Вторая в Семье - Смирнова Наталья Сергеевна - Страница 46

Что странно, но и старые друзья Дайян не подкачали.

Как рассказывал всё тот же Дэшэролл, ребята и словом не обмолвились о личности теневого волка.

Мать Бэтси Праллен заявила, что у дочки сильный стресс и о случившемся она ничегошеньки не помнит.

Крэшлвейнс Молтинайт признался, что на своём дне рождения слегка перепил, поэтому сам не уверен, что из того, что он видел, было настоящим, а что нет.

Нирина Коу утверждала, что почти всё время заключения в камере она спала, так как накануне очень волновалась перед праздником и бодрствовала всю ночь, приводя свой наряд в совершенство.

А Раен Коу… После того, как трое следователей отказались брать у этого парня показания, за дело взялся сам Эрик Лоун. И когда на вопрос: где вы были вечером такого-то числа, парень меланхолично поинтересовался "А собственно где?", глава Службы Безопасности тут же запросил личную характеристику на старшего отпрыска Коу и, перечитав её, пришел к выводу, что от этого человека он ничего не добьется, кроме головной боли. Уже чуть позже начальник отдела по Борьбе с Запрещённой Магией жаловался Дэшэроллу, что с удовольствием бы применил на каждом из этих представителей золотой молодежи Зеленограда гипноз или одно-другое пыточное заклинание, но, увы и ах, родители этих «детишек» за подобное самоуправство живьём с него шкуру сдерут…

Поэтому девушку не заботили местные власти. Но Рэн вполне резонно опасалась, что встречи с ней будет искать Крэш. Она уж не знала, какие у него произошли помутнения, но парень настойчиво её искал. И бывшему теневому волку оставалось скрываться, мечтая поскорее убраться из города.

Рэн застегнула свой пепельно-серый плащ до самого горла. Ветер усиливался, кидая в девушку хлопья мокрого снега. Маг задерживался. Где-то в глубине души она надеялась, что парень не придет. Последние дни Рэн только и делала, что пыталась как-то разобраться в себе. Слова старшей сестры — да не оставит её Геката на трудном пути — очень сильно задели. Ведь жизнь снова сделала невероятный кульбит и перевернулась с ног на голову. Переоценка ценностей не заставила себя долго ждать.

Девушка долго старалась понять своё отношение к Хранителю. Почувствовать ненависть к этом человеку… или признательность? Но — ничего. Мужчина не вызывал к себе каких-либо эмоций. По всему выходило, тот странный порыв в подземелье действительно шёл от Тьмы.

Тьма… Вот на Неё у Рэн затаилась серьезная обида, хотя спрашивается: как можно обидеться на то, что является чем-то бестелесным и неодушевленным? Если Она действительно обладала подобием интеллекта, то понимала ли Тьма, что своим желанием немедленно воссоединиться с Хранителем оборвала чью-то жизнь? Или люди так и остались для Неё лишь средством выживания без отсутствия своего хозяина?

Раздались шаги, и Рэн осторожно высунулась из своего укрытия. Не ошиблась, звук сапог принадлежал Дэшэроллу, а вот ножки его спутницы, несмотря на высокие каблуки, не издавали никаких звуков. В первое мгновение девушка замешкалась, но сразу же признала в незнакомке очень даже знакомую эльфийку.

Приветствие заняло пару минут, после чего маг не стал разводить прочие церемонии, а безапелляционно заявил:

— Ты должна пойти на свадьбу отца.

— Я ему ничего не должна! — Слишком резко выпалила Рэн.

— Он твой отец.

— А вот и нет. Он от меня отказался. И от матери. От нас всех, понимаешь? — Девушка не собиралась плакать, но слёзы навернулись как-то сами собой. — Мэллиандра мертва, а он свадьбу ни на денёк не перенёс.

Если у Рэн и были какие-то надежды с помощью слёз убедить мага, чтоб он не заставлял её идти и на праздник, то они тут же рассыпались от его командного тона:

— Это будет честно. Он должен всё узнать. Пойми, тебе же легче станет.

Мариоль не вмешивалась, тоскливо наблюдая за препирательствами возлюбленного и девушки с необычной судьбой.

— Ну, знаешь, — внезапно возмутилась Рэн, блестевшие слёзы мигом испарились у неё из глаз. — Не надо сваливать на других свои проблемы.

— Что? — Удивленно переспросил Дэшэролл.

— А то! — Фыркнула девушка. Определённо ликвидация Тьмы придала вспыльчивость её характеру. — Если у тебя какие-то… эти… — как там их? — а, вспомнила. Если у тебя какие-то комплексы из-за того, что собственные родители уделяли тебе в детстве мало внимания, то не надо… проецировать свои чувства на меня, таким образом решая свои проблемы! — Снова, не задумываясь, высказалась девушка и тут же об этом пожалела, представив, как разозлится Дэшэролл, если она и вправду оказалась права.

Маг не стал злиться, как и продолжать спор. Он просто ответил:

— Ты не права. — И уже обращаясь к своей спутнице: — Пойдемте сиятельная.

Мариоль отрицательно покачала головой. Только сейчас Дэшэролл заметил, что она всю дорогу вела себя как-то тихо. С Рэн всё ясно, потеря Тьмы сильно подействовала на её душевное равновесие, но что случилось с эльфийкой? Её-то какая муха укусила?

— Госпожа посол? — Уже как-то неуверенно уточнил маг. Дайян, собиравшаяся уходить, нерешительно остановилась. Похоже, девушку тоже волновало непонятное поведение представительницы правящего Дома.

— Я не могу. — Тихо произнесла Мариоль. Она не смотрела в глаза Дэшэроллу, а только наблюдала, как белые снежинки медленно оседают на землю.

— Если это из-за Рэн, то она совсем не в обиде.

Девушка кивнула, подтверждая слова мага. Но эльфийка, поглощённая собственными переживаниями, его не услышала и продолжала говорить о своём:

— Я сегодня встретила твоего брата.

Как будто это что-то объясняет.

— Мы разговаривали о тебе, — пояснила женщина.

— И о чём этот мерзавец вам наврал?

— Ни о чём. Он не рассказал мне ни о чём, чего я и без того о тебе не знала или не догадывалась.

Парень искренне выразил свое недоумение:

— Тогда в чём проблема? К чему этот разговор?

— Я надеялась, что ошибаюсь, — горько усмехнулась Мариоль, все ещё не поднимая глаз на своего сопровождающего. — Не желала видеть истину. Убеждала, что просто себя накручиваю. А ведь раньше я никогда так упорно не занималась самообманом. Дэшэролл — ты человек, я — эльфийка. Люди и так живут не то чтобы долго, а ты к тому же и маг. Знаю, Дар позволяет протянуть время до смертельной старости одну-другую сотню лет, но это ложь. До такого возраста доживают считанные единицы. Только очень осторожные маги, прячущиеся в своих поместьях-убежищах или отшельники способны полностью использовать дарованные магией лишние годы жизни. К сожалению, ты не один из них. Даже если всеми силами я буду тебя оберегать, всё равно не буду уверена, что очередной день не отберет тебя у меня. Я не смогу так жить. Не смогу.

— Я способен себя защитить, — Дэшэролл постарался как-то разрешить неожиданно создавшуюся ситуацию. Несмотря на то, что Мариоль уже всё для себя решила, маг надеялся её как-нибудь переубедить. Не мог он сейчас её просто так отпустить. — Я же не совсем идиот, не стану рисковать понапрасну. Пусть не великий маг, но сил хватит выбраться живым из передряги. И…

Тут он хотел добавить, что полюбил её и сделает все для того, чтобы сделать эльфийку счастливой, но остановился.

Женщина опять мотнула головой, и словно прочитав его мысли, ответила:

— Если ты кого и любишь, так это свою работу. Вот твоя единственная и истинная любовь, и она не потерпит соперницы. Не найдет в твоём сердце места ещё для кого-то. — Тут Мариоль замолчала, набираясь сил сказать что-то очень важное и… болезненное для нее. Наконец, решившись, она взглянула Дэшэроллу в глаза. — Я тебе интересна лишь постольку поскольку. Если у тебя и есть ко мне какие-то нежные чувства, то только из-за того, что я временно являлась частью твоей работы.

Маг стоял как громом поражённый. Он никак не мог предположить, что сегодня нарвётся на выяснение отношений. Он был к этому не готов. Не готов! Что-то возразить было невозможно.

Если б эльфийка заплакала, как Рэн несколько минут назад, парень бросился бы её успокаивать и смог бы убедить Мариоль, что всё, что она тут наговорила, просто бред. Но госпожа посол, наконец, показала главные черты своей расы. Глаза её не блестели от слез, а голос не срывался на рыдания. Представительница Дома Летнего Дождя говорила жёстко, чётко и быстро, словно боялась не совладать со своими чувствами и сорваться.