"Фантастика 2023-185". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Вайнин Валерий - Страница 209

Вот и дорога, ведущая к ментовской зоне. Подольский ехал в переднем микроавтобусе и не забывал зорко посматривать по сторонам. По правую сторону сплошной каменный забор, огораживающий территорию автопредприятий и строительных организаций. Слева — лесопарк, через который они не так давно проходили.

На секунду показалось, что и тут не все чисто — лесок не пуст! Но капитан решил пока не придавать этому значения — цель близка, ею и следует заняться в первую очередь. А потом уже можно будет проверить окрестности.

Метров за пятьдесят до въезда в колонию автоколонна остановилась. Бойцы выгрузились, подготовили оружие к бою. Подольский приказал двум отделениям автоматчиков следовать за ним, остальным во главе с Рылеевым ждать сигнала.

Разведчики побежали вперед, затем сошли с дороги и вдоль забора принялись скрытно подбираться к воротам. Все ближе и ближе бойцы к цели… Вот и ворота — точнее, их полное отсутствие. Металлические створки, покореженные и сорванные с петель, валяются рядом — как видно, понадобилась нечеловеческая сила, чтобы сделать это.

Командир поднял руку: внимание! Затем подал знак: двое со мной, остальные ждут. С оружием наготове трое просочились внутрь. Быстро осмотрелись: вокруг никого. Зато вид колонии изнутри озадачил их, если не сказать — потряс… Перед ними предстала картина полного разгрома. Многие постройки разрушены, в других двери выломаны, стекла во всех окнах выбиты. Словно по колонии прошелся ураган, круша и ломая все на своем пути. А вот трупов отчего-то не наблюдалось — вообще никаких, ни своих, ни врагов.

Подольский свистнул остальным: сюда! Когда два десятка вооруженных людей очутились внутри зоны, капитан обвел рукой строения:

— Проверяем все, если замечаем врага — ликвидация по полной. Противогазы не снимать. Первое отделение под командованием сержанта Степанова осматривает промзону. Второе — за мной!

Капитан с бойцами рысцой двинулись к жилой зоне.

Приближаясь к ограде, разделяющей колонию на два сектора, — местами поваленной и поломанной, местами сохранившейся, — люди Подольского все четче различали следы погрома. Бараки тоже не избежали разрушения. Оконные решетки вырваны с мясом, дверей вообще не видно, площадки перед постройками густо усеяны щебнем, битым стеклом… А посередине площади высились… Сначала их приняли за горы мусора. По мере приближения к ним бойцам показалось, что это штабеля дров. Ну, а когда подошли совсем близко, вид у всех был слегка охреневший. Уж чего только не насмотрелся за свою бурную жизнь капитан спецназа Подольский, но и у него, битого-стреляного вояки, отвисла челюсть.

Двумя пирамидами возвышались выложенные ровными рядами груды человеческих тел. Вернее, не только человеческих, но и тех существ, что они покрошили намедни. Зомби!.. Теперь уже окончательно мертвые — мертвее не бывает. По первым прикидкам — сотни две или даже три…

Бойцы переглянулись, посмотрели на командира. Голос Подольского из-под противогаза донесся приглушенно:

— Никому не приближаться к трупам. Обследуйте бараки — только осторожно.

Спустя четверть часа стало ясно, что зона пуста. Разгромлена и выпотрошена — но пуста. Капитан по рации связался с основным отрядом, приказал выдвигаться на объект. Когда отряд прибыл, Подольский указал Рылееву на горы трупов:

— Они облегчили нам работу.

— Да уж, картина… Будем жечь? — спросил тот.

— Да. Обложить их всем, что горит, основательно полить солярой и… «Ахмет, поджигай!» То же самое проделать с бараками и администрацией. Выжечь тут все на хрен!..

Капитан отдал приказ выставить дозоры перед колонией — у въезда и чуть дальше, возле машин. Было ясно, что оставшиеся в живых зомби — без малого четыре сотни уродов — где-то поблизости. Поэтому ухо нужно было держать востро. Далеко они уйти не могли. На проспекте все было чисто — не считая леска возле цирка, но там четыреста монстров не спрячутся. Остается…

— Да! — в ответ на свои мысли произнес вслух Подольский, наблюдая, как бойцы занимаются делом, выполняя его приказ: таскают обломки досок, фанеры, куски разного брошенного тряпья и даже пустые пластиковые баллоны — и все это кидают к зловещим штабелям из мертвых тел.

Теперь-то он иначе воспринял слова Зверева о ясновидении Алексея. Не то чтобы пожалел, что Меркурьева нет рядом, — по складу характера Валерий был не из тех, кто горюет над своими решениями и поступками. Просто он понял, что дело серьезнее, чем ему представлялось до сих пор, хотя после боя на зоне, казалось бы, куда уж серьезнее…

А Меркурьев тем временем уединился в подземном хранилище, тайком улизнув туда ото всех, даже от Светы. Ему надо было побыть одному и подумать хорошенько.

Он чувствовал, что в нем, в его душе и организме, происходит что-то необычное. Прежде всего — редкостный прилив сил. Он не ощущал той тягомотной усталости, что обычно преследует людей. И совершенно перестало болеть колено, когда-то поврежденное на спарринге. Конечно, с тех пор прошли уже годы, и колено не то чтобы болело, но иногда неприятно напоминало о себе — то при быстрой ходьбе, то вдруг начинало ныть в плохую погоду… А теперь — как новенькое! Будто никакой травмы и не было.

Чудеса!

Алексей встал в боевую стойку и резко махнул ногой, имитируя боковой удар в голову, — отлично! Лучше не бывает.

Ну, так, казалось бы, живи да радуйся… но Меркурьев что-то не радовался. Слишком уж при тяжких обстоятельствах открылись в нем эти жизненные резервы. Хотя… не будь этих обстоятельств, глядишь, резервы и не открылись бы вовсе, а?

— Диалектика, — сказал Алексей вслух и огляделся зачем-то.

Тихо было вокруг, тихо и почти темно. Тускло горели редкие лампочки аварийного освещения — генератор крутился на малых оборотах.

Но почему же тогда у других такого включения резервов не наблюдается? Выходит, что же… он, Алексей Меркурьев, чем-то отличается от большинства людей?.. А может быть, от всех?! И нужна была только встряска в виде экстремальной ситуации, дабы пружина, свернутая в глубинах Алексеева генома, хлестко развернулась с выбросом какой-то самому ему не ясной еще энергии?..

Так. Меркурьев остановился, невидящим взором уставясь в стену. А если так, то это значит, что он, Алексей Меркурьев, предназначен для достижения некоей цели, пока тоже неведомой? И та энергия, та сила, что родилась в нем, — она ведет его к этой таинственной цели?..

Разволновавшись, Алексей заходил кругами по коридору — тень его то чудовищно вздымалась к потолку, то опадала на пол. Он этого не замечал. Волнение вдруг раздвинуло стены — пространство сбежалось сюда, и Меркурьева на миг коснулось то, что отдалено километрами. Он вздрогнул — то была ментовская зона и бойцы Подольского, чутким кошачьим шагом, с автоматами навскидку держащие под контролем каждый свой сектор.

Виденье мигнуло и пропало — вот и нет его. А есть прохлада подземелья, полутьма и одинокий человек… Хотя, какого черта одинокий! Теперь этот меняющийся мир будто бы прирастал к Алексею… а может, и наоборот: невидимые нити исходящих от него энергий проникали в мир, охватывали, ощупывали, принося прямое знание. И в данном случае знание было не плохое — ни тревоги, ни оторопи, ни страха Алексей не испытывал. Все ровно. Ну и слава богу!

Значит, все у Валеры и его коммандос должно быть тип-топ. И сегодня все вообще должно сложиться хорошо. И всю эту ораву зомби они расплющат в жесть. Только…

Только вот проку от этого немного. А если вправду, то никакого. Эти несколько сот особей — всего лишь одна точка огромного растущего организма, призрачного, но совершенно реального… Одна функция Роя! Чепуха. Ему на эту точку плевать. Конечно, Подольский в чем-то прав, решив уничтожить толпу этих жутких существ. Но по большому счету это не изменит ничего.

Впрочем, и сам-то он, Меркурьев, только сейчас понял это…

Алексей поймал себя на том, что он думает о Рое как о вполне конкретном субъекте — привычно, деловито, будто вот он, Рой — его давний знакомый. Как странно!..