Всегда возвращающиеся - Севостьянов Егор Викторович - Страница 14

— Да, стою я, — отозвался другой, добавив парочку совсем неразборчивых слов, которых, впрочем, и не надо было слышать, чтобы понять их значение.

— И секиру опусти, вон как лунный свет на лезвии блестит.

— Куда ж я ее уберу? А если нападет кто? Пока ее подниму, загрызет тварь.

— А ты за спину ее отведи, — после недолгого молчания посоветовал первый, Виквор, — Здесь тень и не видно будет. А с плеча даже удобнее бить.

— И то дело, — согласился второй, по имени Свиф. — Вик, может с площади и можно, как ты говоришь, попасть куда угодно. Но вот пока мы добежим…

— Да, что ж теперь гадать? Там видно будет.

— Подожди-ка, — предостерегающе шепнул Свиф, вглядываясь в ночные тени.

Две прячущиеся фигуры замерли, настороженно оглядывая пустующую рыночную площадь.

— Что такое? — наконец прошептал его друг.

— Кажется я что-то видел.

— Когда кажется, креститься надо, — съязвил Вик, но вышло это у него немного неуверенно.

Напарник на всякий случай осенил себя крестным знаменем четырех людских богов, хотя у них, вообще-то, были свои.

— В нынешнее время лучше перебдеть, чем недобдеть, — буркнул тот в ответ.

— Ну, бди, бди… — снисходительно пробасил другой. — Помнится, какую тревогу ты поднял, когда стоял в дозоре возле Арба Рон. Мол, стая горных гарпий на охоте. Всем кагалом тогда высыпали, а оказалось — один полудохлый снежный нетопырь.

— Ничего, смейся, смейся. Я потом посмеюсь, когда тебя та Упыриха жрать начнет. А я к ней тихонечко подойду и секирой по темечку.

— А вы уверены что справитесь? — Раздался у них за спинами спокойный уверенный голос.

Двое гномов испуганно вздрогнули, от неожиданности подпрыгнув почти что Ареку до подбородка. Мысль Вика положить секиру на плечо, оказалась очень удачной. Так действительно было очень удобно бить неожиданно появившегося противника. Только вот удар не достиг цели — топор словно бы увяз в очень густой смоле, почти мгновенно окаменевшей, остановившись в нескольких вершках от раскрытой ладони человека. Пока Свиф с руганью пытался выдернуть топор из «ничего», его напарник, каким-то хитрым приемом крутанув два коротких — специально для ближнего боя в толчее — лопастных топора, встал в боевую стойку, изготовившись к атаке.

— Спокойно, господа, — быстро сказал Арек, отпуская секиру Свифа. — Я не нежить, а всего-лишь маг-наемник.

Эпитеты, которыми его наградили два гнома на трех языках, заставили бы удавиться от зависти портовых грузчиков, а благородную девицу упасть в обморок. Гномы изгалялись над ним в целом и его родословной в частности добрых пять минут, причем почти ни разу не повторившись и даже не сбившись с дыхания.

— Могу и голоса лишить, — невозмутимо ответил на их претензии маг.

Те неохотно замолчали, возмущенно сопя в бороды и посылая схожие по смыслу взгляды из-под насупленных бровей.

— Мой вам совет — не вмешивайтесь в это дело. Эта тварь слишком сильна, чтобы даже два гнома, — он специально сказал «даже», чтобы гномы, народ бесшабашный и самоуверенный, из чистого упрямства не полезли Упырихе в пасть, — могли ее прибить. До этого она поразвешала на ветвях отряд из десятка стражников.

— Ничего! — уверенно воскликнул Свиф, потрясая секирой. — Главное на расстояние удара подойти, а там уж я не оплошаю.

В подтверждение своих слов он сделал выпад в сторону воображаемой Упырихи (которая почему-то находилась на месте мага), сунув Ареку свое оружие под самый нос. Тот с интересом изучил предоставленное для осмотра творение гномьих оружейников. В обще-то это была не чисто секира, а нечто вроде алебарды на очень коротком древке. Над стальным полумесяцем лезвия, вперед из обуха вырастало продолжение, в виде короткого, в пядь длиной, копьеца, выкованного из сплетения стальных и серебряных прутьев. Хорошее подспорье, если надо упокоить какую-нибудь уж слишком расшалившуюся нежить.

Только маг сомневался, что Упыриха заметит разницу между сталью и серебром, даже попади оно ей в самое сердце.

— Помолчи ты, борода, — прикрикнул на товарища Вик. — Не видишь, что ли — это чудо колдовское хочет нас с дороги убрать, чтобы самому мракобесину завалить и награду захапать.

Арек пожал плечами и развернувшись пошел прочь. Ему-то что? Он подошел не для того, чтобы отговаривать, и уж тем более не по той причине, о которой подумал гном, а просто, чтобы предупредить тех, кто не знал размера опасности. Что ж, он предупредил, ну, а то, что конкуренты не послушались, так это их дело.

— Мне-то, что? — не оборачиваясь произнес маг. — Оно даже лучше — пока Упыриха вас жрать будет, я ее из-за угла и заколдую.

Вопреки его ожиданиям гномы вовсе не принялись браниться вслед (вернее сказали несколько слов на трольем, но так мало, что можно было и не принимать их в расчет), а приблизившись друг к другу, стали о чем-то шушукаться.

Гномы народ, конечно, самоуверенный, но отнюдь не глупый.

— Эй, маг, погодь!

Оба гнома припустили во всю прыть своих коротких ног, нагоняя Арека. Он совершенно точно знал о чем они собираются говорить.

— Маг! — Гном торопливо обежал его кругом, вынуждая остановиться. — Мы тут, с другом моим, подумали и решили: а почему бы нам не объединить усилия. Вместе мы добьемся большего, чем по одиночке. А награду, так и быть, поделим пополам — тебе половину и нам половину.

Гномы добровольно предложили половину, а не треть? Куда катится мир…

— И как вы это себе представляете? — с усмешкой спросил Арек. — Я буду колдовать, а вы рядом стоять для моральной поддержки? Потому как магией вы двое не владеете, а если колдовство не сработает, то трое продержатся не намного дольше чем один.

— Не надо думать, что мы ни на что не способны. Мы, гномы, прирожденные бойцы и у нас арбалет есть со стрелами заговоренными.

Арек уважительно посмотрел на показанное оружие. Даже не верилось, что в такой небольшой сумке может уместиться арбалет. Миниатюрный, без приклада и с коротким луком, незаменимое орудие для наемных убийц: можно спрятать под курткой, в корзинку с пирожками или под дамскую юбку. В даль он, скорей всего, стрелял неточно, но, судя по толщине стального лука, обладал просто устрашающей убойной силой на короткой дистанции. Для ближнего боя — самое оно. Да и стрела внушала уважение — короткая, тяжелая, широкая, полностью металлическая, с четырехгранным серебряным наконечником-гарпуном, и с плотно прижатыми к стальному древку шипами, при попадании раскрывающимися «цветочком», из-за чего стрелу нельзя было вытащить ни вперед, ни назад. Гномы вообще любят баловаться механикой, изобретая порой жуткие вещи, вроде этой, наносящие как можно большую и рваную рану, а то и изгибаясь в теле, насильно раскрывая рану.

Заговорена она была на совесть, вернее на те ее крохи, за которые какой-то ушлый маг срубил не меньше золотого. О чем тут же и сообщил Арек расстроившимся гномам.

— Для убийства себе подобного или каких-нибудь тварей вроде вурдалаков, оборотней или химер она годится, но для того монстра, на которого вы нацелились, нужно, думаю, нечто вроде болтов с наконечником-кристаллом, заряженным чистой магией стихий.

Гномы смущенно покашливали, переминаясь с ноги на ногу, начиная понимать, что без трех кружек самогона, мистическим образом придающих храбрости и силы двигать горы, вся их нынешняя отвага куда-то улетучивается. Не до конца, правда. Гномы слишком уж самоуверенная нация, чтобы так уж сразу отказаться от драки, да еще драки за деньги. А вот махнуть рукой, буркнув: "Делать нам нечего, как со всякой нежитью якшаться", это вполне по ним.

— Давайте потом это обсудим.

Арек уже не смотрел на них, вперившись взглядом в темноту переулков. Гномы притихли, глядя на его серьезное, сосредоточенное лицо, и, не сговариваясь, встали плечом к плечу, взяв топоры на изготовку. Это перед боем их можно напугать (точнее отговорить) численностью противника или неминуемой гибелью, но если случится скрестить клинки, драться бородатые коротышки будут почище мракобесов.