Город богов - Суренова Юлиана - Страница 72

— Вряд ли это помогло бы нам… — Ларс свел брови. — Однако, не радуйся раньше времени: как бы ты ни скрывал правду, хозяин города ее все равно узнает… — он помрачнел, в глазах закружили тени-предзнаменования близости беды, ее ожидание.

— Нет! — решительно воскликнул Ри. — Нет! Что бы маг ни делал, ему никогда не узнать этого! Караванщики сохранят свою тайну во что бы то ни стало!

— Невмешательство — хороший принцип, но только в том случае, если его придерживаются обе стороны… Возможно, узнай хозяин города о боге Солнца сейчас, это остановило бы его… Не знаю… Так или иначе, это ваша судьба, вам и решать.

— Мы не станем подвергать опасности жизнь бога! — юноша выпрямился, высоко вскинул голову, готовый принять смерть прямо сейчас.

— Бог бессмертен.

— И все равно…

— Если ты так сильно хочешь скрыть правду, возьми нож и перережь себе горло. Лишь из уст самоубийцы наделенный даром не сможет вытянуть признание.

— Раз ты так уверен в этом, почему бы тебе не «помочь» нам? Мертвые, мы не будем для тебя опасны!

— Я сказал — самоубийцы. Память жертвы магу будет получить даже легче, чем живого… Что же до меня, то вы вряд ли что-либо измените в моей судьбе.

— Вот как…

— Перестеньте вы, оба! — воскликнула Лика. На ее лице отражались тяжелая душевная мука и мольба о понимании. — Ларс, ты ведь можешь им помочь! Ну, хотя бы попытаешься! Ведь ты…

— Сестра! — он прервал ее, заставил замолчать.

Ри, прищурившись, смотрел на вора с нескрываемым удивлением. Он никак не мог разгадать этого горожанина, всякий раз поступавшего совсем не так, как от него ждали.

— Что ты скрываешь от нас? — спросил он. — Я понимаю, между нами нет и не может быть доверия. Однако сейчас, когда речь идет не только о нашей жизни, но и… — он не успел договорить. В окно камнем влетел Бур.

— Стражи! — с трудом выдавил он из себя. Юноша так сильно запыхался, что никак не мог отдышаться. — Что будем делать? — он взглянул на застывших друзей, которые, казалось, никак не отреагировали на это известие. — Да очнитесь вы! Нельзя же просто сидеть и ждать исполнения судьбы!

— Бессмысленно сопротивляться, — сведя брови, проговорил Ларс. — Все то, что должно произойти, так или иначе случится.

— Почему ты не хочешь хотя бы попытаться!…

Ларс подошел к окну, выглянул…

— Ладно, — повернувшись, он обвел всех быстрым взглядом. — Бур, уводи девчонок. А мы, — он пристально взглянул на Ри, — отвлечем внимание воинов.

— Хорошо, — горожанин бросился к Лике, схватил ее за руку, помогая подняться.

— Нет! — воскликнула, сопротивляясь, та, — я не покину тебя!

Ларс приблизился к ней, коснулся рукой плеча: — Я прошу тебя. Попытайся. Ради меня. Мне будет легче, зная, что ты в безопасности, что они не смогут использовать тебя, пытаясь сломить мой дух.

Девушка, тяжело вздохнув, опустила голову на грудь, готовая подчиниться решению того, на кого полагалась во всем уже не один год. И все же…

— Брат, ты ведь не оставишь меня совсем одну? — в ее голосе звучала мольба, которая была способна задобрить даже самого сурового бога.

Но горожанин оставался холоден и тверд, как мертвая гора.

— О тебе позаботится Бур, — это было единственным, что сорвалось с его губ. Предводитель повернулся к своему сотоварищу. На миг их глаза встретились, и последний чуть заметно кивнул. Лица обоих оставались мрачны и решительны, не допуская ни тени неуверенности, словно эти двое, обладая даром предвидения, давно знали о том, что должно произойти.

— Сати, уходи с ними! — Ри было страшно думать о том, что с ним произойдет, но ему становилось много легче от мысли, что его подруга будет в безопасности.

Однако…

— Нет, — качнула та головой. В ее голосе были не решительность и даже не упрямство, а смирение. Ри, заглянув в глаза девушки, понял, что ею сейчас руководит не чистое и наивное желание не бросать друга перед лицом беды, нет, ее шаги направляли сами боги, с которыми было бессмысленно спорить. — Я знаю, что должна остаться, — проговорила она, подняв глаза на юношу. — Прости.

— Ларс… — уже у двери Бур оглянулся.

— Не медли. Быстрее! — подтолкнул его властный голос предводителя.

Прошло несколько мгновений напряженных ожиданий в жаркой, неподвижной тишине. А затем в комнату ворвались стражи, чье появление, несмотря ни на что, оказалось внезапным, заставляя караванщиков, вздрогнув, прижаться друг к другу, не смея взглянуть на тех, в чьи руки теперь попала их жизнь.

— Так, — вслед за воинами в комнату вошел жрец. Он огляделся, холодно скользнул безразличным взглядом по караванщикам и лишь затем повернулся к Ларсу. — Вот, значит, где твое убежище. Умно. Мы искали по подземельям и лачугам, ты же с удобствами устроился под самым нашим носом, — он вновь, сощурив глаза, осмотрелся. — Комната-то твоей сестры… А где она сама?

Ларс лишь усмехнулся.

— Мальчишка, неужели ты не понимаешь, что мы все равно ее найдем!

— Ищите, — прозвучал спокойный, полный безразличия ответ.

— Как знаешь. Тебе же будет хуже, — проскрежетал Абра.

Какое-то время он молчал, не спуская исполненного угрозы взгляда с лица своего собеседника, будто ожидая, что тот передумает.

— Хад, — поняв, что он попросту напрасно теряет время служитель, недовольно поморщившись, подозвал старшего стража.

— Да, мудрейший? — тот вздрогнул, словно его коснулся не взгляд служителя, а плеть работорговца.

— Прикажи осмотреть здесь все. И поторопись. Она не должна уйти.

— Оставь ее! — воскликнул Ри, покрепче прижимая к себе Сати, которая спрятала лицо на груди у своего друга. — К чему служителю слепая девчонка!

— Значит, вы видели ее, — взгляд сощуренных глаз, словно острие ножа вонзился в караванщика, — и говорили с ней!

— Она ничего не знает! — выхватив нож, караванщик вскинул рукой, пытаясь отбиться от начавших приближаться к ним воинов, в руках которых поблескивали грубые ржавые цепи.

Ри понимал, что это то же самое, что отмахиваться от метели, и, все же, не мог просто стоять, дожидаясь неминуемого. Может быть, в душе он надеялся на быструю и легкую смерть в бою…