Часы пробили полночь - Вентворт Патриция - Страница 44

Глава 42

Внизу, в кабинете, Фрэнк Амброз устало произнес:

— Да, да, я вернулся сюда. И охотно расскажу — наверное, так или иначе об этом стало бы известно.

Он сел туда, где раньше сидел Марк Парадайн, — в кресло, придвинутое к торцу письменного стола. Мисс Сильвер смотрела на Фрэнка Амброза, продолжая спокойно вязать. Инспектор Вайнер, склонившись над промокательной бумагой, делал пометки. На противоположном конце стола, хмурясь, сидел полковник Босток. Хотелось бы ему никогда не видеть всю эту публику. Чертовски неловкая ситуация, чертовски неприятное дело.

Мисс Сильвер тихо сказала:

— Думаю, да, мистер Амброз.

Фрэнк Амброз расправил плечи. Он выглядел как человек, которого уже мало что интересует в жизни. Лишь усилием ему удавалось держаться прямо. Большое бесстрастное лицо одрябло от усталости, светлая кожа казалась серой. Он кивнул:

— Ей-богу, все очень просто, но из-за смерти отчима самые простые и естественные события, которые происходят в семье, кажутся подозрительными. Я могу рассказать, что случилось, но не могу сделать так, чтобы вы поверили. Мои слова ничем не подтверждаются. Это лишь слова, без всяких доказательств. Я вернулся, поскольку очень разволновался и встревожился из-за того, что отчим сказал за ужином. Чем больше я раздумывал о его обвинении, тем сильнее убеждался, что нельзя оставить все как есть. Я решил вернуться и поговорить со стариком. Спросите кого-нибудь, кто знал нас обоих, и вам скажут, что мы были очень близки. Отчасти он обращался со мной как с сыном, отчасти как с другом. Он не отказался бы побеседовать. Поэтому я вернулся. У отчима был властный, язвительный характер. Я не хотел, чтобы какой-либо его поступок стал причиной долговременного раскола в семье.

— Как мистер Парадайн воспринял ваш приход? — спросил полковник Босток.

Фрэнк Амброз помолчал, прежде чем ответить:

— Мы поговорили. Я провел в кабинете минут двадцать, потом ушел.

Вайнер поднял глаза и спросил:

— Он сказал, что пропали чертежи мистера Рэя?

Выдержав паузу, Фрэнк Амброз ответил:

— Да.

— Он сказал вам, кто их взял?

— Боюсь, я не могу ответить.

— Конечно, вы имеете право не отвечать на вопросы сейчас, но их зададут в другом месте, когда вы принесете присягу.

— Понимаю. Но в настоящий момент вряд ли могу сообщить больше.

Когда за Амброзом закрылась дверь, мисс Сильвер бросила:

— Ну надо же!

Полковник Босток громко высморкался.

— Он что-то знает. Как по-вашему?

Вайнер отвлекся от записей.

— Сомневаться не приходится.

— Он выглядит так, будто неделю не спал. Кстати… — Босток повернулся к мисс Сильвер, — миссис Амброз… как ее, Ирен… действительно ни при чем. И слава Богу. Молодая женщина и убийство — неприятное сочетание. Да уж. Вайнер объяснит.

Инспектор взглянул добродушными синими глазами на мисс Сильвер.

— Я кое о чем порасспрашивал в доме у доктора Гортона. В комнате на чердаке, в передней части дома, живут две служанки. Одна из них говорит, что выглянула из окна в двенадцатом часу и заметила миссис Амброз, которая расхаживала туда-сюда, как она и сказала. Вы помните, что до полуночи, пока не пошел дождь, ярко светила луна. Служанка абсолютно уверена, что видела миссис Амброз. Они с подругой даже посмеялись. Миссис Амброз вечно названивала доктору Гортону насчет детей, и именно эта служанка обычно брала трубку. Смеха ради они несколько раз выглянули в окно, желая проверить, не ушла ли миссис Амброз. Они допоздна не ложились, потому что вторая девушка на следующий день собиралась на свадьбу к сестре и дошивала платье. Они утверждают, что Ирен находилась на улице до без десяти двенадцать. По-моему, мы имеем право поставить точку.

Мисс Сильвер кивнула:

— О да.

Она внимательно посмотрела на мужчин поверх вязальных спиц.

— Итак, если не ошибаюсь, большая часть времени между девятью сорока пятью и полуночью у нас учтена. Было бы весьма полезно составить список. Если инспектор будет так любезен, чтобы этим заняться…

Инспектор Вайнер перестал писать и посмотрел на собравшихся с крайне испуганным выражением лица.

— Вы говорите — одиннадцать пятьдесят три, мисс Сильвер?

Полотно серых рейтуз для маленького Роджера вращалось на неустанно двигающихся спицах.

— Да, именно это я сказала, инспектор.

Вайнер не сводил взгляда с ее лица.

— Мистер Рэй и мистер Пирсон оба заявили, что на часах в комнате мистера Рэя было восемь минут первого, когда они вернулись из столовой.

Мисс Сильвер кашлянула.

— Стрелки перевели.

— Господи помилуй! — воскликнул полковник Босток.

Мисс Сильвер, продолжая вязать, пояснила:

— Алиби мистера Пирсона, разумеется, привлекло мое внимание. Если можно так выразиться, оно было слишком безупречным. С другой стороны, мистер Пирсон и не скрывал, что тщательно подготовил алиби. Обратившись к его показаниям, вы увидите, что он откровенно говорит: «После того как мистер Парадайн выдвинул обвинение против одного из членов семьи, которого он не назвал, я позаботился о том, чтобы родственники не заподозрили меня. Поэтому я дождался мистера Рэя и попросил позволения составить ему компанию до начала первого, поскольку мистер Парадайн указал, что будет сидеть в кабинете до полуночи. Было десять минут первого, когда мы с мистером Рэем расстались у двери комнаты».

Вайнер листал страницы. Он кивнул:

— Дословно, мисс Сильвер.

Она склонила голову.

— Вы видите, мистер Пирсон вполне искренен и говорит достаточно разумно. Остальные члены семьи его недолюбливают, родство дальнее, о каких-то близких отношениях, в общем, речи не идет. Он называет по имени лишь младших членов семьи — мисс Парадайн, мистера Амброза и мисс Амброз. Все только обрадовались бы, если бы мистер Пирсон оказался виноватым. Его желание обеспечить себе алиби вполне могло быть естественным и совершенно невинным. Но могло и не быть. Если у мистера Пирсона имелся повод убить своего шефа, невинное на вид алиби — очень полезная вещь. До сих пор мы не обнаружили никакого мотива, но, если посмотреть внимательнее, особый интерес представляют следующие пункты. — Мисс Сильвер отмотала еще серой шерсти, перевернула вязанье и продолжила: — Пункт первый. Согласно показаниям мистера Пирсона, он утверждает, что Лейн находился в кабинете, когда он пришел, чтобы пожелать мистеру Парадайну спокойной ночи. Показания Лейна вроде бы подтверждают это, но не вполне. Мистера Рэя, миссис Рэй, мистера Амброза и Марка мистер Джеймс Парадайн встретил одной и той же, отчасти язвительной, отчасти шутливой фразой: «Вы пришли признаться?» Я очень хотела знать, услышал ли то же самое и мистер Пирсон. Если да и если у него действительно была совесть нечиста, этот вопрос мог убедить Пирсона, что его вина установлена, и, возможно, именно тогда он задумался об убийстве. Разумеется, это зависит от того, совершил ли он какой-либо серьезный проступок, который следовало скрывать. Расспросив Лейна, я обнаружила, что на самом деле дворецкий еще не успел войти в кабинет, когда явился мистер Пирсон. Лейн как раз миновал с подносом дверь в коридоре, когда мистер Пирсон, показавшись с противоположной стороны, вошел в кабинет первым. Лейн слышал, как мистер Джеймс Парадайн сказал: «Здравствуйте, Альберт. Вы пришли признаться?»