Я умела ждать (СИ) - Сильвер Марианна - Страница 20

Глава 18

После моего возвращения в Питер между нами с Женей завязалась переписка. Завязалась как-то сама собой. Он прислал сообщение, в котором спрашивал, как я добралась. Я ответила, что добралась хорошо. Через пару дней он снова написал — спросил, как у меня дела. Так, незаметно, мы стали обмениваться сообщениями каждый день.

Спустя время я так привыкла к нашей переписке, что однажды ни на шутку загрустила, когда от Жени не было новостей два дня. Писать первой я не решалась — инициатива всегда была за ним. Поэтому, два дня мучилась догадками и сомнениями.

Когда терпение уже было совсем на исходе, и моя грусть стала уступать место обиде, Женя позвонил:

— Юля, привет!

— Привет, — ответила я, прикусив губу. Мне было и радостно слышать его голос, и обидно от двухдневного молчания, одновременно. В общем, как в фильме — я была «вся такая противоречивая».

— Не отвлекаю?

— Нет.

— Какие у тебя планы на выходные?

— На эти выходные? — уточнила я.

— Да. Я хотел приехать. Можем сходить куда-нибудь вместе, если у тебя есть время.

Предложение Жени было неожиданным, но я даже не думала отказаться от встречи с ним. Однако, отвечать я не спешила. Так как на самом деле выходные у меня были распланированы, и я пыталась в голове судорожно расставить приоритеты — что можно сдвинуть на другое время, а что — нет.

— Я буду свободна вечером в субботу, — ответила я после короткой паузы, когда составила новый план дел.

— Замечательно. Ты театр любишь? — не давая мне возможности опомниться, задал Женя новый вопрос.

— Театр? Очень люблю, — ответила я.

— Предпочтения есть?

— Женя, — я немного пришла в себя. — Ты специально это делаешь?

— Что?

— Я не успеваю за ходом твоих мыслей, — засмеялась я. — Знаешь, что?

— Не знаю, — в его голосе слышалось веселье.

— Так вот, мы с тобой встречаемся вечером в субботу. Все организационные моменты я доверяю тебе. Не забудь только мне сообщить время и место встречи, — выдохнула я.

— Ого, — протянул мужчина.

— Жень, я буду рада с тобой увидеться. Поэтому как ты решишь, так и будет.

— Тогда в пятницу вечером жди от меня инструкции.

— Договорились, товарищ командир, — что-то я развеселилась.

— До связи. Побежал дела разгребать, чтобы к выходным освободиться.

— Пока, — я повесила трубку, а на душе стало тепло от нашего короткого разговора. Я почувствовала, что мои щеки зарумянились, а губы непроизвольно растянулись в улыбке.

В пятницу, как и обещал, Женя прислал сообщение о том, что взял билеты в театр, и что заедет за мной в семнадцать тридцать.

В субботу я проснулась рано и успела сделать два неотложных дела, чтобы вторую половину дня посвятить подготовке к предстоящей встрече. Я готовилась именно ко встрече, избегая слова «свидание». Боялась опережать события, так как до сих пор не могла разобраться в себе и своем отношении к Евгению.

Но несмотря на противоречия и сомнения, которые одолевали меня, я все равно хотела выглядеть неотразимо, поэтому к выбору платья и макияжу подошла очень тщательно. И судя по одобрительным взглядам сыновей, с выбором я не ошиблась.

— Ого, какая ты, — сказал Тимофей, когда я зашла в комнату при полном параде и покрутилась на месте.

— Какая?

— Очень красивая, — объяснил Матвей слова брата.

— Спасибо, — шкала моего настроения резко устремилась вверх. — Я в театр, буду поздно. Не шалите тут без меня.

— Не будем.

Я посмотрела на часы — до назначенного Женей времени оставалось еще пять минут, но я уже не могла находиться на одном месте.

— Ну я пошла, — сказала я сыновьям и вышла в коридор.

— Хорошего вечера.

— Спасибо.

Женя уже ждал меня в такси. Он вышел из машины, как только я показалась у подъезда. Сердце учащенно заколотилось. Как ни старалась я сдержать волнение, сделать это мне не очень-то удавалось. У меня даже ладони вспотели. Кажется, что перед встречей с Пашей я так не волновалась.

— Привет, — сказал Женя, когда я подошла к машине.

— Привет, — ответила я и уставилась на него.

Повисла пауза. Вероятно, каждый из нас в тот момент чувствовал неловкость.

— Ты чудесно выглядишь, — первым опомнился Женя.

— Спасибо.

Он открыл дверь такси и помог мне сесть на заднее сидение. Потом обошел машину и сел рядом со мной.

Разговор у нас все никак не клеился. Мы обменивались дежурными фразами, которыми просто заполняли молчание. Мне сложно сказать, в чем была причина такого нашего поведения. Возможно, в том, что мы долго не виделись. Возможно — мешало присутствие водителя. Но, скорее всего, дело было в том, что наш поход в театр все-таки был свиданием. Как бы я ни отмахивалась от этого слова, но это было именно так. И мы вели себя как многие на первом свидании — немного скованно и неуверенно.

Но вот когда мы, наконец, подъехали к театру и вышли из машины, Женя взял меня под руку и одним махом устранил неловкость, висевшую над нами в такси. Я мгновенно расслабилась и снова погрузилась в предвкушение приятного вечера.

Времени до начала спектакля было еще достаточно, поэтому Женя предложил выпить по бокалу шампанского. Я присела за свободный стоик и ждала своего спутника, разглядывая других зрителей. В холле было еще не так многолюдно. Публика была абсолютно разная: женщины в вечерних платьях, мужчины в костюмах, молодые люди, одетые в стиле «casual».

Я очень давно не была в театре и очень соскучилась по этой особенной атмосфере. Леша не любил театр — считал его пустой тратой денег и времени. Поэтому, в театре, будучи замужем, я бывала очень редко. Только если кто-то из замужних коллег или подруг соглашался составить мне компанию. Ну и еще с детьми выбиралась на детские спектакли. А после смерти мужа мне вообще стало ни до театров.

Мой взгляд переместился к Жене, который как раз расплачивался в буфете. Я с интересом наблюдала за ним — он был очень непохож на тех мужчин, которые когда-либо окружали меня. От него веяло уверенностью. Он легко находил общий язык с людьми, а они отвечали ему тем же. Вот и сейчас я видела, как лицо женщины-буфетчицы озарила улыбка, когда она разговаривала с Женей. Он притягивал к себе внимание, был в центре внимания. Я это заметила еще во время нашей первой встречи. Именно он смог объединить нас, таких разных, в одну компанию. Смог найти слова для каждого. Возможно, это было особенностью его работы. Но скорее всего — чертой характера. Ведь и Вячеслав, и Паша, тоже были следователями. Однако, старались в некоторых моментах уйти в тень.

— Не скучаешь? — Женя вернулся к столику и присел рядом.

— Нет.

— С кем ты детей оставила?

— Друг с другом, — я улыбнулась, вспомнив про сыновей. Каждый раз моё сердце отзывалось теплотой и наполнялось любовью, когда я думала о них и ничего с этим поделать я не могла. — Они уже взрослые, так что без мамы могут и пару дней прожить.

— Понятно, — Женя кивнул и поднял бокал. — Тогда давай выпьем за их очаровательную маму.

— Давай, — я протянула свой бокал, сделала глоток и опустила взгляд. Женя так смотрел на меня, что мои щеки непроизвольно начали покрываться румянцем.

На моё счастье в этот момент раздался первый звонок и холл ожил, а мой спутник на время отвлекся от меня, дав мне возможность унять волнение.

Мы не спеша допили шампанское и отправились в зал. Женя взял билеты на очень хорошие места, откуда открывался прекрасный вид на всю сцену. Из-за моего маленького роста, мне часто приходилось вытягивать шею или еще как-то подстраиваться, чтобы видеть происходящее на сцене. Но в этот раз мне не пришлось предпринимать каких-либо усилий, и я с первых минут смогла погрузиться в сюжет.

Спектакль оказался с глубоким смыслом. В нем затрагивались взаимоотношения поколений. Дети, внуки, родители, бабушки и дедушки — каждый зритель мог узнать себя в одном из персонажей. Конец спектакля был трагическим — главный герой умер в своей квартире в одиночестве. Мало кто из зрителей смог сдержать слезы. И я не была исключением. Я вспомнила своего папу, который ушел из жизни пять лет назад и Лешу. Простая мысль, которую пытался донести до зрителя режиссер и актеры, пронзила меня насквозь. Нужно жить настоящим, нужно беречь и ценить тех, кто рядом с тобой. Нельзя жить только мечтами. Мы нужны друг другу при жизни. Но, к сожалению, зачастую мы понимаем это только тогда, когда приходим на кладбище и проливаем слезы над могилой родных.