Лавовый храм (СИ) - Усманов Хайдарали - Страница 40

В конце концов, моя аура стала преодолевать сопротивление любой подобной паутины, и я мог пройти дальше в темный коридор, освещенный своим собственным светом. Именно так моя сила, развитая в последнее время, разрушила магический барьер, и передо мной открывался новый участок подземелья, готовый раскрывать свои тайны передо моим так и не сломленным любопытством.

Именно во время своих занятий, когда я пытался всё-таки постараться пробить защиту паутины, и первое время всё никак не мог подобрать энергию для укола, так как мне приходилось использовать собственную энергию, которая быстро расходовалась, я и выяснил причину вредности моего бывшего наставника. В тех самых записях, которые я обнаружил в том самом кабинете, где делали эти самые холокроны, было указано, что этот индивидуум, по сути, был… Привратником. Да! Он был привратником этого храма. Вот он и бесился. Он-то рассчитывал на то, что его будут превозносить? А, по сути, над ним просто посмеялись. Превратив того, кто считал себя одним из самых лучших мастеров, в прислугу, которая открывает и закрывает двери.

Кстати… В этом помещении, в котором я обнаружил головы бывших мастеров этого Ордена, было много чего интересного. А вся эта система, благодаря которой можно было создавать эти самые холокроны с внедрёнными в них искусственными личностями, выглядела немного необычно. Как для меня… Основным тут явно было кресло, в которое ложился тот, кого копируют на холокрон. А судя по имеющимся на нём кандалам, это не всегда происходило добровольно? Рядом с ним также имелся и своеобразный рычаг, который, судя по всему, активировал всю эту систему? Сама система, казалось, была буквально вросшая в этот расплавленный лавовый камень. И медленно, словно потёками светящейся лавы, переходила в установку из того самого тяжёлого пластика, на которой имелась специальная система креплений. В которой и должен был стоять тот самый кристалл вечности, который должен был стать тем самый холокроном. Вокруг основания трубочного каркаса были сформированы различные завитки и каскады лавы, создавая визуальный контраст между индустриальной структурой и естественной силой природы. Так как вся эта лава словно плывет вокруг труб, образуя уникальные и неустойчивые формы. Кажущиеся на первый взгляд очень хрупкими. Честно говоря, мне даже сначала показалось, что внутрь этих своеобразных труб, да и вокруг самого кресла, встроена какая-то необычная подсветка, создающая мягкий свет и подчеркивающая формы лавовых завитков. Это добавляло весьма своеобразный элемент таинственности и визуальной глубины ко всему этому чуждому мне дизайну. Ко всему прочему, сразу стоило бы отметить и тот факт, что на трубах и поверхности лавы были выгравированы всё также неведомые мне руны и письмена, объединяющиеся в единую систему, и придавая постаменту-креслу весьма специфическую ауру мистики. Так как мне почему-то сейчас казалось, что эти руны служат не только декоративным элементом, но и символами силы, которые буквально наполняют это место какой-то неведомой мне энергией.

Скорее всего, те самые ракшаас обнаружили всю эту весьма необычную систему вместе с храмом? И просто решили использовать её для своих нужд, сделав несколько копий разумных, которые могли бы им впоследствии пригодится? Вполне возможно и такое развитие событий… Только я не понимаю того, по какой причине эти мастера так и не обратили внимание на то, что тот, с кого делают копию на холокрон, банально погибает? Ведь рядом с этим креслом было обнаружен мной целый ящик, буквально заваленный истлевшими останками этих индивидуумов. Сам материал этого ящика давно потерял свою прочность и цвет, превратившись в немного странную мягкую, и истлевшую от времени массу. Поверхность его была покрыта множеством мелких трещин и борозд, словно руки самого времени не совсем осторожно обращались с этим предметом. На боках которого было возможно, с некоторым напряжением, разглядеть тусклые гравюры и резьбу, покрытие слоем пыли и каких-то ещё наслоений от времени. И теперь они труднораспознаваемые и смутные, но еще различимые. Эти изображения, возможно, представляли из себя сцены из жизни разумных, которые когда-то занимали этот мир. Вся эта пыль, покрывающая его, словно завеса, отделяла этот ящик от окружающего мира, Создавая стойкое ощущение, что время остановилось в этом забытом уголке. Едва проникающий сюда из коридора подземелий свет добавлял таинственности этому месту. Он подчеркивал изогнутые формы ящика, и заставлял играть свет и тень на его поверхности, создавая иллюзию того, будто бы этот ящик всё ещё хранит что-то важное.

Но даже при первом взгляде на него мне казалось, что даже воздух вокруг этого ящика был наполнен ледяным ветром времени, словно воспоминания о прошлом пронизывают весь этот предмет. Ящик стоит там, как символ ушедших эпох, несущий на себе тяжесть потерянных времен и разумов. И если кто-то решит открыть этот ящик, то тихий скрип давно обветрившихся петель, прозвучит для него так, будто предостерегает о необходимой осторожности. Так как внутри него, возможно, раскроется печальная история, скрытая внутри этого забытого артефакта. Что и было правдой. Так как там я обнаружил истлевшие кости и рассыпавшаяся в пыль плоть разумных, которые видимо были здесь своеобразными жертвами. Вольными и не вольными… Это уже было не суть важно… Судя по всему, все они тут каким-то образом сгорали? Ну… В пепел превращались. Почему? Да откуда же я это могу знать? Эти разумные забыли вписать в свои записки, которые я собирал фактически по всему этому помещению, подобные откровения. Для меня было достаточно и того факта, что эти индивидуумы сделали своё дело.

Кстати… Уже потом, старательно изучая записки своего предшественника, которые теперь имел возможность изучить, я выяснил весьма интересный нюанс. Тетрадка из пластиковых листков, которую он оставил в собственном убежище, являлась дневником одного из тех, кто весьма старательно помог руководству государства ракшаас, в то время считавшееся аж целой Империей, избавиться от предводителей Ордена, считавших себя самыми могущественными разумными. Ну, помните… Я уже рассказывал про то, как этих мастеров превратили в холокроны. А потом кто-то ликвидировал и тех, кто занимался этим неблагодарным делом? В том-то и дело… Это был дневник того, кто это всё и сделал. В этом дневнике он описал всё то, что необходимо будет знать индивидуумам, которые придут для того, чтобы получить необходимые знания. Необходимые для их расы. Судя по всему, мой предшественник был кем-то вроде его дальних родственников? А может быть и специально посланным сюда индивидуумом? Однако, откуда тогда взялся тот самый дом-убежище, тут указано ничего не было. И это настораживало ещё больше. Кто-то же его построил? Если это так, то есть возможность того, что именно те, кто строил этот дом, могут также про него вспомнить. И тогда у меня появятся гости.

Если же этот разумный поступил согласно старых традиций своего народа, и сам банально убил ненужных ему свидетелей, то у меня есть шанс того, что ко мне никто не заявится. Кстати… Старательно изучая работу аппарата, который был всё-таки спидером, а никак не глайдером, я всё же выяснил, что у него в памяти есть маршруты. Те самые сохранившиеся маршруты, по которым перемещался этот аппарат ранее. Так вот… Все его последние маршруты имели отношение именно к убежищу и пирамиде. Но парочка маршрутов имела отношение к очень дальнему месту, которое находилось в стороне от убежища. Почти в полутора тысячах километров. Прямо через пустыню. Представляю себе это путешествие? Причём, в этой ситуации мне явно придётся пересекать именно это самое бушующее Песчаное море? А мне бы не хотелось даже краем попасть хоть под одну такую многометровую волну.

Вообще-то это самое песчаное море, расстилающееся до горизонта, для меня представляло из себя весьма уникальное и загадочное явление в этом мире. Кроваво-красный песок, словно огненные волны, накатывается и уносит всё в своем пути, создавая видение Мироздания, и напоминающее штормовое море. Каждое зерно песка в этом море было окрашено в насыщенный красный цвет, самых разных оттенков, словно оно было пропитано самой кровью земли. Этот красный оттенок создает впечатление, будто это странное море кипит внутренним пламенем. Вместо водных волн, кроваво-красный песок взмывает в воздух, словно штормовые волны, живущие своей жизнью. Они поднимаются высоко, окутывая все вокруг своим красным вихрем, и, когда они разбиваются, создают кровавые брызги. Из-за чего это песчаное море издает мягкий, но постоянный шум, напоминающий прибой. Каждый взмах красных волн сопровождается гулом, создавая волнующую симфонию, наполненную таинственностью и опасностью. В небе над этим морем иногда собираются тучи из красного песка, готовые обрушить на землю свою бурю. В такие моменты ветры становятся беспокойными, а красные бури подчеркивают таинственность этого песчаного царства. При определённом угле солнечных лучей, попадающих на грани его зёрен, красный песок начинает сверкать, словно в нем таится какое-то волшебство. Эти игры света создают мерцающие пятна, добавляя мистический оттенок этому кровавому морю.