Фантастика 2023-189". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Резанова Наталья Владимировна - Страница 121

— Что он думал, прах его побери? Что мы придем и наведем здесь порядок?

Это Селия вошла с метлой в руках. Поставила ее в угол.

Хьюг взглянул на нее и попятился.

— Привет, почтенный хозяин. Не бойся, я не улечу, — заявила она. Не дав Оливеру вклиниться, добавила, вытирая руки о вывешенное у очага полотенце: — Вот что, господа мои и нахлебники. Садитесь за стол, буду кормить вас обедом.

Поскольку Хьюг на двигался, Оливер взял его за плечо, подвел к столу и усадил. Старик покорно повиновался. Селия расставила миски и принялась разделывать жаркое из птицы. Оливер едва не спросил, какой, но это был явно не голубь. Хьюг не сводил глаз с ее рук, орудовавших ножом. Может, и впрямь боится? А ведь он не видел, как Селия обращается с оружием. Да, но он, верно, видел, как с ним обращается та женщина.

Они молча принялись за еду. Через некоторое время Селия спросила:

— Хозяин, а ты сам бывал в Заклятых землях?

Старик не ответил, хотя, безусловно, расслышал вопрос. Оливер повторил его. На сей раз ответ последовал:

— Нет. Никогда. Зачем?

— В самом деле, зачем? — фыркнула Селия, на что старик снова никак не среагировал.

— Но Заклятия же больше нет? Путь открыт? — спросил Оливер.

— Конечно, путь открыт, а Заклятия там. больше нет.

— Если его нет там, то где же оно? — Теперь уже Оливер не дал Селии вклиниться, поняв, что по каким-то своим причинам старик не хочет разговаривать с ней.

— Зачем ты спрашиваешь? — проскрипел Хьюг, отодвигая миску. — Ты же знаешь. — Он перевел взгляд с Оливера на Селию. — Кому знать, как не вам!

— Напомни мне, что я знаю.

— Здесь, конечно. И вы наконец его снимете.

— Нету здесь никакого Заклятия, — вмешалась все же Селия. — Если, правда, не считать Заклятием горы грязи, которые я отсюда выгребла.

— Почему ты считаешь, что мы в силах снять Заклятие? — продолжал Оливер. — Мы не колдуны, не маги, даже не Открыватели. Просто путники, случайно попавшие сюда.

— Кому же под силу снять Заклятие, как не тому, кто его наложил?

— Ты ошибаешься. На тебя никто не накладывал Заклятия. Это «песнь поношения», в ней нет ничего сверхъестественного.

— Нет, — упорствовал Хьюг. — Вы могли. Только вы могли. Вы сняли Заклятие оттуда, — он ткнул костлявой рукой в сторону, где, по его разумению, находились Открытые земли, — и перенесли его сюда.

— Еще того не легче, — сквозь зубы прошипела Селия.

— Вот видишь, — тихо сказал ей Оливер. — Он все воспринимает с этой точки зрения. Те люди, что смогли поломать его жизнь, по его мнению, были способны сотворить что-то и на Заклятых землях. Его не переубедишь.

— А если это правда? — мрачно осведомилась Селия. — Время-то совпадает. Заклятие было снято, как ты сам говорил, лет тридцать назад. Причем никто не может объяснить, в чем это заключалось.

— Зло было убито, — произнес Хьюг. — В одном месте убито, в другом родилось. Я не виновен!

— Угу. Мы все ни в чем не виновны, потому что Ева очень любила кушать яблоки. И, в отличие от Адама, который наверняка все сожрал бы один, не жадничала.

— Ты признаешь. — Это были первые слова, которые Хьюг обратил непосредственно к Селии. Потом встал и вышел.

Оливер вскочил и выглянул посмотреть, куда тот направился. Убедился, что к себе в спальню, и вернулся назад.

— Какое гостеприимство… и благодарность. — Селия собирала со стола.

— Да ладно. — Оливер махнул рукой. — Он болен.

— И до каких пор ты намерен с ним нянчиться? По-моему, телесно он вполне оправился. А умственно ты его вылечить не в состоянии. И никто не в состоянии.

— Я понимаю. И это он тебе предстал еще не в худшем виде. Но знаешь, мне его жаль.

— Мне тоже. Если бы он страдал за дело, он бы, наверное, не так мучился. Но пострадать за преступление, которое не сумел совершить, — вот что, наверное, особенно грызло его все эти годы…

— Мне как-то не приходило в голову взглянуть на это дело с такой точки зрения.

— Может, и ему тоже. Не у всех же такое извращенное сознание, как у меня. — Она снова знакомо нахмурилась, потом стала складывать посуду в бадью. — Но все же пора тебе перестать торчать при нем неотлучно. А то что он будет делать, когда мы уедем?

— Мы уедем… — В последнее время вопрос об отъезде ни разу не поднимался, и Оливер был совершенно уверен, что Селия смирилась необходимостью провести зиму здесь. — Конечно, — быстро сказал он, понимая, что в случае промедления последует: «Или я уеду».

— Ты там будешь ночевать? Или я тебе комнату приготовлю?

На сей раз с ответом он помедлил:

— Приготовь.

Ночью он почти не спал. Как-то разом обрушились все мучения, которые он, казалось, сумел преодолеть за то время, что они с Селией были наедине в дороге. Вот пока они ночевали рядом на земле, это его не смущало (ну, почти), а теперь, когда между ними было две стены и десяток шагов, — мысль неотвязная, как зубная боль…

И что самое глупое — он, как тогда в долине, вовсе не был уверен, что она отвергнет его притязания. В самом деле, во многих отношениях она вела себя с ним более чем откровенно, и ее сегодняшнее приглашение переехать вниз могло означать (и не впервые) явное предложение… Но и в том, что это именно так, он тоже не был уверен.

Боже, и такое ничтожество, такого слюнтяя она еще называла опасным человеком!

И тут ужасная мысль пришла ему в голову. Что, если она принимает его за мужчину, который, мягко говоря, не любит женщин? Что она привлекла его тем, что похожа на юношу, и он шарахается от нее, как только она напоминает ему о своей женской природе? Проклятие, и ведь он сам дал ей к этому повод! Он вспомнил, как убежал от нее в долине, как отскочил после ночлега в Кулхайме, как по-дурацки вел себя здесь… Но причина-то была совсем другая! Полностью противоположная… Единственным верным способом доказать ей, что она ошибается, было прямо сейчас встать, пойти к ней и… это… доказать…

А если ей ничего подобного и в голову не приходило? Нет, право, напрасно она говорила про свое извращенное сознание. Если у кого-то из них и впрямь извращенный образ мыслей, так это у него.

Но даже если он и пойдет к ней, и она его не оттолкнет… в этом будет что-то неправильное… из-за того, что это произойдет здесь… в замке, хозяин которого когда-то едва не убил человека, за коего теперь принимает Оливера, из-за женщины, за которую принимает Селию. Может, Хьюг Кархиддин именно этого от них и ждет? Может, как раз под этим он подразумевает «снятие Заклятия»? И не случайно ли Селия сегодня упомянула об отъезде?

А может, хватит находить всяческие объяснения собственной нерешительности?

И снова они сидели на кухне — втроем. Уже не в первый раз. Мужчины за столом, Селия в углу что-то шила. Хьюг пристально следил за движениями ее рук, как и в первый день, когда он спустился на кухню, будто ее руки были какими-то заморскими животными, к виду которых он не мог привыкнуть. Так за ним повелось: с Селией он по-прежнему не разговаривал, но к присутствию ее относился настороженно.

— Я вот думаю, — сказала Селия, откладывая шитье, — может, нам с тобой на большую охоту пойти? Запастись мясом как следует? Я заметила — здесь олени есть.

— Попробовать можно… Хотя подстрелить оленя мы подстрелим — дурацкое дело оно нехитрое, — а вот разделывать? Здесь у меня умения не хватит… тут нужен мясник… пусть бы и поэтически настроенный..

— Управимся, чего там. Надо бы перед отъездом…

Хьюг поднял голову, явно прислушиваясь к разговору. Селия заметила и осеклась. Бедный старик, подумал Оливер, бедный старый негодяй боится снова остаться один… а ведь они могли бы поселиться здесь навсегда… Судя по всему, наследников, во всяком случае прямых, у Хьюга нет, иначе бы давно сунулись проверить… соседи о нем забыли… и они вполне могли бы получить земли в полное владение. Конец «песни поношения» — следует песнь заздравная. Господин и госпожа замка Кархиддин — ура! Но почему-то мысль о том, что столь блестящие возможности могут быть упущены, ничуть Оливера не угнетала.