"Фантастика 2023-182". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Леженда Валентин - Страница 331

– Фургон закажите.

Дан Рокко только рукой махнул.

Заказывай не заказывай… бесполезно! В фургоне Адриенну тошнило так же, как и в карете. Кстати – после той поездки в столицу. Закрепилось, наверное…

– Так можно ей прийти?

– Конечно, можно, дан.

– Сейчас я ее приведу.

Дан Рокко вышел. Чезаре хозяйственно оглядел Энцо, который лежал под одеялом в чем мать родила.

М-да…

Он не ворочался. А одевать его…

У парня ребра переломаны, ему надо повязки менять – и натягивать на него рубахи? Нет уж! Пошла в пень та стыдливость, перебьется дана! Одеяло подоткнуть, и будет с нее.

Чезаре так и поступил. И, дождавшись еще одного стука в дверь, вежливо вышел, пропуская Адриенну внутрь.

Девушка уселась на кровать.

Энцо был такой… бледный, прохладный, светлые волосы рассыпались по подушке.

Адриенна коснулась его щеки. Все остальное было закрыто.

– Спасибо тебе, – тихо шепнула она. – Спасибо…

Ресницы Энцо дрогнули. Глаза открылись.

– Ад… риен… на…

Девушка улыбнулась ему:

– Это я.

Энцо шевельнул рукой, высвобождая ее из-под одеяла. Протянул к Адриенне, коснулся ее лица.

– Теплая…

– Да.

– Самая прекрасная…

Глаза опять закрылись. Но на этот раз Энцо не терял сознания. Он просто крепко спал.

Адриенна прикусила губу. Она не понимала Энцо. Она не понимала себя.

Она вообще не имела права здесь находиться!

Она… она чужая невеста. Если когда-нибудь его величество… ее попросту казнят. Наверное. Или в монастырь отправят, или еще что-то придумают…

Адриенна подняла руки. Блеснуло серебро цепочки.

На шее у нее висел небольшой кулон. Ворон с расправленными крыльями. Тот самый, который она взяла некогда в маминой шкатулке… чтобы что-то мамино было рядом с ней.

Адриенна аккуратно сняла цепочку, чтобы та не зацепилась за волосы. Потом одной рукой приподняла голову Энцо, а второй надела на него цепочку. Серебряный с чернью ворон скользнул ему на шею так уверенно, словно всегда тут и был.

СибЛевран.

– Выздоравливай, Лоренцо. Пусть у тебя все будет хорошо.

Адриенна наклонилась еще ниже, воровато оглянулась на дверь.

И коснулась губами губ Энцо.

Здесь и сейчас она знала, что именно это – правильно. Именно так.

Клеймо? Печать? Обещание?

Неважно! Оно просто – есть.

Адриенна поднялась с кровати и вышла из комнаты.

– Все, дана? – Дан Рокко ждал ее. Конечно, как же иначе?

Адриенна кивнула:

– Да. Все хорошо, он спит…

– Спит? Не без сознания? – быстро переспросил Чезаре.

– Он был без сознания? – испуганно блеснули синие глаза. – Но он сказал…

– Что? Ох… простите, дана.

Адриенна медленно заливалась краской. От лба к ушам, к шее… уши тоже покраснели. Чезаре посмотрел на эту картину и заткнулся. Действительно, парень был в обмороке, да еще снотворное дали, вот он в себя пришел, видит у кровати любимую девушку…

Неужели он ей будет о лошадях рассказывать? Или о ежиках?

Явно же что-то о любви и ляпнул.

Чезаре мысленно обругал себя дураком и шагнул в комнату.

– Посижу с ним, пока в себя не придет.

– А мы, наверное, спать, дана?

Адриенна кивнула:

– Да, дан Рокко.

Дан Вентурини молча проводил Адриенну обратно, в ее комнаты. Все он понимал. Что романтический герой, еще и раненый. Что он пострадал, спасая девушку от негодяев, которые на нее напали. Что молод и красив…

Если уж так… если поставить рядом его высочество Филиппо и Лоренцо Феретти, то его высочество проиграет с разгромным счетом. Мальчик уже сейчас красив, а каким он вырастет?

Сколько сердец разобьет?

Неудивительно, что Адриенна в него влюбилась. Или думает, что влюбилась. Но дальше-то как?!

Что делать с этими чувствами?

А может, ничего и не делать? У всех должна быть первая любовь. Просто они уедут послезавтра… Уже завтра, если быть формалистом, и расстанутся на год.

А там…

Новые люди, новые впечатления, да и Адриенна свой долг знает. Она выйдет замуж за его высочество, она не позволит себе изменить…

Но почему у дана Рокко так тяжело сейчас на душе?

Словно, уводя отсюда девушку, он совершает что-то нехорошее?

Почему?!

Нет ответа…

Энцо спал.

Повернулся на бок, подложил руки под голову, даже засопел слегка носом. Не на сломанные ребра – и ладно, и хорошо. Пусть спит, сон – лучшее лекарство.

Блеск серебра закономерно привлек внимание Чезаре. Наемник вытащил подвеску, осмотрел… Ворон.

Симпатичный.

А, ладно, пусть остается. Девчонки и не такое парням дарят, случается, равно как и парни – девчонкам. Надо бы Энцо намекнуть, пусть тоже что-то купит дане. Золотинку какую…

Любят они такие знаки внимания, бабы – они и в коронах бабами останутся. И, кстати, надо бы в столице сводить его в хороший бордель. Пусть первый опыт получит правильно. Чтобы потом любимую женщину не разочаровать.

Адриенна?

А кто его знает? Может, и она будет… вон какая! Но с такой сложно…

Это с курицей – всяк орел. А если речь идет о во́роне? Сложная это птица, мудрая, жестокая и в чем-то страшноватая… и легенд о ней много сложено. У виркангов это и вообще птица верховного бога. Две птицы. Мысль и Память.

И вороном себя никто из них не метит, потому что не достоин. Могут татуировку змеи сделать, быка… да любого животного. Но не волка и не во-рона.

А… это дело Энцо, пусть он и разбирается. А пока – пусть выздоровеет для начала.

С тем Чезаре и придремал рядом. За подопечного он больше не беспокоился, выздоровеет, никуда не денется. Надо только про цепочку Паскуале сказать, чтобы никто и ничего не ляпнул не ко времени.

Подарок от любимой девушки…

Это – святое.

Энцо проспал почти сутки.

Адриенна больше не решилась к нему зайти – и так уже все правила нарушила. Хорошо еще, дан Рокко не выдаст. А будь здесь отец? Эданна Сусанна?

Девушка отлично понимала, что со стороны ее поведение выглядит более чем предосудительно.

И все же, все же…

Знание, что с Лоренцо все в порядке, было для нее важнее любых приличий. Он выздоровеет, обязательно выздоровеет.

Лоренцо открыл глаза поздно ночью. У его кровати, вытянув ноги, сидел Леоне.

– Кхм?

– Очнулся? – открыл глаза наемник, словно и не спал. – Это хорошо. Как ты себя чувствуешь?

– Отлично, – тихо сказал Энцо, прислушиваясь к себе. – Только вот пить хочется…

– Сейчас помогу.

Леоне налил в чашку воды из кувшина, подхватил Энцо под плечи, помог приподнять голову и ловко напоил.

– Спасибо. Я… долго?

– Почти сутки, – понял Леоне. И легко ответил на незаданный вопрос: – Она завтра утром уезжает. Или уже сегодня. Попрощаться успеете.

Энцо тоже покраснел:

– Я…

– Да ладно, не смущайся. Лучше посмотри, что у тебя на шее.

– А? – Энцо только сейчас заметил цепочку. – Это…

– Это – она.

Подросток коснулся пальцами теплого серебра. Вытащил подвеску.

– Д-дана…

– Адриенна. И мне кажется, что ты ей тоже небезразличен.

Энцо вспыхнул радостью:

– Ты… думаешь?

– Она же СибЛевран? И герб я посмотрел, черное и синее. Просто так подобные вещи не дарят.

Энцо светился собственным светом. Леоне покачал головой:

– Не забывай, она помолвлена. А мы тоже должны уезжать.

– Я… я должен с ней поговорить!

– Да. Обязан. Вломиться посреди ночи к благородной дане. Спящей.

Краска переползла по шее и куда-то ниже, под одеяло.

– Я… я утром.

– Вот, правильно. Утром и поговорите. Заодно подумай, что ты хочешь ей сказать.

– Я…

Энцо растерялся. А правда – что? Про любовь? Но тут надо и остальное… а он-то пока… он может любить, но что он может предложить дане? Феретти? В котором крыша течет, а стены в трещинах? Себя? Любовь?