилось не только изучать немецкую ментальность, но и познавать особенности россиянок. Потому что, как выяснилось, и их поведение порой ставило меня в тупик.

Глава 23

Стеснительная моя

Как-то позвонил знакомый из Ростова и сказал, что замуж рвётся его приятельница по имени Анжела. В пору отсутствия интернета была единственная быстрая связь – телефон. Поэтому, договорившись по телефону о дате приезда, я приступила к делу. О женщине я почти ничего не знала. Для объявления много знать не обязательно. Всё равно никто не присматривается к текстам. И все пишут одно и то же. Мужчины любят написать, какие они сильные, готовые подставить плечо слабой даме. Женщины обязательно упомянут о своей верности и ласковости. Разница в текстах только в возрасте и росте.

Как всегда, я дала объявление в нашу городскую многотиражку, получила почту, разобрала письма и ждала клиентку, чтобы начинать обзванивать претендентов на знакомство и назначать свидания. Она приехала…

– Значит, так, – сказала Анжела, когда мы с ней устроились друг напротив друга за столом, – тут никого нет. – Она положила руки на пачку писем, которые я принесла с собой.

– Что значит «никого нет»? Что вы имеете в виду? – ошалело спросила я.

– Ну, в этих письмах нет ни одного мужчины, который мне подошёл бы.

– Откуда вы знаете? Мы даже ещё не открывали конверты…

– Я чувствую, – сказала Анжела уверенно. – Начнём с того, что мне нужны только Рыбы и Скорпионы. Вы обработали мужчин по гороскопу?

Я думала, лишусь чувств, зрения и всего прочего одновременно. Таких заявок ещё не было. Придя в себя, я сказала:

– Вы не просили указать это в объявлении… Но давайте посмотрим, может, есть тут Скорпион.

Мы начали вместе с Анжелой пересматривать письма и выбирать только подходящих по гороскопу. Их оказалось очень мало, так как большинство вообще не заморачивались указанием точной даты рождения. О тех, кто не был Скорпионом, она даже слышать не хотела. А откуда знать, скорпион или нет, если не написано в письме. Пожав плечами в полном недоумении, я пообещала дать новое объявление с текстом типа: «Одинокая Рыба мечтает познакомиться с нежным Скорпионом». На самом деле я-таки и дала такое объявление. Вы бы видели рожу мужика, который принимал текст. Пока должно было выйти новое объявление, мы решили посмотреть тех, кто оказался в пачке ответов на первое. Естественно, из числа тех, кто был Скорпионом. Или Рыбой в крайнем случае.

Выбрав пару писем, я позвонила и назначила для Анжелы первую встречу. Услышав об этом, она заявила, что я должна сопровождать её на свидание. Я чуть не подавилась собственными слюнями и, немного придя в себя, попыталась объяснить ей вред от такого сопровождения.

– Анжела, поймите… Это, во-первых, не в ваших интересах, это помешает вам прежде всего…

– Поймите, – нервно прервала она меня, – я в чужой стране, ничего тут не знаю и элементарно боюсь выходить на улицу… Как я могу сесть в трамвай? Ко мне будут приставать.

– Ну что вы… Вы же в Германии, в Европе, тут не принято… – попыталась возразить я.

– Вы не понимаете, – опять прервала Анжела строго, – ко мне всегда пристают…

– Но я вам назначила свидание рядом с домом, чтобы вам не ездить в трамвае, – успокоила я её.

– Ну и что? Всё равно боюсь. Мужчина посадит меня в машину и увезёт неизвестно куда…

– Послушайте, Анжела, я не в состоянии ездить с вами на встречи. У меня много работы, вы не платите мне столько, чтобы я могла уделить вам столько времени, – устало сказала я.

– Это вы меня послушайте… Мне обещали, что вы порядочный человек… и что вы поможете… А вы… А я… – Анжела срывалась на слезу.

У меня не было ни сил, ни времени убеждать, и я, тяжело вздохнув, согласилась. На следующий день, ко времени, когда было назначено первое свидание, я приехала на квартиру, где поселилась Анжела. Когда я увидела её, которую нужно было сопровождать в трамвае, так как она боялась выйти на улицу… я поняла: боялась она не зря. На ней был наряд дешёвой проститутки, дежурившей на скоростной трассе где-нибудь под Коломной. Короткое платье, обтягивающее фигуру, едва прикрывало трусики. На ногах были надеты босоножки на платформе высотой сантиметров двадцать, с крупными камнями по ранту. У Анжелы была огромная копна волос, накрученных тонким «бараном» и торчащих в разные стороны, с одной стороны красовалась яркая заколка в виде огромной бабочки, усыпанная стекляшками, похожими на битое стекло бутылки из-под пива… Не говорю о раскраске её лица. Я обалдела. А женщина, которая сдавала Анжеле комнату, так как Ленка уже жила с Рольфом и больше не принимала квартиранток, закатывала глаза, давая понять, что этот ужас вынести невозможно.

– Ну, как я выгляжу? – спросила Анжела, горделиво выпятив намёк на грудь.

– Н-да-а, – только и промямлила я.

Я попыталась объяснить Анжеле, что в Германии совсем не страшно ездить на трамвае. Но нельзя так одеваться. Мужчины приставать не будут. А вот в полицию могут забрать. Хозяйка квартиры, пожалев меня, пообещала проехать с Анжелой в центр, показать, как платить за проезд. Ну и чтобы та убедилась, что её никто хватать за руки и щупать попу не станет. Но Анжела стояла на своём: