Я умела ждать (СИ) - Сильвер Марианна - Страница 31

Спустя время мы сидели во дворе на качелях. Ждали, когда будут готовы угли. На улице было свежо, поэтому Женя принес плед, в который мы с ним дружно завернулись. Мы медленно раскачивались, рядом потрескивали дрова и переговаривались птицы, прилетевшие полакомиться к кормушке, подвешенной на дереве. Я готова была вечно сидеть на этих качелях в объятиях Жени и счастья.

Насытившись шашлыком, мы прогулялись по поселку и сходили в баню. Там Женя наглядно продемонстрировал, какие планы у него были на мою попу, пройдясь по ней березовым веником — «чтобы я больше не хулиганила».

День завершался на самой позитивной ноте. Я не ходила, а парила от переполнявших меня эмоций.

Я поднялась в спальню, чтобы переодеться в домашний трикотажный костюм — я была мерзлячка и несмотря на все старания Жени, немного подмерзла. Переодевшись, я стала спускаться по лестнице, когда в доме резко стало темно. Свет погас во всех помещениях одновременно.

— Жень, — позвала я.

Я ждала, когда он отзовется и стояла на месте, боясь сделать хоть один шаг в темноте.

— Я здесь, — донеслось снизу. — Ты в порядке?

— Да. Только ничего не вижу.

— Стой на месте, я фонарь принесу.

— Хорошо.

Я рукой нащупала стену и прислонилась к ней плечом. Мне казалось, что так я буду в большей безопасности. Потом осторожно опустилась и присела на ступеньку.

— Если хочешь, можем поговорить, пока я ищу фонарь, — напомнил о себе Женя, — если тебе не комфортно.

— Со мной все в порядке, не отвлекайся, — успокоила я его и улыбнулась. Мне была приятна его забота. — Но если тебе самому страшно, мы, конечно, можем поболтать, — решила я подколоть своего мужчину.

— Ну держись, вредина. Вот найду фонарь и поговорю с тобой.

— Жду с нетерпением.

Я прикрыла глаза — все равно ничего толком видеть я не могла. Сидела и прислушивалась к звукам, доносившимся снизу. Женя что-то переставлял, открывал, иногда по стене гостиной пробегала тонкая полоска света от его мобильного телефона.

— Ура! — раздался, наконец, возглас ликования. — Нашел.

Я захлопала в ладоши.

— Я иду за тобой, — театрально провозгласил Женя.

— Жду тебя, мой спаситель.

Я увидела на полу внизу пятно теплого света, которое медленно подползало к лестнице. Женя держал в руках свечу и поднимался по ступенькам, протянув мне руку.

— Фонарь я не нашел, зато обнаружил это, — кивнул на высокую свечу в своих руках.

— Это прекрасно. Устроим романтический вечер, — я торжественно положила свою руку в Женину, и мы стали медленно спускаться.

Мы зажгли еще несколько свечей, Женя добавил дров в камин и открыл бутылку вина.

— Держи, — протянул мне бокал и присел рядом.

Я придвинулась к нему поближе и закинула ноги на диван.

— Так спокойно, — протянула я. — Спасибо.

— За что?

— За все это, — я обвела взглядом комнату. — За этот вечер, за твое тепло, за то, что ты есть.

Женя чмокнул меня в макушку.

— Это похоже на тост, предлагаю выпить. Но, прежде чем выпьем, я добавлю пару слов.

— Интересно.

— За тебя и за то, что ты появилась в моей жизни.

Он протянул бокал, чтобы чокнуться. Огонь в камине и свечи придавали вину золотистый оттенок. Языки пламени отражались в стенках бокала. В памяти всплыли посиделки у костра в деревне, когда мы с девчонками пекли картошку и вели откровенные разговоры. Из этих разговоров я узнала много нового о взрослой жизни, чего никогда не узнала бы ни от родителей, ни от своих городских подружек. Там же мы частенько играли в то, что у современной молодежи называется «правда или действие».

Я сделала глоток и решилась задать вопрос, ответ на который давно хотела услышать.

— Жень, — начала я.

— М?

— Я хочу спросить…но если не захочешь, можешь не отвечать.

— Что?

Я поменяла позу — пересела лицом к нему, закинула локоть на спинку дивана и поджала под себя ноги. Женя смотрел на меня и ждал вопрос.

— Ты ведь не был женат?

— Нет.

— И детей у тебя нет. Почему?

Он ответил, но не сразу:

— Не встретил женщину, которая хотела бы иметь детей, — он пожал плечами.

Его ответ меня обескуражил.

— А разве такие женщины бывают? — я не сводила с него глаз, молча умоляя объяснить.

— Юль, ну что ты так на меня смотришь? У меня нет скелетов в шкафу. Почему ты вообще про это спросила? — теперь уже он смотрел на меня.

Я не знала, что сказать и как объяснить свой интерес.

— Ты может думаешь, что я бабник, поэтому и не женат в сорок лет?

Я опустила глаза и покрутила бокал. Это именно то, на что намекал Паша. Хотя я сердцем чувствовала, что Женя не такой, но все равно что-то внутри меня не давало покоя.

— Ну-ка, — он взял меня за подбородок и заглянул в глаза. — Ты серьезно?

Он ухмыльнулся, поднялся с дивана и подошел к камину. Какое-то время он стоял, шевеля кочергой дрова.

— Тебе это так важно? — повернулся он ко мне.

Я неуверенно пожала плечами, жалея, что затеяла этот разговор.

— Хорошо, если тебе это важно… — он вернулся и снова присел рядом со мной. — Помнишь наш разговор про желания?

Я кивнула.

— Ты спросила меня, изменил бы я своё желание, если бы мог. И я сказал, что изменил бы, — он замолчал, сделал глоток вина и продолжил. — Я не евнух и в моей жизни были женщины. Не одна и не две.

Я почувствовала укол ревности. Ну что делать — сама виновата, напросилась, теперь слушай.

— Но серьезные взрослые отношения у меня были с одной, Леной. Мне исполнилось тридцать, когда, глядя на своих женатых друзей, я стал понимать, что готов создать семью. Лена пришла к нам в отдел на практику, на последнем курсе института. Глаза горят, умная, энергичная, молодая. И все неженатые мужики глаз на неё положили. А она меня выбрала. Мы начали встречаться, потом жить вместе. У нас все было замечательно за исключением одного — разницы в возрасте, которая предполагала разные интересы. И касалось это не только фильмов или музыки. Но, в первую очередь, взглядов на жизнь. Я уже нагулялся и был готов к семье. А она — нет. И сколько бы я не намекал ей, что пора оформить наши отношения, Лена все время отшучивалась. Да, официального предложения я не делал, наверное, на уровне подсознания чувствовал, что она не готова. — Женя тяжело вздохнул и резко провел рукой по лицу. — Сначала она говорила, что фамилию менять не хочет. А потом, когда я попросил ее ответить серьезно, так как понимал, что дело не в фамилии, она сказала то, чего я точно никак не ожидал услышать. Она сказала, что брак предполагает детей. А она детей не хочет. Ещё и уточнила: ни от меня, ни от кого-то еще. Можно подумать, что от этого замечания мне должно было полегчать, — он горько ухмыльнулся. — И вообще её все устраивает в наших отношениях. Куда хотим ездим, где хотим отдыхаем. Ну и прочая ерунда. А я этот участок-то купил, чтобы дом построить для неё, для нас.

Женя замолчал, а я прикусила губу, глядя на то, как изменилось его лицо. Ему было очень тяжело все это вспоминать.

— Прости меня, пожалуйста, — я отставила бокал и обняла его за шею. — Я полная идиотка. Сама не знаю, зачем я это спросила, — из моих глаз непроизвольно полились слезы.

Я пересела к Жене на колени и уткнулась в грудь. Мы оба молчали. Женя крепко обнял меня и стал покачивать, как маленького ребенка, успокаивая. «Дура, какая же я дура, — ругала я себя. — Это ты должна его успокаивать, а не от тебя».

— Ты был бы замечательным папой, — пробубнила я сквозь слезы. — А твоя Лена — дурочка.

— Юлька, — Женя повернул меня к себе и провел рукой по моим волосам. — У нас сейчас потоп случится, — он попытался улыбнуться

В его глазах тоже стояли слезы. Я протянула руку и погладила его по щеке, мне хотелось забрать ту боль, которую причинила своими не нужными расспросами. Наши поглаживания постепенно переросли в поцелуй, который, казалось, длился, вечность.

— Я люблю тебя, — прошептал Женя, когда мы смогли оторваться друг от друга.