Измена. Сохрани меня (СИ) - Таран Яна - Страница 10

А я для Вадима словно мышь серая. Даже пучок сменила на распущенные локоны, платье надела вместо бесконечных штанов, а он за вечер на меня почти не взглянул! Кроме того случая, когда я откровенно на нем висла. Я разве заслужила такое отношение? Точно нет.

Когда он почти проходит мимо, окликаю его.

— Лиза? — растерянно произносит он, как будто впервые видит.

Прошла твоя Дина. И не ври мне, что вы обсуждали какой-то контракт в туалете.

Эти слова застревают в горле, и едва сдерживая дикое желание залепить подлецу пощечину, я тихо, но уверенно, произношу:

— Нужно поговорить.

Я плохая актриса. Притворяться совершенно не мое. И я больше не в силах выносить этот кошмар. Что тут еще проверять?

Вадим был с Диной.

Это очевидно.

Глава 9

— Я так больше не могу, — закусываю губу, Вадим подходит ближе.

— Что-то случилось? Где дети?

— С детьми порядок.

— Тогда что с тобой?

— Где ты был? Где весь вечер носишься? Вадим, ты привел меня сюда для того, чтобы я почувствовала себя ничтожеством?

— Я тебя не… Черт, Лиза. Что на тебя нашло?

Сейчас хотя бы муж возвращается в реальность. Взгляд больше не блуждает, он темнеет, Вадим хмурится.

— Ты весь вечер не со мной!

— Лиза, ты преувеличиваешь. И здесь полно народа, — начинает он сдержанно.

Я вижу, что он злится, но пока что старается говорить мирно. Словно ребенку объясняет, что именно я провинилась, а не он передо мной. Лучшая защита — нападение? Он так считает?

— Я, конечно, решаю различные вопросы. Ты должна это понимать. К тому же здесь обширная развлекательная программа, отдыхай. Веселись. Что не так?

Это все, что он хочет сказать?

Как обычно апеллирует важными делами, совершенно не заботясь о том, что я чувствую. Да он даже к детям ни разу не зашел. Когда был фуршет, и детей приводили к нам, он простоял в стороне, хотя Риша ждала, что папа принесет ей мороженое, но как обычно позаботилась о дочери я. Артем же подошел к отцу сам, но тот его лишь по голове потрепал и отправил обратно ко мне.

Вот и вся забота о детях. И сейчас он спрашивает, что не так?

— Все не так! И почему там, где ты, постоянно Дина? И в кафе вы были вместе, и здесь. А сейчас я вас искала, и вы снова… снова.

Черт. Я сильно сжимаю губы, чтобы удержать эмоции, но чувствую, как по щеке скатывается слеза. Муж вздергивает брови.

— Ты приревновала к Дине? Лиз…

— Где ты сейчас был? Почему тебя так долго не было?

Он молчит. И во взгляде я вижу вину. Я не хочу себя накручивать, но ведь он молчит! Ничего не объясняет! Просто качает головой.

Когда мы так отдалились? Почему я это пропустила?

Ответ приходит сразу — я была погружена в детей. А он, вместо того, чтобы меня поддерживать… Закусываю губу сильнее — слезы сейчас хлынут.

— Я хочу домой, — обнимаю себя за плечи. Вадим делает шаг.

— Ты напрасно ревнуешь.

— Дома поговорим, — бросаю укоризненный взгляд. — Я за детьми.

Разворачиваюсь, уверенная, что после всего этого, Вадим не станет сопротивляться, и мы просто уедем, но он меня удивляет немыслимо:

— Бери такси, я подъеду позже.

Замираю, осязаемо чувствую, как Вадим смотрит вслед. И я уверена, сейчас в его глазах холод. Холод, от которого все внутри напротив бурлит, искрится, возмущается.

Как? Как он смеет? То есть останется с ней?

— Если у ворот тебя не будет, домой можешь не приходить, — чеканю.

И топаю к деревянному домику, ставшему детьми настоящим замком чудес, и наспех вытираю с щек прорвавшиеся эмоции. Вадим определенно меня за дуру держит. И ни за что, ни в чем, не признается. Как же так вышло? Почему так жестоко прошлась по мне судьба? Почему мужчина, которого я так сильно полюбила всем сердцем, с которым связала свою жизнь и с котором надеялась на «долго и счастливо», оказался таким искусным вруном?

— Мама, а папа? — Артем стоит у ворот, засунув руки в карманы, Ариша, склонив голову на плечо, тихонько посапывает — засыпает. Свободной рукой я пытаюсь открыть приложение. Вадима нет, а это значит, добираться домой одной. Можно было найти Злату или даже того же Руслана, и попросить вызвать машину, но я так стремительно неслась на выход, что ни о чем не подумала.

А еще я в глубине души надеялась, что Вадим нас догонит. Но ему плевать.

Внезапно раздается щелчок замка и за ворота выходит… нет, это не Вадим. Руслан.

— Сбегаешь? — спрашивает, прищурившись. — Там босс просил задержать тебя.

Даже пошел за мной не сам. Тяжесть обрушивается с новой силой, но на это раз она присыпана удовлетворением. Муж не стал оставаться?

— Он сказал, что едет с нами?

— Вроде у него еще пара вопросов тут не закрыто. Такие вечера во многом решают судьбу будущих проектов. Он просил подождать, но думаю, задержится.

— Дети устали, нам пора.

— У тебя все хорошо?

— Нет, но тебя это не касается.

Руслан вздыхает.

— Ясно. Если понадобится помощь, — он что-то достает из кармана и, пользуясь тем, что руки у меня заняты, кладет это что-то в сумочку, которая висит на плече. Я интуитивно отшатываюсь. — Не бойся, никакой запрещенки. Всего лишь моя визитка. Вадим не всегда может быть доступен, сейчас у нас действительно важный объект. Но скоро мы его сдаем, все наладится. А пока что можешь звонить мне.

Я закусываю губу. Вот откуда он такой взялся? Нет, я не собираюсь ему звонить. А еще, мне кажется, абсолютно всем видно, что у нас с Вадимом проблемы. Всем, кроме самого Вадима. Который думает, что все просто замечательно, и делает за моей спиной подлость…

Я не вывожу, больше не вывожу… Киваю и отворачиваюсь.

— Спасибо, — произношу, наблюдая, как останавливается автомобиль с шашечками. — Наладится уже вряд ли, — бормочу тише. И открываю дверь такси.

Глава 10

Домой вхожу, как будто весь день разгружала вагоны. Руки почти немеют, Ариша уснула, и я пытаюсь войти в квартиру с малышкой на руках, ее при этом не разбудив. Артемка хныкает у ног. Он тоже устал.

Вадим совсем не думает, как мне тяжело порой. Он словно поручил мне, как одному из своих сотрудников, заниматься детьми и домом. А сам занимается какой-то своей жизнью. Но только платят на этой должности изменой!

Меня внезапно берет такая злость!

Именно она придает мне сил. Я все же нахожу ключ, на плач Артема уже физически не могу реагировать, прохожу в детскую прямо в обуви — снимать босоножки на каблуке со спящим на руках ребенком то еще удовольствие. Зачем я вообще их надела?

Хотела выглядеть красивой, чтобы Вадим обратил на меня внимание, чтобы чувствовать себя уверенной. А в итоге что? В итоге я разбита.

Артем входит следом и падает на кровать. Затихает, а потом шепотом просит почитать ему книжку. Раздеваю детей, укрываю, целую Аришу, читаю Артему, после сижу какое-то время в детской, убеждаясь, что оба уснули. Выхожу из комнаты, плотно прикрыв дверь. И сползаю по ней вниз спиной.

Я должна привыкать к мысли, что совсем скоро останусь одна. Да я уже одна! Вадим решает какие-то свои проблемы, считая, что я тут со всем и без него прекрасно справляюсь. Женщина родилась, чтобы страдать — он так считает?

Дети, дом, уборка, готовка, стирка, и даже забота о муже. Улыбка и вежливые поклоны его матери, уверение окружающих, что у нас все хорошо, маска, скрывающая реальное положение дел — вот, что должна надевать на себя женщина, которая хочет сохранить семью. А зачем? Если все вышеперечисленное не избавляет от того, что когда-нибудь любимый ее обманет.

И есть ли что сохранять?

Вот в чем вопрос.

И даже очевидный ответ не дает уверенности.

Можно сколько угодно бить себя в грудь, заявлять о гордости и проклинать всех мужиков-козлов. Уверять, что со мной такое никогда не случится, потому что я знаю себе цену и не позволю вытирать о себя ноги. Я и не позволю.

Но менять свою жизнь нереально страшно.