История черного лебедя (ЛП) - Крейг К. Л. - Страница 68

Я стону, когда она отстраняется, но я так загипнотизирован любовью, сияющей, как звезды в ее глазах, что не могу пошевелиться. Или дышать. Я едва могу даже думать, когда она проводит пальцем по моей щеке. До этого момента даже не понимал, что она снова мокрая.

— Я думала, что любовь Киллиана повлияла на меня, но твоя любовь изменила меня навсегда. Мне так жаль, что потребовалось так много времени, чтобы понять это.

О черт… Это было довольно глубоко и романтично.

Я больше не могу выносить расстояние между нами. Обхватываю ее руками и цепляюсь за нее изо всех сил, черт возьми. И она тоже.

Моя Маверик.

Мой Лебедь.

Моя жена.

***

Мы с Мавс были в разлуке ровно шестнадцать дней, двенадцать часов и семь минут. Я знаю это, потому что не мог перестать считать этих ублюдков, когда моя жизнь казалась размытой без нее. Затем, ровно шестнадцать дней, двенадцать часов и восемь минут спустя, она возвращается в мои объятия.

Последние два дня я говорил на работе, что заболел, чего никогда раньше не делал. Мы не выходим из гостиничного номера. Спим дни напролет и разговариваем ночи напролет, пока у нас не начинает болеть горло. Она рассказывает мне все. Кое-что из этого шокировало. Кое-что нет.

Тот факт, что Киллиан попросил ее бросить меня ради него? Не шокирует.

Тот факт, что она выбирает меня? Откровенно говоря… Я все еще пытаюсь осознать это.

Тот факт, что она поцеловала его в Харбор-парке? Обидно, но не шокирующе. Думаю, в каком-то смысле ей нужно, чтобы «Конец» был написан, и она смогла бы навсегда закрыть эту книгу.

Но откровение о том, что Арни Шепард является отцом ребенка Джиллиан? Как будто электрошокер со всей силы ударяет меня по заднице. Я не предвидел, что это произойдет. Должен отдать должное Киллиану, он жертвует многим, нет, он пожертвовал всем, чтобы спасти человека, который этого не заслуживал. Но я понимаю, почему он это сделал.

Честно говоря, мне хотелось бы думать, что если бы я был на его месте, то принял бы то же решение, ту же жертву. Но я не уверен, что сделал бы это. Он самоотверженно отказался от Маверик. Хотя должен был знать, что рискует потерять ее навсегда, но все равно сделал это. И я знаю, каково это, знать, что она не твоя. За эти годы мы слишком много раз оказывались на месте друг друга, чтобы сосчитать, поэтому, несмотря на то, что он пытался увести ее у меня из-под носа, я всегда буду испытывать к нему определенное уважение.

Маверик вздыхает, прижимаясь ко мне и бормоча что-то во сне. Она устала после того, как я провел последние три часа, насыщаясь ею. Ее колено задевает мой член, и он тут же начинает приподниматься. Я хочу разбудить ее и пройти еще пару раундов, моя потребность в ней безумна после столь долгой разлуки.

Но мне самому нужно немного отдохнуть. Завтра у нас будет насыщенный день. Я беру отпуск до конца недели. Не круто, всего через пару недель на работе, но Гейлен настоял, очень настойчиво, чтобы я был со своей женой до конца недели и перестал притворяться, что у меня гребаный грипп.

У меня складываются довольно дружеские отношения с моим новым боссом, который уже несколько месяцев уговаривал меня уйти из компании отца Маверик. Мы подружились после встречи в баре на конференции два года назад. В конце концов я рассказал ему о своей ситуации с Маверик и Киллианом. Он был тем, кто заставил меня понять, что отъезд из Дасти Фаллс является моим единственным вариантом спасти свой брак. В противном случае, не уверен, что стал бы рассматривать это предложение, зная, как это расстроит Маверик. В городе нашего детства много хороших воспоминаний, но плохие начинали затмевать их. Я пришёл к пониманию, что он прав.

Когда стало ясно, что Киллиан не собирался отпускать ее после развода с Джиллиан, я должен был вытащить нас оттуда. Это единственный эгоистичный поступок, который я совершаю в своей жизни, но сделал бы это снова и снова. Это не для того, чтобы хранить секреты от Мавс, а, чтобы сохранить ее. Я бесконечно рад, что она простила меня за то, что я не доверился ей. Могу лишь сказать, что я был мужчиной, ослепленным, буквально ослепленным, любовью к женщине. Она повлияла на мое зрение всеми мыслимыми и немыслимыми способами.

Так что завтра мы отправляемся на поиски дома и начинаем планировать нашу новую жизнь в Миннесоте. Вместе. И никто и ничто больше не отнимет ее у меня.

Глава 31

Настоящее

Маверик

Я падаю.

Здесь так темно, что я ничего не вижу, когда падаю мимо ничего и всего.

Я падаю…

…и падаю…

… и продолжаю падать, зная, что в любую секунду достигну дна.

Но я этого не делаю. Просто продолжаю падать.

Я заблудилась. Такая потерянная.

Такая одинокая и такая потерянная.

Почему я так одинока?

Я слышу свое имя. «Маверик». Не знаю, откуда это. Но слышу это снова. Так срочно, требовательно. «Маверик». Открываю глаза шире. Пытаюсь понять, кто мне звонит, но это бесполезно, поэтому я снова закрываю их и просто жду, когда наступит конец.

Потом меня начинает трясти. Жжение вспыхивает в моей щеке, медленно вытаскивая меня из того ужаса, в который, как я думаю, превращается моя жизнь.

— Маверик!

Я моргаю, открываю глаза и понимаю, что все это мне приснилось. Это казалось таким реальным. Казалось таким реальным. Черты лица в двенадцати дюймах от меня постепенно становятся четкими, и я вижу милое лицо единственного человека, которого хочу видеть.

— Мэри-Лу, — всхлипываю я, вспоминая, где я и почему сижу в темной часовне. — Ты здесь. — Я вскакиваю и обнимаю ее. — Ты здесь, ты здесь, — продолжаю повторять я.

— Я здесь, — повторяет она в ответ. Затем отстраняет меня. Это требует больших усилий, потому что я держусь за нее так, как не держалась ни за что раньше. Крепко схватив меня за руки, она оказывается прямо перед моим лицом. Удостоверяется, что я внимательно слушаю.

— Он жив, Маверик. Он выкарабкался после операции.

Мгновенные рыдания сотрясают меня.

— Он жив?

— Он жив!

— Он жив, — повторяю я. Отрицание и восторг яростно сражаются.

Неужели мой разум играет со мной злые шутки? Неужели я все еще сплю?

— Да. Он выздоравливает, и его переводят в отделение интенсивной терапии. Они сказали, что следующие пару дней будут критическими, но пули чудесным образом не задели его жизненно важные органы. Он жив. Он выкарабкается. Я это знаю.

— Он жив, — бормочу я. Затем мое тело реагирует. Я встаю с этой скамьи. Смутно понимаю, что старуха ушла, но мне все равно. Я толкаю двери часовни и бегу по коридорам. Заставляю лифт подниматься быстрее, все время напевая себе под нос…

— Он жив.

— Он жив.

— Он жив.

Я кладу руку в защитном жесте на свой живот и шепчу крошечной жизни, растущей внутри меня. Той, о которой я только сегодня утром узнала. Я шепчу.

— Папа жив.

Глава 32

Настоящее

Кэл

Каждая чертова часть меня болит. Горит в этом ублюдочном в огне.

Моя голова.

Моя кожа.

Кончики моих пальцев и тыльная сторона моих коленей.

Мое гребанное сердце чувствует себя так, словно оно работает сверхурочно, чтобы я протянул минуту другую.

Похоже, что мои веки сделаны из наждачной бумаги. И я не могу получить никакого облегчения.

— Кэл, — тихо зовет знакомый голос.

Боже, этот голос.

Этот навязчиво красивый гребаный голос.

Моя кожа горит там, где чья-то рука теперь лежит на моем плече, нежно поглаживая. Это ее прикосновение. Я бы узнал его где угодно.

— Кэл, пожалуйста, открой глаза, — уговаривает она.

Нет. Не могу этого сделать. Я не открою глаза и не буду смотреть, как она исчезает, как это было много раз до этого.

Далекий, непрекращающийся звуковой сигнал пытается снять еще один слой моей фантазии, снова погружая меня в ужасающую реальность. Ту, в которой нет Маверик. Я цепляюсь за свой выдуманный мир еще немного. Раздается шорох, а затем тепло разливается по моим венам, заставляя меня онеметь изнутри.