Альфа-злодей (ЛП) - Карлайл Лилиана - Страница 29

Последние слова он выплевывает, как будто не может стоять на ногах.

Она не должна. В идеальном мире она оставила бы его здесь и нашла кого-нибудь нормального. Кого-нибудь, кто не приставлял нож к ее горлу. Кто-то, у кого не было намерения убивать ее еще до того, как они встретились.

Кто-то с извращенными моральными принципами.

Но глупая, безрассудная она…

— Никогда больше не покидай меня, — шепчет она.

— Сначала я бы покончил с собой.

Он не медлит с ответом.

Предательские слезы наполняют ее глаза, когда она заставляет себя заговорить.

— Ты бросил меня. Ты вернул меня к моим кошмарам. К единственному человеку, который мог разрушить мою жизнь.

Он сглатывает и крепко сжимает ее руку.

— Твой брат был моим единственным другом там, — шепчет она. — Я никогда не собиралась… Я бы никогда не попросила его о помощи, если бы знала, что с ним случится. Я клянусь в этом, Ноа.

Она всхлипывает, ее переполняют эмоции последних нескольких дней. Он заключает ее в объятия, крепко прижимая к себе.

— Послушай меня, — шепчет он ей на ухо, укачивая ее, пока она плачет. — Ни в чем из этого не было никогда твоей вины. Никогда. Насколько я знаю Итана, он с радостью умер бы, если бы это означало освободить тебя.

Она плачет сильнее, и он сжимает ее крепче.

— Ты — моя жизнь, — мягко говорит он. — И то, что я сделал, чертовски непостижимо. Уйти от тебя было худшим злодеянием, которое я когда-либо совершал.

Она тяжело дышит, прижавшись к его обнаженной груди, его мурлыканье усиливается.

— Я, блядь, никогда не покину тебя, Лилит. Я люблю тебя.

Она замирает от его слов, шмыгая носом.

Должно быть, она неправильно его расслышала.

— Что? — шепчет она.

— Я люблю тебя. Я влюблен в тебя, Лилит. У тебя мое сердце. Или то, что от него осталось.

Альфа любит нас!

Он не может быть серьезным.

Она садится, высвобождаясь из его объятий, и смотрит на него широко раскрытыми глазами.

— Что?

Он ухмыляется. — Мне нужно повторяться?

Она кивает. — Э-э, да. Я думаю, что да.

— Я люблю…

Но она нападает на него, жадно прижимаясь губами к его губам. Он нетерпеливо отвечает, его руки обхватывают ее сзади за шею, когда он притягивает ее ближе, углубляя поцелуй. Его язык облизывает внутреннюю часть ее рта, пробуя ее на вкус, и она стонет.

Она забыла, насколько невероятными были его поцелуи. Его губы спускаются по ее шее, покусывая нежную кожу горла.

— Скажи мне еще раз, — шепчет она, дергая его за волосы.

— Я люблю тебя, — шипит он. — Я чертовски люблю тебя, Лилит.

— Еще раз, — требует она. Она сбрасывает с себя остальные одеяла и устраивается у него на коленях, оседлав его. Ее влажная сердцевина трется о выпуклость в его штанах, и он рычит.

— Я люблю тебя.

Он произносит это с благоговением, глядя на нее снизу вверх, его океанские глаза полны вожделения.

От толчка ее бедер он со стоном откидывается на спинку кровати.

— Черт возьми, я буду повторять это всю ночь, если ты продолжишь это делать.

Она теряется в ощущениях, когда получает удовольствие, постанывая, когда ее сердцевина трется о его эрекцию, прикрытую одеждой.

Она понимает, что могла бы кончить вот так.

— Хорошая Омега, — хвалит он. — Боже, Лилит, ты такая чертовски красивая.

Его брюки испорчены, и беспорядок, который она устраивает, капает на матрас, когда она двигает бедрами, отчаянно желая большего трения.

— Сними рубашку, — приказывает он ей. — Покажи мне эти сиськи.

Она снимает ее через голову, ее разгоряченная кожа чувствительна к ткани, когда она бросает рубашку на пол. Ее соски напрягаются, отчаянно требуя внимания, и он отвечает на их зов.

— Попрыгай для меня, — шипит он, его пальцы сжимают нежную плоть. — Заставь себя кончить мне на колени.

Она как в тумане, бредит от желания и кружится голова от его признания в любви. Ей не требуется много времени, чтобы достичь оргазма, когда он прикасается к ней, теребя и ощупывая ее чувствительную плоть. Ее крики в конце концов переходят во всхлипы, но она все еще отчаянно хочет большего.

Но она не единственная, кому нужно большее. — Мне нужно связать тебя узлом, — стонет он, протягивая руку между ними, чтобы потереть ее ноющий клитор. — Хочу трахнуть тебя, Омега.

— Да, — шепчет она. Ее нервные окончания горят, а тело покрыто потом, когда она извивается на нем. — Заяви на меня права, — умоляет она. — Пожалуйста, Альфа. Сделай меня своей.

Он рычит в ответ, и ее влагалище сжимается.

Она хочет принадлежать ему, несмотря на безумие, которое они оба пережили.

Несмотря на то, кто он такой.

Он любит ее, и в этом нет никакой ошибки, когда она смотрит ему в глаза.

И если она честна сама с собой…

Она тоже его любит.

НОА

Рана на его боку болит, но это ничто по сравнению с предвкушением совокупления с ней.

Он принял бы еще сотню пуль, если бы это означало, что он мог бы получить ее там, где она сейчас, распростертую под ним, с ее ноющим влагалищем, пропитанным слизью.

Она восприняла его признание в любви лучше, чем он думал; он все еще наполовину ожидает, что она с криком убежит.

Но его девочка всегда удивляет его.

И каким восхитительным сюрпризом было услышать, как она умоляет, чтобы на нее претендовали.

Это то, что промелькнуло у него в голове в тот первый вечер, когда он увидел ее на работе. Ее красоты, ее запаха и гребаного взгляда, которым она одарила его, было достаточно, чтобы его член затвердел при мысли о том, чтобы взять ее.

И теперь она здесь, под ним, ее зрачки расширились от вожделения.

Даже после всего, она смотрит на него с преданностью в глазах.

Она чертовски невероятна.

Его рутина взяла верх, и все, что осталось, — это желание брать.

Но ее вздрагивание, когда он перекатывает ее на спину, заставляет его призадуматься.

Не причиняй вреда Омеге.

Сбросив промокшие штаны, он располагается над ней, аромат ее Жара разносится в воздухе.

Ему понадобится все, что в его силах, чтобы не поглотить ее.

Зверь в нем хочет брать, брать и брать до тех пор, пока от нее ничего не останется. Пока он не выебет из нее всю душу, не украдет ее для себя.

Но его Альфа должен защищать и лелеять ее.

Она смотрит на него снизу вверх, ее губы приоткрыты, а глаза остекленели.

Она никогда не была так прекрасна, как сейчас, задыхающаяся и отчаянно нуждающаяся в нем.

— Пожалуйста, — шепчет она. — Возьми меня, Альфа.

Черт.

Он трется головкой члена о ее вход, собирая слизь, которая стекает с ее влагалища. Медленно он толкается в нее, ее киска сжимает его, как перчатка.

Он мог бы оставаться похороненным внутри нее вечно. Приподнимая бедра, она всхлипывает, когда он достигает дна внутри нее, ее мышцы сокращаются, когда она принимает его.

Он заглатывает ее стон своим ртом, глубоко целуя ее, оставаясь неподвижным.

— Сожми меня, — шепчет он ей в губы. — Позволь мне почувствовать, как твоя прелестная пизда трепещет по всему моему члену.

Он не сводит с нее глаз, пока ее мышцы напрягаются, а влагалище пытается сжать его. Она задыхается, когда он поднимает ее ноги над головой, раздвигая ее для себя. Он наклоняется, чтобы обвести пальцем ее клитор, и она прикусывает губу.

— Еще, — требует он, не двигая бедрами, его палец ласкает ее чувствительную плоть. — Работай над собой, пока не кончишь.

Это восхитительный вид пытки — то, как он заставляет ее трахать себя на его члене. Но ему нужно почувствовать, как она кончает, прежде чем он сможет взять ее так, как хочет.

Так, как ему нужно.

— Это верно, — подбадривает он ее, и у нее перехватывает дыхание, когда она трепещет на нем. — Черт возьми, ты такая тугая, Лилит.

— Ноа, — выдыхает она, когда ее спина выгибается дугой, а тело сотрясается. Он ощущает сладость ее оргазма еще до того, как почувствует его, и она с криком откидывает голову назад, обнимая его.