"Фантастика 2023-185". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Вайнин Валерий - Страница 276

В новом самолете второй пилот чувствовал себя комфортно, впрочем, как и весь экипаж. Не так давно самолетный парк спецотряда обновили — к отечественным Ил-96-300 и Ту-214, предназначенным для длительных перелетов и рассчитанных на большое количество пассажиров, присоединились закупленные за рубежом, преимущественно во Франции, самолеты других, небольших классов. К примеру, «Фалькон-50» класса супермедиум-джет. Сегодня они летели как раз на «Фальконе». Максимальное расстояние полета — 6000 километров, вместимость — до десятка человек. То, что нужно для перевозок ВИП-клиентов в пределах страны. Не каждый ведь аэродром сможет принять крупные лайнеры. И потом, какая экономия топлива!

На такой машине и штурман-то с радистом не нужны. Так что весь экипаж, кроме двух бортпроводников, состоял из капитана, второго пилота и бортинженера. Связь обеспечивали сотрудники охраны.

Полстраны миновали без проблем. А на подлете к Уральским горам случилось непредвиденное. Командир, еще минуту назад травивший анекдоты, внезапно откинулся на спинку кресла, сорвал наушники и захрипел.

Токтамышев перепугался не на шутку. Конечно, они прошли специальную подготовку и в общем-то были готовы к таким вот нештатным ситуациям. Но то в теории и во время тренировок. А здесь все происходило в реальности. Командиру стало плохо — было похоже на сердечный приступ.

Странно — перед полетом они все прошли обычную проверку, медосмотр. Все было в порядке, никаких тебе отклонений. И вот…

Токтамышев включил бортовой селектор:

— Внимание! Нештатная ситуация. Охрану срочно в кабину пилотов!

Телохранители Премьера и проводники влетели в кабину через две секунды:

— Что тут у вас?!.

— Первому пилоту плохо, — кивнул влево Токтамышев. — Сердце, судя по всему…

Здоровенные парни мигом перетащили отрубившегося летчика в салон. Тут же к нему кинулся врач, всегда летавший с ними, когда везли первых лиц. Подключили приборы, принялись делать дефибрилляцию.

Второй пилот занял место командира. Самолет ни на секунду не должен оставаться без присмотра — несмотря на автоматическое управление. Евгений с тревогой подумал о товарище: как он там, очухается ли? Надо его в больницу нормальную, есть ли там такая?.. Да уж надо полагать — для личного пилота Премьера губернатор поднимет на ноги всех своих лучших медиков!.. Ну ничего, недолго осталось, подлетное время примерно десять минут. Через минуту пролетят над невысокими вершинами Уральского хребта…

И в этот момент в глазах у него померкло.

За день до вылета Токтамышев с семьей поехал на своем «мицубиси-паджеро» в огромный торговый комплекс «Метро», расположенный неподалеку от их дома. Продуктов набрать, присмотреть кое-что из одежды дочкам, ну и так, по мелочи.

Чтобы обойти весь гигантский маркет да еще все осмотреть — наверное, день понадобится. Они уже час блуждали по залам и торговым галереям. Жена с двумя девчонками пошла в отдел детской одежды, а глава семейства направил стопы в секцию, где продавались рыболовные принадлежности — была у него такая страстишка рыбацкая. Не спеша осмотрел прилавки, прицениваясь к снастям. Долго выбирал, потом решил потратиться — купил себе спиннинг японского производства. Хотя черт их знает — написано-то «Made in Japan», а сделано наверняка где-то в Китае… Глобализация, чтоб ей пусто было!

Потом вышел в проход, посмотрел в сторону детской секции — жена с дочками еще не нарисовалась на горизонте. Тут его внимание привлек какой-то мужик в плаще и шляпе — выглядел он несколько старомодно, но чего в первопрестольной только не носят… А этот пижон — ну вылитый дон Педро!.. Из фильма этого, то ли испанского, то ли бразильского.

И тут внимание пилота привлекла цепочка — по всей вероятности, золотая, которую принялся крутить этот хлыщ. На конце ее висел кулон в форме золотистого обруча, а в него вправлен камень — кристалл. И так этот кристаллик ярко светился, такие излучал световые блики, играл всеми цветами спектра, что Евгений, позабыв обо всем на свете, зачарованно уставился на него.

И выпал на мгновение из реальности. Но этого мига хватило, чтобы незаметно приблизившийся к нему вплотную незнакомец быстро и тихо произнес: «Иди в туалет!» И был таков.

— Папа, папа! — кто-то дергал его за рукав куртки.

Он встрепенулся, очнулся и непонимающе уставился на дочек, теребивших его с радостными личиками. Как же — они ведь с покупками!..

— Милый, с тобой все в порядке? — удивленно заглянула ему в лицо жена.

— Что? А, да, нормалек… А почему ты спрашиваешь?

Жена пожала плечами:

— Просто вид у тебя такой, будто ты увидел инопланетян.

Он рассмеялся, подхватил обеих девочек на руки, поднял и закружился, отчего те весело завизжали.

— Ну ладно, — Евгений поставил их на место, — папе нужно на минутку отойти. — И он многозначительно повел бровями, показывая жене на видневшиеся в стороне двери общественных уборных.

— Я сейчас, — уже на ходу крикнул он, направляясь в ту сторону.

В мужском туалете было чисто и пустынно. Евгений подошел к писсуару, но вдруг понял, что ему совершенно не хочется. Тогда он шагнул к умывальнику, сполоснул руки, глянул на себя в зеркало… мда, взгляд и впрямь какой-то рассеянный. Такой у поэтов бывает, когда те в творческой отключке. У него был один приятель в детстве — только поэзией и жил, все разговоры исключительно о Пастернаке, Блоке да Ахматовой… И сам стишки кропал. Где-то их даже печатали.

Тут он вздрогнул, так как в уборную вошел давешний странный мужик — дон Педро, как его успел окрестить про себя пилот. «Пижон» даже не взглянул в его сторону, подошел к зеркалам и достал из кармана плаща ту самую цепочку с кулоном. Кристалл вспыхнул всеми цветами радуги.

И вновь дальнейшее выпало из памяти Токтамышева. Он не видел, как еще один неприметный мужчина вошел в уборную, перекинулся с «пижоном» многозначительным взглядом и встал у двери. Не видел и не почувствовал, как «пижон», достав короткий шприц, подскочил к нему, застывшему в ступоре, задрал рукав куртки и впрыснул в вену какой-то желтый раствор. А затем произнес несколько фраз — четко, раздельно, ясно. Твердым, приказным тоном. После чего оба ретировались.

Вот и все…

Секунд через десять Евгений очнулся. Посмотрел на свое отражение. Странно… Как будто провалился в мимолетное забытье что ли?.. Или просто задумался. О чем?.. А бог его знает — мысль тут же упорхнула. Ну и ладно, чего тут мозги морочить, нужно к своим возвращаться, а то небось уж заждались, домой хотят.

Экипаж правительственного самолета, конечно же, пасли спецслужбисты, но не так уж плотно. И делали это только перед полетом. За вторым пилотом и бортинженером вообще не было наружного наблюдения. Правда, все телефоны прослушивались — и членов семьи тоже. А вот за командиром наружка была, прикрывали его на всякий случай — все же капитан воздушного судна. Но делали это ненавязчиво.

Поэтому, когда летчик после вечернего выезда из дома подрулил на своей «бэхе» к бильярдному клубу, где он обычно гонял шары до полуночи, двое агентов так и остались в машине, решив не светиться понапрасну. Так ведь всегда было.

Но на этот раз они допустили серьезный промах. Ибо внутри клуба с их подопечным произошло то же, что и с его товарищем несколькими часами ранее в гигамаркете. Только никто ничего пилоту первого класса не говорил. Просто в состоянии транса, когда человек ничего не понимает и впоследствии не помнит об этом, ему впрыснули некоторое количество жидкости совсем иной окраски. Гарантированно через двенадцать часов должна была произойти закупорка сосудов сердечного клапана и… разрыв аорты, ну и далее летальный исход.

Те, кто это организовал, обдумали все возможные варианты. Проще было бы запрограммировать командира корабля, но собранные сведения говорили об одном: наиболее подходящая, то есть гипнабельная, кандидатура — второй пилот. Пришлось импровизировать на ходу.