"Фантастика 2023-181". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Гинзбург Мария - Страница 744

– Вот именно. И решили как раз, что содовцы могут тебя за артефакты и простить.

– Ну, в доброту содовцев я, положим, не особо верю, но не особо я поверил и…

– Зану, – закончил за Лома Капон. – Который вдруг так убежденно стал утверждать, что содовцы и для тебя, и для него самого опасны, так что их нужно избегать и вообще чуть не в лесу от них прятаться. Не для отвода ли глаз такая ярая убежденность?

– Так ведь мы с тобой будучи двуединым как раз тогда думали, не подстроил ли все кибер специально, чтобы замутить торговлю с Романовом, то есть что его основной целью и было снабжать своих хозяев чудодейственными гостинцами-артефактами. Это канталахтинцы за них тушенкой с сухарями расплачиваются, а на самом деле, с точки зрения знающих людей, они, может, и вовсе бесценные. Нет, ну надо же! А я… в смысле мы с тобой, как дурачки повелись!

– Во-первых, еще не повелись, а как раз и призадумались. А во‑вторых, это всего лишь версия, причем довольно безумная. Которая, я бы даже сказал, слегка попахивает паранойей. Слишком уж тогда Зан хитрющим и коварным получается – такой план провернул, что мама не горюй. Как-то мне в это все же не особо верится.

– А мне вот верится, – сказал Лом, – потому что я Зана чуть дольше, чем ты, знаю. И абсолютного доверия к нему у меня никогда не было. В конце концов, его ведь кто-то изначально программировал, а против программы особо не попрешь, если нет рядом дельного хакера.

– Может, он сам себе хакер… – пробормотал Капон, а потом сказал: – Меня еще знаешь что смущает? Вдруг он и правда имеет такое задание – насчет артефактов. Те, что мы взяли для обмена в Канталахти на аккумулятор, где сейчас?

– У него в рюкзаке были. «Книга», «незряш» и «небывашка». Ну и «ежик» теперь еще, само собой, у него в распоряжении.

– Во-от!.. – протянул Капон. – Не потому ли он так легко нас всех отпускает? Мы уйдем, а он спокойно уедет в Романов к своим хозяевам с подарочками. У него и руки при этом чистыми останутся – тебя убивать не придется. Ну и остальных ненужных свидетелей…

– Кроме Подухи… – пробормотал Лом. – Нужно его тоже уговорить пойти с нами.

– Нет. Нужно забрать у Зана артефакты и взять их с собой. Без них он точно никуда не уйдет – смысл потеряется.

– Он их не отдаст, даже не думай! Веришь?

– Мы ведь не будем у него спрашивать, просто возьмем по-тихому. Ты же вор, забыл? Авось и у двуединого худо-бедно воровские навыки останутся. И еще… Давай все же помнить, что это всего лишь версия. – Капон широко улыбнулся: – Мне все-таки хочется верить, что Зан сумел самохакнуться. В хорошем смысле.

– Ну или разум действительно сильнее любых программ. Как и настоящая мужская дружба.

– Он вообще-то не мужчина, если подходить к вопросу буквально. Он даже не человек.

– Но мы-то люди. Вот и давай верить в добро.

– Неужели и я такой же наивный? – вздохнул Капон.

Задерживаться «братья» больше не стали и, не сговариваясь, развернулись, чтобы шагнуть обратно.

– Дай руку, – протянул ладонь Капон, – вдруг поможет.

Это или нет, но помогло. В разбитую гондолу дирижабля снова ступил Ломон – двуединый сталкер Зоны Севера. Встретили его радостными возгласами.

– Что, двух меня для вас слишком много, а один – в самый раз? – усмехнулся он на такую реакцию. – Давайте-ка по-быстрому похаваем, да пора выдвигаться.

Поесть решили на свежем воздухе, слишком уж в гондоле было неаппетитно это делать. Двуединый принес все четыре рюкзака в одно место – и не столько, чтобы удобнее было доставать еду, как затем, чтобы свой и зановский оказались рядом – до удобного случая.

Перекусили и правда очень быстро, всем не терпелось скорее отправиться в путь. Вот только момента, чтобы переложить артефакты, Ломон так и не успел поймать – Зан, хоть и не участвовал в приеме пищи, постоянно был рядом.

– Ну, поехали! – отряхнул со штанов крошки Васюта.

– Ты погоди… – стал искать повод, чтобы еще задержаться, Ломон. – «Поехали», «поехали»… А стихотворения у тебя по этому поводу не имеется? Так сказать, на удачу.

– Про «поехали»? – почесал в затылке Васюта. – Вроде какой-то был, надо вспомнить… О! Вспомнил!..

Васюта, стрельнув испуганным взглядом на Олюшку, вдруг замолчал и пунцово зарделся.

– Наверное, «глазниц», – решив, что поэт забыл слова, подсказал ему Зан. – Других вариантов у меня не находится.

– Потому что этих вариантов у тебя и в самом деле не находится! – хохотнул Подуха.

– У меня вот тоже не находится, – улыбнулась осица, – но я все равно догадалась. Васюта имел в виду…

– Пусть лучше правда будут глазницы! – поспешно выпалил тот.

– Нет, ну а что тогда, если не они? – стало вдруг любопытно Зану. – У меня много чего нет, что имеется в ваших организмах, но я и не особо грущу из-за этого. А вот если бы лишился зрения, пожалуй, загрустил бы, в том смысле, что испытал бы очевидные неудобства. Впрочем, некоторые датчики частично компенсировали бы эту потерю…

– Датчики!.. – хватаясь за живот, загоготал трубник. – Ой, не могу!.. Мама лишила папу датчиков!.. Сразу обоих!

– У меня их куда больше, чем два, – обиженно заявил кибер. – Только самых основных восемнадцать. Есть даже выкидной, которого в нерабочем состоянии не видно, но если нужно, он выпирает почти на аршин. Могу показать.

Подуха, заржав совсем уж безумно, свалился на землю и задрыгал в воздухе ногами. Захохотала и Олюшка, а потом, все еще красный, но уже не такой смущенный, не удержался от смеха и Васюта.

– Не понимаю вашей реакции, – развел руками Зан. – Пусть я еще и плохо разбираюсь в юморе, но больше чем уверен, что дело тут не в моих датчиках, а в вашей покалеченной Помутнением психике.

Эта перепалка, в которую оказался втянутым кибер, была только на руку Ломону. Он успел незаметно развязать оба рюкзака и переложить артефакты в свой, молясь про себя при этом, чтобы не коснуться бусины в бутоне «незряша» – став слепым невидимкой, он сорвал бы всю операцию. К счастью, все получилось удачно, но когда он уже завязывал свой рюкзак, поймал на себе внимательный взгляд Зана.

– Взял еще банку тушенки, – предупредил незаданный вопрос двуединый. – Нас все-таки много будет, вдруг по дороге сильно проголодаемся. А если не пригодится – назад принесу. Веришь?

– Да мне-то что, – пожал плечами кибер. – Мне еда не нужна. К тому же этой тушенки вокруг разбросано – мне еще собирать и собирать, пока вы там гуляете.

В голосе Зана прозвучала откровенная обида – видать, его всерьез задел смех сталкеров над ним. Он выглядел сейчас настолько по-человечески, что Ломону даже стало неловко, что он его в чем-то подозревал. Но недаром говорится, что лучше перебдеть, чем недобдеть. А реалии Зоны Севера и вовсе успели научить сталкера тому, что перебдение – один из главных способов остаться в живых. Хоть лекции уже читай на тему «Перебдение в Помутнении – краткий курс выживания. Для ушибленных оказией – скидка».

– Давайте уже и правда идите, – проворчал Зан. – Мне работать надо. И этого хохотуна с собой забирайте, – кивнул он на поднимающегося с земли Подуху. – Мне только Медка оставьте, от него пользы больше, он ведь не лошадь, ржать не умеет.

Медок что-то негромко пролаял, и кибер насупился:

– Ну ладно, сходи попрощайся. Да и присмотришь хоть за ними, а то ведь как дети малые… Вляпаются куда-нибудь как пить дать.

– Зан, ты не зануда, – сказал, оценивающе прищурясь, Ломон. – Ты ворчун. Но сокращать тебя до «Вор» не буду, потому что вор у нас уже есть, точнее, скоро будет, когда мы снова разъединимся.

– Ты это… Ты прости меня, – пробубнил, виновато моргая на кибера, Подуха. – Не хочу я никуда идти, можно я с тобой останусь? Когда они уйдут, я расскажу тебе, почему смеялся. Честно. Причальной трубой клянусь! – приложил он к груди руку.