В последний момент (ЛП) - Смельтзер Микалея - Страница 9

Он указал на корзину и одеяло, которые я собиралась забрать.

— Ох, ладно.

Я положила одеяло обратно.

— Ты сильно доверяешь людям, верно?

— Я видел много плохого, — заметил он шутливо. — И все же меня окружают хорошие люди, как мне кажется. Если ты потеряешь веру в свое окружение, то потеряешь все.

— Золотые слова, — прошептала я.

— Я вообще мудрый парень, — продолжил парень, вытаскивая пакет с хлебом из корзины.

— Ты уверен, что у нас не будет проблем из-за кормления уток? — спросила я, нервничая.

— Разве не знаешь, что первое правило веселья — никаких правил?

Мэддокс направился к водоему, и я поспешила догнать его.

— Мама тебя убьет, если я окажусь в тюрьме, — предупредила я.

— Твоя мама любит меня, и не позволит ни единому волоску упасть с моей чудесной головы. Кроме того, нас не арестуют. Теперь иди сюда, возьми кусочек хлеба, и мы сыграем в игру.

— Что за игра? — с подозрением спросила я.

— Мы должны дать каждой подплывающей к нам утке самое странное имя, которое сможем придумать, — улыбнулся парень.

— Как же определить победителя?

Я стала отламывать хлеб, который он протянул мне. Вокруг нас уже собирались утки.

— Если тебе весело, значит, ты уже победил, — ответил Мэддокс, бросая кусочек хлеба в одну из уток. — Это Каспер.

— Каспер? — я рассмеялась. Мои волосы развевались на ветру. — Это вовсе не странное имя.

— А я считаю его именно таким, — продолжил он.

В его серых глазах искрился смех.

— У тебя есть получше?

— У меня намного лучше, — улыбнулась я, бросая кусочек хлеба на землю, где у моих ног стояла утка. — Это Пипин.

— Миртл, — парень бросил еще кусочек.

— Трикси.

— Левиафан.

Мэддокс усмехнулся, когда утки окружили нас.

— Э…

Я отступила от утки, которая выглядела так, словно собиралась напасть на меня.

— Мигги.

Я бросила в нее хлеб, и она скривилась, захлопав крыльями.

Я вскрикнула, и Мэддокс поспешно подошел ко мне.

— Думаю, это была не лучшая идея, — зашептала я. — Эта утка выглядит так, словно хочет убить меня.

Утка снова издала громкий звук и вокруг нас появились еще птицы.

— М-мэддокс? — дрожащим голосом позвала я. — Кажется, они нас окружили.

Мы оказались с трех сторон окружены утками, которые целенаправленно двигались к нам, подталкивая в сторону маленького искусственного пруда.

— Бросай им весь оставшийся хлеб, — сказал парень, выбрасывая свой.

Я сделала, как он сказал, и ощутила, как его рука коснулась моей.

— Эмма, ты мне доверяешь?

Я посмотрела на него, обдумывая его слова. Доверяю ли я ему? Не так, как маме или Сэди, которых знаю всю жизнь, но я верю ему, в противном случае меня бы тут не было.

— Да, — ответила я так тихо, что голос едва можно было отличить от шепота.

— Тогда мы немного повеселимся.

Мэддокс улыбнулся, убрав с глаз челку.

— Что?

Я взвизгнула, когда он обхватил меня за талию и понес в воду.

— Мэддокс! — закричала я. — Отпусти меня!

— Хорошо.

Не стоило мне просить об этом. Мэддокс отпустил меня, и я погрузилась в прохладную и мутную воду. Я даже не могла рассмотреть дно. В конце концов, я могла бы подхватить какую-нибудь инфекцию.

Поднявшись, протерла глаза.

Мэддокс стоял по колено в воде и истерически хохотал.

Моя шляпа упала. Я схватила ее и отшвырнула на траву.

В пруду было не очень глубоко, но достаточно, чтобы человек мог промокнуть до нитки. Этого было достаточно, чтобы отомстить Мэддоксу. Он продолжал смеяться и не обращал внимания на мои действия.

Я схватила его за руку и потянула. По сравнению с ним я была маленькой, но моей силы хватило, чтобы парень потерял равновесие. Мэддокс пошатнулся и упал в воду. Когда он поднялся, его черная футболка была мокрой и прилипла к груди.

— Ох, не очень-то приятно, Эм.

Он подошел ко мне, схватил и потащил в более глубокое место. Я обвила ногами его талию. Что же, если упаду, то только вместе с ним.

— Поверить не могу, что ты считаешь свою идею забавной, — укоризненно сказала я.

Он хмыкнул, двигаясь со мной к более глубокому месту.

— Но ведь тебе весело?

— Да, — согласилась я, обхватив его руками за шею.

На его ресницах остались капельки воды, а губы приоткрылись на вдохе. Я задумалась, каково это наклониться к нему и поцеловать. Знала, что никогда не сделала бы подобного, но помечтать-то можно.

— Обычно я ничего подобного не делала, — призналась я, убрав ноги с его талии.

И задвигала ими в воде, продолжая держать Мэддокса за шею.

— Что именно? Не ходила на свидания?

Я рассмеялась, смущенно опустив взгляд.

— Ну, это тоже. Я имею в виду… то, что… Никогда не чувствовала себя такой бесстрашной. Словно способна на все, что угодно.

— Ты на все способна, Эмма.

Он погладил пальцами ее влажные волосы.

— Мы все способны на великие действия, если позволяем себе это.

— Я не знаю, в чем мое призвание, — призналась я.

— Тогда нам просто стоит вместе его найти.

Его голос стал тихим. Мэддокс прижался своим лбом к моему. Влажные волосы коснулись моей щеки, и я вздрогнула.

— Эй! — позвал незнакомый голос. — Что вы двое там делаете?

Мы с Мэддоксом повернулись на голос.

— Здесь купание запрещено!

— Вот дерьмо, — пробормотал Мэддокс. — Давай, поплыли. Скорее, скорее, — повторял он, пока мы выбирались на противоположный от полицейского берег.

Как только мы вышли на траву, он схватил меня за руку.

— Побежали! — с улыбкой крикнул парень.

И я побежала.

Глава 4

Только меня могли арестовать на первом свидании. И вовсе не за что-то крутое, типа курения травки или непристойное поведение. Не-е-ет. Нас арестовали за побег с места преступления, который каким-то образом превратился в сопротивление аресту. И вдобавок наложили штраф за незаконное проникновение.

— Невероятно, — я схватилась за металлические прутья камеры. — Ты же сказал, что нас не арестуют за кормление уток, — прошипела я.

— Эй, по крайней мере, будет, что рассказать внукам, — ответил Мэддокс. — И арестовали нас не за кормление уток.

Полагаю, он прав, но кормление уток привело к причине, по которой нас арестовали. Так что для меня это было одно и тоже.

Я повернулась к нему. Он сидел на тонкой металлической лавочке.

— Ты серьезно считаешь это забавным?

Я дрожала, потому что одежда все еще была влажной.

— Думаю, это смешно, — улыбнулся он. — Кто же знал, что за купание в пруду могут арестовать?

— Это очевидно, когда стоят знаки, запрещающие купание.

Я уставилась на него. Он вовсе не воспринимал происходящее всерьез.

— Согласись, тебе было весело, — с вызовом произнес он. — Иногда веселье стоит подобных последствий.

— Иногда небольшие шалости приводят к аресту! — завопила я. — А иной раз приводят к рождению детей!

Он рассмеялся, прислонившись головой к бетонной стене.

— Боже, это чересчур быстро. От ареста к детям… Хочешь сказать, в следующий раз наше веселье обернется беременностью?

Он криво усмехнулся, поигрывая бровями.

У меня челюсть отвисла.

— Ты невыносим!

— А ты обворожительна, когда злишься, — усмехнулся он.

— О, если считаешь, что это злость, значит, еще многого не видел.

Я уперла руки в бедра и наклонилась вперед, глядя прямо ему в глаза.

— Я вижу твои сиськи. Этого достаточно?

Взвизгнув, я прикрыла грудь руками и отвернулась. Смех Мэддокса эхом разнесся по камере. Должно быть, он сводил меня с ума, но в тайне я была рада, что нас не посадили по разным камерам.

Мимо прошел офицер, и я обратилась к нему.

— Когда придет моя мама?

Он остановился, посмотрел на нас и пожал плечами.

— Если они поступят должным образом, то оставят вас в тюрьме на всю ночь, чтобы преподать урок.