"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ) - Горелик Елена Валериевна - Страница 381

Роман принялся всех знакомить с Василием Ивановичем. А я улыбнулся Насте. Девушка встретилась со мной взглядом и чуть виновато пожала плечами, мол я тут ни при чем, мне пришлось.

Я подошел и обнял Настю, давая понять, что все в порядке. Сейчас я испытывал двойственные чувства. С одной стороны, я был рад видеть свою девушку, по которой, если уж быть честным, успел соскучиться. С другой стороны, Настя нарушила мое распоряжение сидеть дома, а не ехать на границу. Будь здесь безопасно, я бы ее и сам взял. Но когда она прижалась ко мне всем телом и крепко обняла, я понял, что эту битву я проиграл. Злиться и ругать девушку я не стану.

Пока командующему представляли остальных, Настя так и стояла рядом со мной. Когда дело дошло до представления девушки, она подошла и поздоровалась с Василием Ивановичем.

Поприветствовав Лушку и Степана, я подошел к кузнецу.

— Не ожидал тебя здесь увидеть, — произнес я, протягивая руку для приветствия.

— Решил воочию взглянуть на человека, держащего свое слово, — усмехнулся кузнец. — Честно признать, уже сомневался, что когда-нибудь увижу своих лошадок.

Детина стоял в шатре чуть согнувшись, чтобы не задевать головой пологий купол. Немного потоптавшись на месте, кузнец потянулся к своей дорожной сумке, переброшенной через плечо, покопался там и извлек на свет мятую грязноватую тряпицу. Разложил ее на ладони, аккуратно развернул края и показал мне два ножа и серебряный рубль. Именно сюда он его и прятал, когда мы заключали сделку с лошадьми.

— Теперь можем завершить наши дела, — произнес детина. — Рубль мой, ножи ваши. Коней Степан с Лушкой привели и отдали мне. Сейчас лошади на улице. Сюда мы верхом добирались.

— Как тебя звать? — спросил я кузнеца, забирая ножи. Один из клинков протянул Насте. Это её. Кузнец предлагал по ножу каждому из нас, значит и девушка свой заслужила.

— Кузьма, — представился кузнец.

— Никита, — ответил я.

Такие люди мне нравились. Не знаю, что заставило этого человека тогда отдать нам с Настей пару своих замечательных коней. Еще больше меня поразило, что он решил сам поехать и завершить сделку со мной. Все это выдавало в нем отличного парня. И это было так замечательно, что я даже слегка расслабился. В присутствии таких людей, я всегда чувствовал себя хорошо.

— Знаю. Мне про вас ваши друзья всю дорогу рассказывали. Считай, что знакомы.

Я усмехнулся и глянул на Лушку с Настей, что отошли чуть в сторону и разглядывали клинок, позволив братьям что-то обсуждать с командующим.

Мне вдруг показалось, что Кузьма оказался здесь не случайно. Не знаю, что его заставило сорваться с места и поехать в столь необычное путешествие, но прямо сейчас и здесь он действительно был мне нужен.

У нас были проблемы с арбалетными болтами, что заряжались в обоймы самострелов. Они были то ли тяжелыми, то ли недостаточно острыми, но неспособность пробить шкуру монстров явно была их недостатком. С этим срочно требовалось что-то делать, а кузнец, наверняка, знает что.

— Мне тебя само провидение послало, — сказал я Кузьме.

— Что так? — слегка удивился он.

Я коротко рассказал о проблеме и попросил Василия Ивановича отправить своего помощника за Кириллом. На известия, что мы тут с монстрами бьемся, Кузьма никак не отреагировал. Может не сомневался в их существовании, а может решил, что мы так каких-нибудь диких кабанов называем.

Через десять минут в шатер явился Кирилл.

Я познакомил его с кузнецом и отправил разбираться в важных для нашей безопасности вопросах. Кузьма не противился, а с удовольствием и явной заинтересованностью отправился с оружейником. Пробормотав на прощание, что-то типа «куда вам такие болты использовать?» Я улыбнулся. Хорошо бы, чтобы они нам больше не пригодились.

Из шатра командующего мы вышли спустя примерно час. Все это время было потрачено на болтовню ни о чем. Роман со Степаном вспоминали свое детство и как получилось так, что судьба их развела. Я выслушал рассказ Лушки, о том, где они нашли коней и как возвращали их Кузьме. И конечно же, я не мог не заметить, как девушка говорит о Степане. Мне кажется, решение дать их отношениям зеленый свет было верным. Лушка стала гораздо спокойней и уверенней, а Степан смотрел на девушку преданными щенячьими глазами. Я был рад за них.

Настя рассказала, как в один прекрасный вечер в Красилово заявились трое и принялись выяснять, где ты и как тебя найти. Поставили всех на уши, пока не появился староста и не проводил их к ней. Тогда, поговорив, они решили все вместе отправиться на границу. Что-то мне подсказывало, что для Насти — это был всего лишь предлог последовать за мной. Вроде, как она и данного мне слова, что останется к деревне, не нарушила, ведь ребятам был нужен проводник. Правда тот факт, что расположение ставки и самой Насте было неизвестно, девушка как-то тактично обошла стороной. Я лишь усмехался, но спорить не стал, прекрасно понимая, что она волновалась за меня.

Но ведь и я не просто так не хотел брать Настю с собой. Я в красках рассказал о недавней битве, особо подчеркнув, что погибла куча народу и само нахождение в лагере вовсе не залог безопасности. Правда, мне показалось, что мой рассказ возымел обратный эффект. По тому, как загорелись глаза у Лушки и Насти, я понял, что девчонки рвутся в бой. Все мои увещевания об опасности и ужасах сражения с тварями, лишь подогревали их желание быть полезными на поле боя.

Степан слушал серьезно и даже задал пару уточняющих вопросов. Было ясно, что и он собирается остаться в лагере и драться в одном ряду со своим братом, прикрывая мою спину, если понадобится.

Я-то надеялся всучить ему девчонок и отправить подальше отсюда. Но, подозреваю, простая просьба тут не поможет. Конечно, мой приказ он выполнит и увезет девушек подальше в глубь страны. Но кто сказал, что им не удастся найти повод вернуться? Так что, немного подумав, я решил оставить все, как есть. По крайней мере, мне тут будет проще за ними присматривать.

Чего я не рассказал, так это новой информации о своей родословной. Не хотел я пока волновать друзей. Конечно, рано или поздно придется это сделать, но если получится все разрешить мирным путем, то это поздно может настать очень нескоро.

Роман помог нам с Настей заселиться в отдельную палатку. В той, что до этого жил я, деля ее с подполковником, поселились Степан и Лушка. Роман же перебрался куда-то поближе к бойцам.

Наше новое жилье не отличалось особыми удобствами, но было больше чем то, где сейчас остановился Степан. Тут даже были две нормальные койки с деревянными каркасами. Которые после небольшой модернизации с помощью досок удалось сдвинуть, превратив в некое подобие двуспальной кровати.

Настя тут же принялась обустраивать наше временное жилье и через полчаса палатку было не узнать. Я даже не мог сказать, что именно изменилось, но при входе внутрь чувствовалось, что здесь хозяйничала женщина.

Роман по просьбе Насти поручил одному из солдат найти и притащить к нам в палатку два кривых табурета и какую-то самопальную тумбочку. Сверху которой появилась, словно из ниоткуда, белая салфетка, совсем недавно служившая кому-то из офицеров наволочкой. Спустя десять минут на ней возникла небольшая бутылочка из-под лекарств, в которую Настя воткнула крохотный букетик лесных анемонов.

Закончив заниматься украшением жилища, девушка подошла ко мне, уселась рядом и прижалась к плечу. Все время, пока она возилась с благоустройством, я, как зачарованный, смотрел на ее действия, впав в какую-то разновидность благостного оцепенения.

— Как ты? — вдруг спросила девушка, чуть отстранившись и посмотрев мне в глаза.

— Хорошо, — ответил я. — А ты?

— Нервничаю, — призналась девушка.

— Из-за чего?

— Из-за того, что вокруг происходит. И хоть мой отец отошел от дел, можно сказать, самоустранился, передав тебе покровительство, я чувствую, что все стало только хуже.