"Фантастика 2023-182". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Леженда Валентин - Страница 697

На миг он меня потерял. Я немедленно этим воспользовался — превратился, выскочил из-под платформы и пыхнул огнем. Но то ли Грег переоценил мои огненные способности, то ли я недостаточно разозлился, но это оказалось все равно, что плевать против ветра. Зеленый широко распахнул пасть. В горле у него вспыхнул багровый свет, и я увидел, что такое настоящее драконье пламя. Мой жалкий выдох потонул в ответном огненном шторме. Меня смело с платформы, несколько раз перевернуло в воздухе и буквально вбило между двумя составами. Где я и застрял намертво, думая только об одном — слава богу, что драконья броня огнеупорна! Зеленый, увидев, что я не могу выбраться, радостно устремился меня добивать. Я быстро превратился обратно в человека и на четвереньках пополз под составом, оставив моего противника обалдело метаться наверху.

Я уже начал надеяться, что у меня появился шанс ускользнуть, когда вдруг раздалось шипение тормозов и лязг. Товарняк, под прикрытием которого я пробирался подальше от вокзала, внезапно тронулся и поехал, медленно набирая скорость. Я автоматически метнулся между колес, выкатился наружу — и понял, что попал. Справа и слева тянулись глухие стены депо. Прямо — открытое пространство и переплетение путей, не побегаешь. Сзади маячил дракон, все еще высматривая меня между вагонами. Сейчас поезд уедет. И я останусь один на пустом пространстве, как на арене.

Оставался единственный выход — открытый бой. Но я прекрасно отдавал себе отчет — мне его не победить. Страха я, впрочем, не чувствовал. Боевой ярости, к сожалению, тоже. Жалкая попытка выдохнуть огонь было тому свидетельством. Я даже понимал, почему, — меня угнетало ощущение своей неправоты.

Грега с Валенком поблизости не наблюдалось. Они меня бросили, гады.

Итак, мне оставалось только умереть.

«Двум смертям не бывать», — подумал я философски.

Может, все-таки превратиться и попробовать улететь? Но с моей фобией я скорее всего запутаюсь в проводах и свалюсь через сто метров… если вообще смогу превратиться… И потом, быть убитым во время бегства… Умереть жареным драконом…

«Я умру, как жил, — решил я. — Человеком!»

Я вылез из-под вагона, вышел на открытое место и выпрямился во весь рост, глядя на подлетающего дракона.

Тот увидел меня и кинулся вниз, заранее распахивая пасть. Я героически вскинул голову, как партизан перед расстрелом, заставляя себя не жмуриться. Должно быть, моя бравада озадачила зеленого, потому что на подлете он затормозил. Опустился на землю метрах в пятнадцати предо мной, сложил крылья, закрыл пасть. Превратился.

— Что встал?! — рявкнул он. — Ты драться собираешься или как?

— Мне все равно тебя не победить. Так к чему эти бессмысленные трепыхания?

Я склонил голову.

— Я готов. Ешь меня.

Тот обиделся.

— Ты чего, «ешь»? Думаешь, если я зеленый, так можно меня вообще за разумное существо не считать? Давай, быстренько превращайся в дракона!

— Не собираюсь.

— Это подло! Это… неспортивно!

— Чего?!

— Того! Напакостил и прикрылся человечьим обличьем, трус!

— Что значит — прикрылся?

— А сам не знаешь? — спросил он недоверчиво. — Тебе твой воспитатель не говорил, что драконы на людей не нападают?

«Гм. А удачно получилось!» — подумал я.

Кудлатый подошел ко мне вплотную. Сжал и разжал кулаки, расправил плечи.

— Или просто вломить тебе как следует? — предположил он неуверенно.

Я оценил его мелкие габариты и заключил:

— Это вряд ли.

Ситуация была патовая.

Мы стояли и смотрели друг на друга. Потом я извинился вполне искренне:

— Прости за мандолину! Я правда не хотел! Я тебе новую куплю…

— Это было банджо, — глухо поправил тот. — Такого уже не купишь. Оно из Нового Орлеана, а где теперь тот Орлеан? Нету его… закладка.

Я вспомнил слова Грега и сказал:

— Я твой должник.

Кудлатый вздрогнул.

— Принято, — ответил он после долгой паузы.

Только тогда я расслабился. Понял — теперь в самом деле все.

— Кром из Пармы, — представился он.

— Алекс… хм… Пока просто Алекс. Почему ты меня не убил там, на вокзале? Была же возможность…

Тот усмехнулся.

— Работаю над собой. Другой зеленый бы тебя испек и сожрал на месте, а потом сделал из твоих костей новое банджо. И спел под его аккомпанемент комические куплеты, естественно. Но я не такой. Впервые за последние лет двадцать кому-то удалось вывести меня из себя. Но, к счастью, пока я летал за тобой, успел немного остыть. А когда увидел, что ты не хочешь драться, вообще успокоился.

— Что-то ты не похож на зеленого дракона!

— Я преодолел свою низменную природу, — гордо произнес Кром. — Я от всего отказался. От всех страстей и пороков, присущих моему виду. От накопления сокровищ. От жажды власти. Даже от территории! Только одно у меня было сокровище — мое банджо, — и ты его растоптал…

— Вообще-то не я, а ты, — пробормотал я ради справедливости.

Он бешено сверкнул глазами. Но благородно сделал вид, что не расслышал.

— Ну и куда вы пропали?!

Грег и Валенок обнаружились на ступеньках вокзала. Стояли ко мне спиной, что-то рассматривая, и не обернулись, даже когда я подошел вплотную.

— Вы будете разочарованы, но я все еще жив, — сообщил я довольно язвительно. — Ничего, что я вас отвлекаю? Эй, Грег! Я вообще-то закончил с драконом!

— Закончил? — тут же подхватил Валенок. — В смысле прибил его?

Грег поднял на меня рассеянный взгляд.

— Зеленый клан. Стихия огненная! — торжествующе заявил я.

— Кто бы мог подумать? — покачал головой Валенок. — Да ты прямо Капитан Очевидность! Расскажи, как ты с ним «закончил»? Когда я в последний раз вас видел, он гнал тебя вдоль платформы, как ошпаренную крысу…

— Я совершал маневр! — обиделся я.

— Так как ты от него спасся? Сдался в плен?

— Я бросил ему вызов, — сказал я совершенно честно. — И… победил его. Морально.

Валенок захохотал, как гиена.

— Дошло! Зеленый умер от смеха?

— Вовсе нет. Мы пожали друг другу руки и разошлись, как два вежливых и тактичных… человека!

Про моральные долги я решил не распространяться. Это было мое личное дело.

— Вот это правильно, — одобрил Грег, который, казалось, вовсе не слушал наш разговор. — Молодец! Наконец-то тебя есть за что похвалить…

Неожиданно он протянул мне свой мобильник:

— Взгляни. Тебе это ничего не говорит?

Я взял мобильник и вгляделся в изображение на экране. Фотография, и довольно некачественная, вдобавок смазанная, будто снимали на бегу или очень небрежно. На ней запечатлен какой-то дом среди садовых деревьев. Симпатичный, этакий дачный домик-пряник: двухэтажный, обшитый вагонкой, с красной крышей, башенкой и застекленной верандой. Часть картинки перекрывали размытые ветки, словно снимали из-за кустов.

— Чей это дом? — спросил я, возвращая телефон Грегу. — Твой?

— Кто-то прислал эмэмэску, — подсказал Валенок. И добавил многозначительно: — Отправитель не определяется.

— Ну и что… — начал я, но тут вспомнил, как номера Грега и компании сами собой стерлись из моего контакт-листа.

— Что скажешь? — повторил Грег.

Телефон он так и держал на ладони. Я пожал плечами.

— Ну… фотка. Снимали на телефон, судя по качеству.

— Правда, что ли? — ввернул Валенок.

— Уймись, — бросил Грег. — Еще? Дом этот раньше не видел?

— Типичный дачный дом… — Я подумал и уточнил: — То есть нет, не типичный. Реликтовый. Если, конечно, не стилизация. Уж больно состояние хорошее…

— Ну-ка, ну-ка!

— Тут под Питером очень много похожих домов. Старые финские дачи, еще дореволюционные. Я по башенке и по витражам определил. Их сейчас сносят, а жалко — они красивые…

— На фига нам эти архитектурные подробности, — проворчал Валенок. — Тоже мне, открытие. Да этих дач тут тысячи!

— Значит, финская дача, — оборвал его Грег. — Допустим. А теперь, Алекс, посмотри на это фото еще раз.