Каменное эхо - Имранов Андрей Вадимович - Страница 61

Я не смогла сдержать улыбку, мекампцы мне всегда нравились, и не в последнюю очередь из-за своего, по-детски непосредственного, темперамента.

— Рой-шакка — это морская лошадь? — уточнила я. — Тогда, друг, я тебя понимаю, как никто в мире. Я три дня просидела у этой туши, пытаясь расковырять ее шкуру и не думать о том, что буду делать с добытой желчью, если добраться до нее все же удастся.

— Это не морская лошадь, — Гастен сплюнул, — это морская свинья! Эти гадины выплывают на поверхность не чаще, чем раз в двадцать лет, и ей обязательно надо было напасть именно на мой корабль! — Он перевел дух. — Ну да это все уже дело прошлое. А сейчас, прошу вас, м-леди, на борт «Принцессы ветра» — самого быстрого судна во всем Мировом океане.

— Мммм, не скрою, предложение интересное, — протянула я сомневающимся тоном, — а скажи мне, друг Гастен, у тебя на этой «Принцессе» есть мясо? Жареное? А?

— И пара бутылей красного ахтарского найдется, — очень серьезно ответил он, кивнув.

Я подскочила, изобразив крайнюю заинтересованность.

— Мы еще стоим? Веди!

Кажется, дела мои потихоньку улучшаются. Впрочем, ухудшать их особо уже и некуда, а вспомнить, как оно все началось, так впору удалиться в какой-нибудь скит в самую ужасную пустынь и всю оставшуюся жизнь благодарить Девятерых за свое чудесное спасение. Орден — это вам не Проклятый Принц, из когтей светляков никто еще не уходил.

«Принцесса ветра» вполне заслуживала своего названия — даже меня, весьма мало сведущей в мореплавании, поразила стремительная красота этого корабля. Это Малек вечно грезил морем, я же никогда не могла усмотреть в многонедельном блуждании по однообразному пейзажу никакой романтики. Но изящный изгиб белых бортов этого корабля притягивал взгляд и вызывал желание немедленно оказаться на его палубе. Мачты вздымались на головокружительную высоту, опутанные изящной паутиной канатов, и на самых их вершинах суетились маленькие фигурки матросов. В десяти шагах от кромки прибоя покачивалась на волнах небольшая шлюпка, удерживаемая на месте усилиями пары гребцов. Против моего ожидания, подходить ближе, чтобы подобрать нас, она не стала. Гастен, не задержавшись ни на мгновение, зашел в воду и двинулся к шлюпке. Я пожала плечами, подтянула штанины и пошла следом. Песчаное дно опускалось полого, и, когда мы подошли к цели, вода даже не доходила до колен. Гастен легко запрыгнул в шлюпку и, сияя широкой улыбкой, обернулся ко мне:

— Вашу руку, м-леди.

Вообще-то я и сама могла запросто забраться, но почему бы не сделать человеку приятное? От меня ж не убудет. Поэтому я мило улыбнулась в ответ, протянула руку и в мгновение ока очутилась в шлюпке — Гастен просто выдернул меня из воды и поставил рядом. Я ошарашенно помотала протянутой рукой — ничего себе! Весу во мне, конечно, немного, но чтобы вот так — поднять на вытянутой руке… силен, однако, а с виду и не скажешь. Я взглянула на мекампца с невольным восхищением. Гастен ответил мне еще одной ослепительной улыбкой, обернулся к ухмыляющимся гребцам и гаркнул им что-то на своем языке. Ухмыляться матросы немедленно перестали, двумя широкими взмахами весел развернули шлюпку (я еле удержалась на ногах и поспешила сесть) и рванули к кораблю так, что за шлюпкой пенный след потянулся.

На «Принцессе ветра» даже трап имелся для таких случаев, и нам не пришлось карабкаться по веревочной лестнице. А убранство предоставленной мне каюты производило такое ошеломляющее впечатление, что, если бы не мой недавний опыт, я могла бы изменить свое отношение к мореплаванию. Я быстренько ополоснулась, привела в порядок одежду, насколько это было возможно, и вышла из каюты. Сияющий Гастен уже маячил поблизости.

— Пообедаем?

Я открыла рот, но мой желудок меня перебил громким урчанием. Я виновато улыбнулась, Гастен же прищурился и сделал приглашающий жест рукой:

— Понял, понял, проходите, м-леди, все уже готово.

Я еще раз улыбнулась и проследовала в указанном направлении.

В небольшом уютном зале, выдержанном в светлых тонах, находился изящный круглый стол и несколько не менее изящных стульев. Но мебель меня мало интересовала, куда больше мое внимание привлекло то, что было на столе.

— Гхм, — сказала я и сглотнула, — это все… нам?

— Конечно, — ответил Гастен с легким смешком, — и это только начало. Прошу!

Я не стала заставлять себя упрашивать. Салат показался мне просто божественным, чему способствовала трехдневная вынужденная диета, да и мекампская кухня в самом деле была недурна. Жестом фокусника Гастен выхватил откуда-то пузатую бутылку, со звучным «шпок» выдернул пробку и разлил кроваво-красную жидкость по бокалам. Я улыбнулась и пригубила вино. Довольно приятный вкус, ничего не скажешь. Я предпочитала более сладкие и более крепкие напитки, но в терпкости этого было какое-то своеобразное очарование. Я отставила бокал.

— Вы еще не рассказали, какое чудо оставило вас в живых и занесло на этот остров. — Гастен уставился на меня доброжелательно-внимательным взглядом.

Я хмыкнула.

— Скажу сразу, у меня довольно противоречивые впечатления от последнего путешествия. С одной стороны, я возмущена поведением твоих матросов.

Гастен удивленно взметнул брови, а я продолжала:

— Но, с другой стороны, я им благодарна, потому что они меня вообще-то спасли.

— Ничего не понимаю.

Я улыбнулась.

— Попробую рассказать с начала.

Я проснулась, ударившись бедром о какой-то твердый выступ, и поначалу не могла сообразить, где нахожусь. Кажется, мне снилось, что я сбежала из застенков ОСС и плыву на корабле. Поначалу на меня накатил приступ отчаяния от мысли, что это был всего лишь сон. Потом возникла другая мысль: «А вдруг арест мне тоже приснился?» И вообще, недавнее прошлое изобиловало таким количеством невероятных событий, что очень сложно было спросонья сообразить, что из воспоминаний было наяву, а что — только во сне.

Я открыла глаза и попыталась осмотреться, но в помещении царила совершенная темнота. Под лопатками ощущалась твердая поверхность, похоже, деревянная. И где же я все-таки? Попробовала встать, но тут мое ложе ощутимо качнулось, уложив меня обратно. Понятно. Стало быть, я на корабле. И, видимо, все мои воспоминания были самой что ни на есть реальностью.

Держась за край лежанки, я приняла вертикальное положение, еще раз огляделась и заметила смутно белеющий круг сбоку, видимо, на стене. Я встала, с трудом удерживая равновесие на качающемся полу, сделала несколько шагов в направлении к кругу. Ударилась по дороге о какую-то мебель, ушибла коленку, но добралась-таки до цели. Нащупала пальцами ручку, какую-то задвижку рядом, отодвинула ее и потянула ручку на себя. Окно распахнулось, впустив в комнату луч дневного света и пару ведер воды. Я моментально отскочила от окна, опять ударившись о тот же предмет. Отряхнулась, отплевалась и вытерлась.

Я находилась в небольшой каюте, по меблировке и размерам не сильно отличающейся от моего последнего обиталища. Те же четыре шага в длину, три — в ширину, и почти такой же топчан у стены. От стоящего поблизости колченогого стула вреда было явно больше, чем пользы, о чем мне напоминали свежие ушибы на ноге. А вот наличие двери и круглого оконца меня порадовало. Особенно — двери.

Корабль качало на волнах, и ставня — или как это там называется на кораблях — моталась туда-сюда с громким скрипом. Водой вроде в окно больше не хлестало, поэтому я осмелилась подкрасться и выглянуть. Снаружи было море. Не то чтобы я сильно в этом разбиралась, но таких волн на озерах и реках не бывает, да и берегов в обозримых далях не наблюдалось. Сначала я испугалась, что начался шторм, но потом обратила внимание, что снаружи светит солнце и небо вроде ясное. В шторм, я полагаю, небо бывает затянуто тучами. Тут корабль опять качнуло, и брызги от очередной волны снова полетели мне в лицо. Ладно, будем считать, что утренний туалет закончен. Я вытерла лицо, закрыла ставню и в темноте, по памяти, пробралась к двери. Отодвинула железный засов и вышла в темный коридор. К счастью, света здесь было больше, чем в моей каюте, а то я бы точно себе что-нибудь сломала, разыскивая в качающейся темноте выход наружу. Дверь у меня за спиной тут же принялась хлопать в такт покачиваниям корабля, поэтому я обернулась, после недолгих поисков обнаружила в двери прорезь, через которую можно было просунуть руку и задвинуть засов. Что я и сделала.