Русская кровь - Кулагин Олег - Страница 65

В каждом окне чудятся взгляды.

Каждый шорох, каждый скрип под ботинками – оглушительно громкий.

Это удачно, что туман развеялся. Меньше вероятности налететь на засаду.

Пустынная улица далеко просматривается. Кажется, здесь до нас не ходили. Чужие следы отпечатались бы на пыльном асфальте…

Нет, за себя не боюсь.

Я устал бегать.

Это даже здорово – узнать правду.

И щедро её оплатить.

– Вон за тем поворотом, – чуть слышно озвучила Майя.

– Стоп, – я удержал её за рукав, – Расскажи, что там?

– Овраг. Кусты. Полуразрушенный дом.

– Броневик лежит в кустах?

– На дне оврага.

– Ждите. Я осмотрюсь.

– Иду с тобой, – возразил Султан.

Я кивнул. Вдруг ощутил уверенность. Да, так и не вернул себе нормальную форму. Майя говорила: «Тут плохое место. Оно вытягивает силы». Уворачиваться от пуль будет сложновато. Но кое-кому тоже придётся нелегко…

Лери двигалась быстро. Но тут не Устюгино. Она побоялась возиться со мной в одиночку. Каким бы слабым я не был. Выходит, в Городе Мёртвых наши возможности не очень разнятся.

У меня есть шанс.

И оружие в руках. Старое, доброе, огнестрельное. Вышибающее даже самые продвинутые, нечеловеческие мозги…

Ветерок гулял в кронах. Поскрипывал ставнями, оживляя улицу.

Мы обошли крайний дом.

Замерли, наблюдая.

Картина вполне ясная.

Развалины дома – отличная позиция. Господствующая высота. Овраг оттуда хорошо просматривается. И весь пустырь – как на ладони. Если делать засаду – именно там.

Открытое место пересекает разбитая дорога. Вдоль неё – редкий кустарник. А за ней маячат пятиэтажки. Они далековато.

Хотя, если разместить снайперов на крышах…

Я всмотрелся. Нужен орлиный взор, чтоб увидеть там кого-то. Оптика не блестит. Как и положено нормальной оптике. Это единственное о чём можно судить…

Мы вернулись к группе.

– Всем туда незачем лезть, – тихо объяснил я и глянул на Майю, – Остаёшься с Кротом и Ксюхой. Ждёте у крайнего дома и не высовываетесь.

– Я не согласна! – возмутилась девочка.

– А тебя и не спрашивают. Это приказ.

Она сердито ткнула меня кулачком.

– Всё нормально, – усмехнулся Султан, – Долго мы возиться не будем.

Короткими перебежками – от одного куста к другому – пересекаем открытое место.

Всё тихо.

Падаем в высокую траву рядом с руинами. Ползём. Сквозь чёрный провал окна забираемся внутрь. От двухэтажного дома остались только кирпичная коробка и бетонные перекрытия. Удачно, что лестница уцелела.

Внутри – никого.

На втором этаже – аналогично.

Добрый знак – выгодная позиция пустует. Мы и сами её используем.

Хлопнул Индейца по плечу:

– Ожидаешь здесь. И глядишь в оба.

Юноша кивает. Какой-то он бледный. Переживает? Ничего. У него РПК с дисковым магазином на 75 патронов. Ещё один диск – в запасе. Вполне достаточно, чтоб успокоить кого угодно на тысячу метров в округе.

А если что – Майя с Ксюхой помогут. Сам овраг им не виден. Но подступы к нему – от крайнего дома хорошо простреливаются.

Я гляжу вниз.

Точно.

Под крутым склоном чернеет из зарослей колесо. Матово блестит бок опрокинутой машины.

По лицу Султана скользит тень усмешки. Мы не зря сюда явились.

Ещё минута уходит, чтобы изучить окрестности. Я и Султан идём по разные стороны оврага от его вершины.

Нормально. В плотном боярышнике – чисто. Трава вокруг – росистая и непримятая.

Спускаемся.

Чёрный автомобиль – на дне. Сломанные кусты за эти месяцы успели подняться, обросли вокруг машины новыми побегами. Долго бы её пришлось искать, если б не Майя…

Султан скидывает рюкзак. Начинает извлекать инструмент.

Я уточняю:

– А не проще поискать ключи в кабине водителя?

– У них не было ключей. Фомин никому не доверял. В банке грузовой отсек закрывали и опечатывали. Открывали только в здешнем офисе.

Бригадир достаёт монтировку, алмазный резак.

Убирает ветки от фургона.

Начинается будничная работа.

А я с «гансом» наизготовку поглядываю по сторонам.

Яркими снопами летят искры. Лезвие вгрызается в металл. Интересно, сколько там миллиметров? Все равно, что передвижной сейф на колёсах…

Лишь бы аккумулятора хватило. Заряжать его негде. Тогда останется взрывчатка. А шуметь неохота…

Султан вполголоса матерится. Что такое?

Лезвие сломалось.

У нас есть запасное. Работа продолжается.

Плохо, что небо опять затягивает дымкой. Солнце скрылось. Дальние деревья начинают растворяться в белёсой пелене…

Какого лешего возится Султан?

Может устал?

– Отдохни. А я подменю…

Он сухо отвечает:

– Справлюсь.

Я нервно вышагиваю вокруг. Будто физически чувствую, как уходят минуты…

– Подай монтировку.

– Щас…

Где же она? В густой траве ни хрена не видать.

Ага. Вон куда закинули – торчит из кустов рядом с кабиной.

Я нагибаюсь… И где-то рядом – кажется прямо у виска – гремит выстрел.

Fuck!

Падаю. Вскидываю «ганс». Длинная очередь летит в бронестекло автомобиля. Оно змеится трещинами, но выдерживает. Лишь несколько пуль не уходят впустую. Перешибают почерневшую, скрюченную руку с пистолетом.

ПММ вываливается на траву. А кисть мумии свисает на ошмётках кожи. И до сих пор рефлекторно вздрагивает, шевелит пальцами – будто хочет нажать спуск…

Я сплёвываю.

Как мы о них забыли? Там, за тонированным треснувшим стеклом – будто пауки в банке – два оживших мертвеца с нашивками фоминской охраны. Царапают чёрными ногтями обивку, таращатся слепыми высохшими глазницами…

Мечтают выбраться наружу?

А единственную свободную дверь – левую, ту, что сейчас наверху – заклинило. Только узкая щель.

– Султан, дай гранату.

Поздно бояться шума.

Второй мертвец достаёт откуда-то из под сиденья автомат. Но я успеваю раньше – заталкиваю гранату в щель. И прыгаю в сторону…

В ушах звенит. Куски бронестекла разбросаны по тлеющей траве.

– Вот козлы, – говорит Султан, когда дым развеивается, – Мешают работать!

– Эй, вы целы? – встревоженный голос за спиной.

Я оборачиваюсь.

Майя, Ксения и Крот. Какого хрена они притащились?!

– Пустяки, – сердито бормочу, вытирая грязь с физиономии.

– А что тут творится? – искренне недоумевает Ксюха.

– А ты не видишь? Развлекаемся!

Майя хмурится.

– Всё нормально, – говорю чуть более миролюбиво.

Ну да, из их укрытия оврага не разглядишь. Когда началась пальба, все трое не смогли отсиживаться и поспешили на выручку.

– Уходите, – добавляю, – Мы тут сами разберёмся.

– Никуда я не уйду, – губы Майи решительно сжимаются.

– Пускай, – кивает Султан и подмигивает, – Осталось самое интересное!

Гудит резак. Сверкает в проблесках солнца диск с алмазным покрытием. Лезвие опять уходит в сталь.

И ломается. Когда дверца грузового отсека вот-вот готова пустить нас внутрь.

Султан краснеет от ярости. Колотит кулаком в бок машины и что-то беззвучно шепчет.

Даже в этом варианте ясно – жуткая матерная брань. У нас ведь не осталось запасных дисков.

Бригадир хватает монтировку. Сует в прорезанную щель. Повисает на металлическом рычаге. И пытается хоть на миллиметр расширить отверстие.

Увлёкся бедняга.

Я хлопаю его по плечу. Он резко оборачивается.

У меня на ладони – пластид и детонаторы.

Султан кивает.

Я вдавливаю мягкие брусочки в пропил. Втыкаю детонаторы.

Мы отбегаем подальше.

Жму кнопку радио-взрывателя.

Гулкий хлопок!

Везёт нам сегодня… Сплошные фейерверки.

А через минуту – будто неурочное рождественское гулянье. Лысый вспотевший Санта-Клаус с мешком из плотного брезента. Ликующий визг Ксюхи. И вместо конфет, в раскрытом мешке – зелёные пачки в банковской упаковке.