Герой по вызову (СИ) - Широков Даниил - Страница 50

Свет в гостинице слегка мигал — снаружи бушевал шторм, который бился о стены Аравира, монолитными скалами встречавшими потоки ветра, поднимавшего ввысь даже рыцарей в полном облачении. Входы и выходы из города были закрыты по этой же причине, но дозор на постах стражи был усилен, что тоже логично. Если Кагата сбежит, за ней отправится весь боевой состав города-крепости. Правда, я сомневался, что эта страшная женщина уйдёт второй раз. Нет, не из-за засады рыцарей и Голдуина, а из-за моего долга.

Пока она не получит деньги, она не уйдёт из Аравира. Таковы условия контракта между нами.

Я нацепил чёрную рубашку, купленную на рынке, и свободные тканные штаны, утеплённые лишним слоем меха изнутри, чтобы не замёрзнуть — двери и окна в гостинице были открыты нараспашку, пропуская ветер и дождь. Наконец, время пришло. На входе, встряхивая руки от влаги, появился знакомый черноволосый силуэт с блестящими синими глазами. Блестела и кожаная куртка, на которой появился дополнительный белый мех — видимо, Кагата тоже успела одеться по погоде.

Чуть ниже на ней сидели обтягивающие желтоватые штаны из толстой кожи и дорожные сапоги, изрядно перепачканные в грязи, а потому ставшие из чёрных — коричневыми. А на руках Кагаты, скрывая её кулаки, были кожаные перчатки, на уровне костяшек которых умелый рейд-босс вшила металл. Понятно. Она не сомневалась, что ей придётся драться, но всё равно пришла. Вот тебе и чёрный наёмник... Но я уже говорил, что даже они чтят свои контракты, выполняя их от буквы до буквы.

Выжав мокрые волосы на пороге, Кагата прошагала вперёд, отодвигая табуретку и присаживаясь напротив меня. Улыбаясь, разумеется. Чокнутая. Берсерк, как-никак...

— Человек своего меча, — хмыкнула она, продолжая дрыгаться, чтобы избавиться от влаги на теле и снаряжении. — И своего слова, как я вижу.

Я смотрел на неё без страха, но с лёгкой печалью. Как бы я не презирал чёрных наёмников, всё-таки никому не пожелаю сражаться в одиночку против толпы. Это нечестный бой, и за него не дадут достижений. А даже если бы мы сражались один на один, следующая ступень после "Пересмешника системы" требовала победы над врагом на целую сотню уровней выше меня. Ну да, легендарное достижение — не предел.

— Чего не пьёшь? Хороший же вечер, — выдохнула Кагата, щёлкая пальцами. — Эй! Пива мне и моему другу.

— Когда мы стали друзьями? — заметил я, доставая из инвентаря кошель, переполненный золотыми монетами.

— С тех самых пор, когда ты убил одного из офицеров Святой Империи, — пожала плечами Кагата, хмурясь и вглядываясь за пустую стойку, где обычно стоял хозяин. — Отвратительный сервис. Буду жаловаться.

— Не понимаю, о чём ты, — стрельнув взглядом в сторону Дека, делавшего вид, что ведёт пьяный разговор со своим подчинённым, протянул я. Наконец, с кухни вышел мужик, ну вообще не похожий на официанта — бородатый, в шрамах и с фигурой, напоминавшей маленький танк, а не мальчика на побегушках. Поставив перед мной и Кагатой полную до краёв кружку пенного, он удалился, не сказав ни слова.

Сервис? Скорей, ужасная актёрская игра. Уж не знаю, кто именно дебил в этой ситуации — Дек, выставлявший людей на позиции, или Голдуин, его выбор одобривший. Придурки. Хотя какое это имеет сейчас значение: мы всё равно собрались здесь, чтобы убить Кагату. Вряд ли она дастся рыцарям живой... Уж не с подклассом берсерка, который становится сильнее от полученных ран.

— Я пересчитаю, ты не против? — спросила женщина и, не дожидаясь моего ответа, вывалила часть золота из кошеля на стол, принявшись методично отсчитывать монету за монетой. Серьёзно?!

— Делай, что хочешь, — вздохнул я, от переполнивших башку эмоций делая первый глоток из кружки. Буэ, хоть бы пива нормального налили. Делитанты. — Тьху...

— Паршивое пиво? — с пониманием подняла на меня взгляд Кагата. — Бывает. Как-нибудь угощу тебя Саранским зеленоягодным — после первого литра начинаешь чувствовать каждую мышцу в теле, словно в каком-то механизме...

— Мы едва знакомы, — испытывая странное чувство дежавю, сказал я. — Хватит строить из себя моего товарища. Я принёс тебе условленные деньги — а до остального мне нет дела.

— Хм, — покивала Кагата, продолжая методично перекладывать монеты, разбросанные по столу. — Если бы ты мог, Деймос... Там, в канализации... Если бы был достаточно сильным, как сейчас... Ты бы убил меня?

— Глупый вопрос, — помотал я головой, пригубив пиво. — Чёрные наёмники — опухоль на теле этого мира. Вы убиваете любого, за кого вам заплатят, похищаете, грабите, продаёте в рабство... Смерть таких, как вы, сделает этот мир чище.

— Да, так я и подумала, — легонько вздохнула Кагата, перебирая золото. — Ты человек чести, наёмник. Настоящей чести, не как эти святоши из Империи, притворяющиеся правильными, а за энное золотишко творящие то же самое, что и мы.

— Это не так работает.

— У всего есть своя цена, Деймос, — протянула она, вываливая остатки из мешка. — Мы просто афишируем свою. И по крайней мере, мы выполняем то, на что подписываемся. В отличие от рыцарей, предающих кодекс чести. Знаешь, как говорят — предал однажды, предаст и вновь. На твоём месте я бы не стала доверять тем, кто силой заставил тебя остаться в Аравире, преследуя собственные эгоистичные цели.

— Красиво ты заворачиваешь, — хмыкнул я, делая ещё один глоток. Рыцари вокруг суетились, но пока не обнажали оружие. Хорошо, так и сидите. — Только одна ошибка в твоих словах — мне заплатили, чтобы я остался здесь и подождал тебя.

Опять, как и в тот раз — открыто и честно, без капли лжи. Если я правильно понял характер Кагаты, она уважает только такой подход к разговору.

— Только одна? — развела она губы в улыбке. — Быть может, мы похожи больше, чем ты думаешь, наёмник.

— Сомневаюсь. Я не убиваю кого угодно за горсть золотых.

— Угу, это в тебе мне и нравится. Вот эта вот... Справедливость, к которой ты так стремишься, — говорила она, не глядя мне в глаза, сфокусировавшись исключительно на золоте. — Подумай вот о чём — если не мы, не Пириты, то кто-то бы обязательно занял наше место. Чёрт, мы ведь не одни на рынке — подобных ребят хватает в любом уголке света.

— И? Это не отменяет того факта, что вы творите полное дерьмо, — добил я пиво, утерев губы тыльной стороной ладони и отодвинув кружку в сторону.

— Помнишь мои слова? Мы — необходимое зло. И опять же — мы, хотя бы, честно самим себе в этом признаёмся. В отличие от прикрывающихся красивыми словами засранцев... — она оскалилась, но тут же спрятала жуткую улыбку, вновь поднимая на меня взгляд. — К тебе это не относится, не подумай превратно.

— К чему ты это вообще говоришь? — окончательно утомившись, спросил я.

— Мы с тобой разные стороны одной медали. Нет, немного не так... — она запнулась, замирая с монетой между пальцами. — Мы с тобой два поборника разных сторон, одна из которых не может без другой, и наоборот.

Твою-то мать, ещё чёрный наёмник мне за философию не затирал. Я и в первую нашу встречу подметил эту её странность, но чтоб там всё было настолько мрачно... Уф.

— Давай представим, что я сегодня умру, — свалив золото обратно в кошель и поставив тот к ногам, Кагата выпрямилась, посмотрев мне в глаза. — Пириты лишаться лидера, может, рассосутся по другим группам... Ничего особо не поменяется. Я держала своих людей в узде. Мы работали по контракту — и только по контракту. Никаких подработок на стороне или лишних, ненужных вольностей.

— Оправдываешься? Вот серьёзно, прямо сейчас?

— Я не говорю, что мы белые и пушистые, — неопределённо двинула плечами Кагата. — Но мы — не самый худший вариант. Кто придёт вместо Пиритов? Есть ли у тебя гарантии, что эти ребята будут так же, как и мы, прятаться в канализации, а не выходить ночью на улицы, грабя и убивая без разбора, просто ради веселья?

— Ах, теперь у вас появились принципы...

— Конечно, нет, — рассмеялась она, качая головой. — Но я скажу тебе вот что — группа, которая заменит нас, будет ещё хуже, злее и агрессивнее.