Я – сваха. Из личного опыта (СИ) - Розина Татьяна - Страница 56

– Говорит, чтобы я завтра же съехала.

– Да что такое вы сделали? Почему? – Я ничего не могла понять.

– Ничего плохого, всё хорошо. Он вообще милый человек и мне очень нравится. Первые два дня было нормально. Мы с ним вечером готовили вместе. Один раз гулять ходили. Он мне сувенирчик купил. А сегодня вернулся с работы чернее тучи и говорит, что не рассчитал себя, никогда женат не был и не привык, чтобы кто-то дома мельтешил. Помните, как в «Иронии судьбы» герой Мягкова говорит: туда-сюда, туда-сюда… Вот и у меня так. Он даже не против, чтобы мы дальше встречались. Но только просит, чтобы я перебралась к подруге. Он же знает, что у меня есть подруга, то есть вы… – виновато сказала Зина и добавила: – Помогите… За квартиру я заплачу, у меня немного денег есть, и Герберт дал… только чтобы я съехала.

Я вздохнула и позвонила Жене.

– Жень, понимаю, у тебя содом и гоморра. Катя комнату занимает. Но надо выручить…

Женя переговорила с Катей, и было решено принять бездомную соотечественницу. Нашли у знакомых раскладушку и поставили в Катиной комнате.

– Раскладушка не кресло, – сквозь слёзы шутила «невезучая» Зинуля.

Герберт привёз несостоявшуюся невесту с чемоданом по указанному адресу и быстро, не прощаясь, ретировался. Больше мы его не видели. Зина сидела сутками на кухне и тосковала, повторяя: «Говорила же… невезучая я». Опять всё впустую. И четыре месяца переписки с Гербертом. И деньги на автобус в Кёльн. А главное, рушились надежды выйти замуж в Германии.

– Понимаю, что я как снег на голову. Что вам бесплатно работать. Но помогите. Хоть кого-то. Может, завалялся? Может, Кате не понравился? Любого. Пожалуйста. Не хочу назад. В коридор. На кресло…

Я напряглась и стала соображать. Вспомнила, что был зимой один мужчина. Молодой и крупный, лет сорока трёх, не больше. И очень душевный. Работал рабочим, а нашим женщинам это крайне не нравится. Я с ним говорила по телефону, но женщина, на чьё объявление он откликнулся, не захотела даже встречаться с ним. Парень, однако, несколько раз перезванивал, спрашивал, что сказала «невеста», почему не хочет познакомиться… Я отмазалась, объяснив, мол, другого встретила и влюбилась. Он очень просил посодействовать, если вдруг обнаружится другая.

– Я добрый, услужливый, – рекламировал себя Клаус, – зарабатываю не очень много, но на жизнь хватает. Живу без стрессов, характер спокойный… – Тут же вспомнила и про себя добавила: «…нордический, настоящий ариец».

– Вот кто нам нужен, – вспомнила я про Клауса. Зина заволновалась.

– Ну и что, что рабочий. Я тоже вон на кассе сижу. Толку с диплома. Зато моложе меня на четыре года. Давай, знакомь!

Я позвонила Клаусу без особой надежды. Но он не только узнал меня, но и дико обрадовался. Хотя прошло несколько месяцев, он никого не нашёл и был готов мчаться на крыльях любви к новоявленной невесте.

– Я всю неделю допоздна работаю, поэтому приеду в пятницу вечером. Заберу к себе, проведём выходные. И если ей понравится, то я сразу говорю: идём в ЗАГС, чтобы она могла в Германии остаться. Пусть не волнуется, у меня отдельная комната для неё…

Готовность жениха вдохновляла. Звучал более чем разумно. Очертил границы дозволенного: отдельная комната! Зина нервничала. Никто не видел, как этот Клаус выглядит. Но факт, что он молодой, помогал бороться с сомнениями. Катя бегала по свиданиям, а Зина ждала пятницы.

– Невезучая я, – плакала Зина, вернувшись с вокзала, где было назначено место встречи. – Говорила ещё в прошлом году, так вы не верите… И больной мой жених меня бросил, и Герберт тоже отказался, и этот пропал…

Клаус не прибыл в назначенное место в назначенный срок. Неужели передумал? Почему не сообщил, не позвонил? Я терялась в догадках. Ведь произвёл хорошее впечатление. Уверял, что приедет – кровь из носа.

В понедельник появилась радостная новость. Клаус попал в аварию на машине и получил лёгкое сотрясение мозга. Поэтому его отправили в больницу и только через пару дней выпустят. Конечно, то, что парень получил травму, не было радостным. Но в контексте переживаний, что он пропал бесследно, известие радовало. Шанс знакомства снова нарисовался радужными красками на фоне черного безнадёжья.

– Пусть ждёт меня в следующую пятницу там же и во столько же, я обязательно приеду, – сказал Клаус.

– Буду ждать, – заверила Зина.

Пока жених лечил голову, нарисовался ещё один активист. Это был один из Катиных кавалеров, но ею отвергнутый. Вернее, она не захотела с ним знакомиться и подарила его Зине.

– Зин, я тут определилась немного, встречаюсь с несколькими… Если хочешь, может, попробуешь…

Зина хотела. Я позвонила. По объявлению что Катя, что Зина «на одно лицо», так как фотографии не было, было описание. Короче, в среду Зина пошла знакомиться с Куртом.

– Нормально, – сказала Зина, после свидания, – не красавец, но я такого потяну.

– Красавица, умница – сил нет, как влюбился, – сообщил возбуждённый Курт и потребовал продолжения концерта.

На Зину такие восторги возымели действие. Она расправила крылья.

Мы назначили новое свидание на субботу. Курт уже знал, где живёт Зина, и обещал забрать её прямо от дома в двенадцать часов.

– Прямо с утра… и мы поедем… проведём вместе весь день, – лепетал счастливый Курт.

Но в четверг позвонил Клаус и сообщил, что из больницы его выпустили и в пятницу вечером, как договаривались, он приедет за Зиной. Мы устроили совет «в Филях», вернее, в штаб-квартире. Я, квартирная хозяйка и две «невесты» – Катя и Зинуля.

– Курт, конечно, хорош, но душа у меня лежит к Клаусу. Не могу объяснить, но он… – Она задумалась.

– Зин, ну ты ж Курта видела, а Клауса нет. Может, он внешне совсем не…

– Не знаю, но я в нём уверена. Он в ЗАГС уже позвал. А Курт ещё нет…

Как ни уговаривала я Зину не отменять Курта в субботу, а перенести его на воскресенье, она твердила, что не хочет «распыляться» и будет делать ставку на Клауса.

В пятницу с утра Женин дом стоял «на ушах». Девочки собирали невесту на свидание. Она мылась и одевалась. На неё перемеряли все Женины шарфики и все Катины блузки, так как юбки ей не подходили в связи с уже упомянутой «кормой» больших размеров. Потом Зина красилась. Всем казалось – слишком вызывающе, и она шла в ванную и всё смывала. И красилась по новой. Потом из-за суеты и волнения ей казалось, что она вспотела, и по пятому разу шла в душ. В это время у неё смывалась тушь, и она красилась снова. Каждый час я звонила узнать, как обстоят дела со сборами, и давала нравоучительные советы невесте. Эта кутерьма продолжалась с утра и до пяти вечера. В пять Катя и Женя с сынишкой не выдержали напряжения, сказали Зине, что сил больше нет, и уехали в город гулять. Зина осталась дома одна. Она сидела, боясь шелохнуться, чтобы ничего не испортить, считая минуты до выхода.

Я посмотрела на часы.

«Скоро шесть, значит, Зина подъезжает к вокзалу, – подумала я. – Вот-вот случится долгожданная встреча… Хоть бы парень понравился Зине…»

И тут раздался телефонный звонок.

– Помоги! – вопила Зина в трубку, словно ей без наркоза отрезали голову. – Слышишь, помоги, мне надо ехать. Понимаешь, мне ехать надо!

– Зина, тебе не ехать надо, а уже надо подъезжать к месту встречи. Почему ты ещё дома? – обалдела я, не понимая, почему Зина решила сорвать такое вымученное знакомство.

– Да я хочу, но не могу… Не могу выйти из квартиры… Девочки ушли и заперли двери. Я не могу выйти. Меня заперли! – Зина истерила не на шутку.

Её нужно было успокоить, принять быстрое решение и дать совет.

– Спокойно! – заорала я, чтобы остановить истерику. – Значит, так… Квартира на первом этаже. Вполне можешь перелезть через балкон и спрыгнуть на землю, – изрекла я первое, что пришло в голову.

– Да, но этаж высокий. От балкона до земли высоко… Могу удариться, – с сомнением, но уже спокойнее произнесла Зина.

– Хочешь успеть на свидание – лезь! – приказала я.

– Ладно… справлюсь. Но я вот смотрю: перед домом лужайка, а чуть дальше забор и он окружает весь периметр дома… То есть, если я спрыгну с балкона, дальше-то как? Через забор мне не перебраться. Он высокий, но тонкий, перелезть не смогу, свалю забор… Как быть?