"Фантастика 2023-183". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Леженда Валентин - Страница 652

– Спасибо. – Я поспешно накинул на себя рубашку и блаженно замер, чувствуя, как спина перестает зудеть. Затем с любопытством посмотрел на Рикки. – Почему ты мне помогаешь? Ты ведь теперь знаешь, что я должен убить тебя.

– А я вообще странный тип. – Храмовник негромко рассмеялся. – Ты же слышал. Демон недовоплощенный. Сам наполовину нечисть и сражаюсь с порождениями бога-отступника. Только не спрашивай, как меня угораздило. Все равно не отвечу.

В голосе Рикки за показным весельем неожиданно прозвучали горечь и боль. Я приподнял бровь, ожидая продолжения, но его не последовало.

– Почему бог-отступник так жаждет твоей смерти? – спустя минуту осмелился я нарушить затянувшуюся паузу. – Ты ему насолил как-то в прошлом?

– О да. – Рикки кивнул. – Очень сильно насолил. Не позволил воплотиться в этом мире. И отказался служить ему. Только не думал, что он втянет в наши разборки совершенно постороннего человека. Как-то мелочно это для божества.

«Мелочно? – гневно фыркнул внутренний голос. – А как еще мне до него добраться? Боги не вмешиваются в дела смертных напрямик. Только посредством таких же смертных. Вот и пришлось искать приемлемые способы для сведения счетов».

Я сгорбился за столом, спрятав в ладонях лицо. Демоны, мне ведь нравится Рикки. И я обязан его убить? Безумие. Мне совершенно не хочется с ним сражаться.

– Забавно. – Рикки провел пальцами по столешнице, смахивая на пол хлебные крошки. – Мне тоже не хочется убивать тебя. И я рад, что хоть в этом мы не противоречим друг другу.

Я встал с кровати и подошел к зеркалу. Провел расческой по волосам, разглаживая мокрые патлы. Недовольно почесал щетину. Н-да, такими темпами я скоро бородой обзаведусь. Вряд ли Флокса одобрит это. Ей никогда не нравились мужчины с растительностью на лице.

– Так как ты умудрился связаться с богом-отступником? – В отражении зеркала я видел, как Рикки откинулся на спинку стула, наблюдая за мной.

– У меня не было другого выбора. – Я пожал плечами. – На кону стояла жизнь Флоксы. И жизнь Лантия.

– Лантий – это Магистр гильдии наемных убийц? – уточнил Рикки и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Флокса часто думает о нем.

После его слов я с такой злостью сжал расческу, что чуть не сломал ее.

– О-о-о, не беспокойся. – Храмовник рассмеялся, заметив это. – О тебе она думает намного чаще. И… Не знаю, вправе ли я тебе говорить, но ей очень нравится, что ты ее ревнуешь.

– Я ее не ревную, – мрачно пробурчал я. Рикки с насмешкой вскинул брови, и я поправился: – Ну, может быть, совсем капельку. Но хватит об этом. Мои личные проблемы тебя не касаются. Когда ко мне в голову заявился бог-отступник со своим щедрым предложением, мое положение было весьма удручающим. Впрочем, как обычно. И я не знал, кого должен буду убить. Он сказал – обычного мальчишку, которого я не знаю. Это ничем не отличалось от любого другого заказа.

– Но сейчас ты не хочешь его исполнять, – дополнил за меня Рикки. Встал и неспешно прошелся по комнате, скрестив за спиной руки. Остановился около окна и задумчиво тронул занавески. – Скажи, Шени, а ты никогда не думал о смене профессии?

– О смене профессии? – переспросил я. – Какую именно ты имеешь в виду? Библиотеку или…

– Все сразу. – Рикки повернулся ко мне и прислонился спиной к подоконнику. – Поменять весь свой образ жизни. Бросить и библиотеку, и гильдию. Начать все с чистого листа.

– И чем я буду заниматься? – Я с недоверием усмехнулся. – Разводить цветы? Попрошайничать на площади около городской ратуши? Или, быть может, отправлюсь искать себе богатую вдовушку, чтобы очаровать ее и провести остаток жизни в праздности, заплывая жиром, а в удобные моменты щупать пышногрудых служанок, зажимая их в укромных уголках подальше от сварливой супруги? Хм…

На этом пункте рассуждений я запнулся. Неуемное воображение мигом нарисовало соблазнительную картину подобного времяпрепровождения. И потом, кто сказал, что вдовушка обязательно будет старой и некрасивой? Вдруг мне повезет, и я женюсь на молоденькой хрупкой девушке, очень застенчивой и тихой, которая никогда не осмелится и слова сказать против мнения драгоценного мужа. Не то, что одна моя знакомая, пускающая кулаки в ход по любому удобному поводу и без оного.

– Мечтать не вредно. – Насмешливое замечание Рикки вырвало меня из плена сладких грез. Храмовник покачал головой при виде моей недовольной физиономии и настойчиво продолжил: – И все же, Шени, неужели тебе нравится быть наемным убийцей? Выслеживать добычу на ночных улицах города? Жить в страхе, что рано или поздно твой маскарад откроют? Бояться даже любимой девушки и планировать ее убийство в случае, если она догадается, кем ты являешься на самом деле?

– А какая у меня есть альтернатива? – взорвался я. – Отказаться от всего этого, превратиться в добропорядочного горожанина и уже через пару месяцев отупеть до безобразия? Да, я осознаю, что часто поступаю дурно. Но… Только постоянная опасность и танец на грани позволяет ощутить всю прелесть этого мира. Впрочем, кому я это объясняю. Вы, храмовники…

Тут я запнулся, прикусив язык. Нет, пожалуй, не стоит продолжать. Вряд ли Рикки обрадуется, узнав, как на самом деле я отношусь к их святой братии.

– Ну и почему ты остановился? – спокойно поинтересовался тот. – Что ты хотел сказать? Только не увиливай, прошу!

Я пожал плечами. В принципе, чего мне бояться? Рикки и так знает обо мне достаточно, чтобы при желании приговорить к самой страшной смерти и саморучно привести приговор в исполнение. Несколько фраз ничего не изменят.

– Вы, храмовники, слишком много на себя взяли, – проговорил я, глядя ему прямо в глаза. – По какой-то причине решили, что только вы имеет право играть роль хищников в этом мире. Все несогласные с вами моментально попадают на костер как еретики, если не хуже. А ваши эксперименты? Кто дал вам право издеваться над природой и мучить людей, зачастую невинных и попавших в ваши лапы по ложному навету слишком завистливых соседей? Да, я убийца. Но я никогда не брался за выполнение заказа, если он противоречил моим убеждениям. И я никогда не тягался с богами, перекраивая живых и мыслящих существ на свой лад, пытаясь вывести новое создание. Что вы за люди такие? И люди ли вообще? Как там в твоем храме любят говорить? «Чтобы бороться с нечистью, надо самому уподобиться ей». Много ли в тебе осталось человеческого? Или прав был бог-отступник, назвав тебя полудемоном?

– Довольно!

Мне хватило смелости выдержать полыхнувший от ярости взгляд храмовника. Рикки с такой злостью саданул кулаком по подоконнику, что стекла жалобно зазвенели. Прозрачные голубые глаза храмовника потемнели от гнева. На миг показалось, что он не выдержит и прямо сейчас бросит мне вызов по всем правилам. Что же, может быть, оно и к лучшему. Рано или поздно нам все равно придется скрестить мечи.

Рикки отвернулся, пряча от меня свое искаженное бешенством лицо. Некоторое время смотрел во двор, наверняка ничего перед собой не видя. В комнате повисла такая плотная осязаемая тишина, что от нее зазвенело в ушах.

– Я действительно полудемон, – наконец хрипло начал Рикки. Откашлялся и продолжил более уверенно: – Мой отец… Он тоже был храмовником бога-сына. И он участвовал в одном из тех экспериментов, о которых ты говорил с таким возмущением. Правда, не поставив в известность мою мать, и в итоге она погибла при моем рождении.

Пальцы Рикки, которыми он опирался на подоконник, ощутимо задрожали при этом признании, и он поспешил сжать кулаки, убирая это свидетельство своих эмоций.

– Из меня хотели вырастить идеального убийцу, – негромко продолжил юноша. – Демона, не ведающего страха и жалости. Непобедимого воина, борющегося против врагов храма. И я убивал, Шени. Убивал с самого раннего детства, щедро кормя мрак в своей душе страхом и болью жертв. К чему скрывать, я и сейчас люблю убивать, хотя каждая смерть уничтожает во мне частичку человеческой души и приближает к неминуемому поражению.